Время для жизни (СИ)

Он покосился на Киру. Сейчас она стояла спиной к нему, и чуть наклонившись, разглядывала нанесенную им на кумач карандашную сетку.
«М-да… с попой у нее – тоже… все на высшем уровне!».
Кира была одета в брючки, наподобие бриджей. Они опускались чуть ниже коленей, и там манжетами охватывали ее ноги. Бриджи изрядно облегали ее попу и верх бедер, отчего стало окончательно ясно, что Косов – погиб!
«Вот это – фемина! Это ж… пиздец просто, а не женщина! А вот такие штанишки – это тоже – вызов обществу? Когда все ходят в платьях или юбках?».
И только затем, Иван, опомнившись, заметил с какой нескрываемой неприязнью на него смотрит «ариец».
«Оп-па! А он – ее бой-фрэнд выходит? Или – просто воздыхатель? Если – воздыхатель, то и подвинуть эту бестию – вовсе не грех!».
- Иван! А вот что это за линии на ткани? – Кира выпрямилась и с улыбкой посмотрела на него.
Он снова потер нос – «ну чешется же, блин!»:
- Так ведь я – не художник-оформитель. Рисовать не умею. Вот и приходится – сначала сделать клетки, потом – наброски букв по клеткам. А уж потом – по контурам – белила наносить!
- Интересно! Я сама в школьной стенгазете рисовала, но там мы просто сразу перьями писали, - Кира смотрела на него с улыбкой и неким интересом.
«Так… мне надо выйти, отдышаться и покурить! А то – мы вот-вот с этим «гансом» сцепимся! Он, не отрываясь, на меня пялится. Ага… покусился на его «лебенсраум».
Когда он вернулся в библиотеку, Илья уже заканчивал свою экскурсию.
- Ну, я вижу – у вас дело идет на лад! Практически все уже сделано, так – мелкие штрихи у вас остались. А что вы придумали по поводу открытия клуба? Это ведь дело такое, не ординарное! Тут не получится просто перерезать ленточку, - Кира поглядывала на Илью, и, почему-то, на Ивана.
Илья всунул пальцы в свою шевелюру и энергично ее потрепал:
- Тут, Кира, дела обстоят не очень… Нужно, конечно, концерт дать! Но вот с кем это организовывать и как? Со школой я переговорил, они могут показать несколько номеров. Но не более того, а вот чем дальше заполнять программу?
- Открытие клуба для местных жителей, работников совхоза – это, конечно, событие! А пойдемте, да подумаем вместе. Ну что, Илья, приглашаешь нас в свой кабинет? – она улыбалась.
«Как же здорово она улыбается! Какая все-таки девчонка!». Вместо мыслей у Косова опять – один романтик!
Илья засуетился:
- Да! Пойдемте в мой кабинет, вместе подумаем. Сообща может что и получится.
- А ты, Иван, разве не идешь с нами? – красавица повернулась к нему.
- А я-то Вам зачем там нужен? Где я и где – концерт? – Косов удивился и развел руки, но при этом все равно любовался ею.
- Ну как же? Вон как тебя Илья нам расхваливал – что и энергичный ты, и предложения постоянно какие-то выдвигаешь, и работник хороший.
«Ага… я еще и крестиком вышивать умею!». Так и хотелось заявить, что он попрется за ней куда угодно. Вот только «арийская морда» мешает!
Но – пришлось идти, Илья тоже активно увлекал его вслед за всей компанией.
В кабинете Илью засмущали подколками о творческом беспорядке в директорском кабинете. Он начал судорожно пытаться прибрать бумаги, но только наводил еще больший беспорядок.
- Так! Илья! Сядь на диван и не мешай нам. Мы с Зиной сейчас все приберем! – «какая активная комсомолка»!
- Может… пока вы тут мозговой штурм устраивать будете, я смотаюсь к Миронычу, да организую какой-никакой чай с перекусом? – Иван действительно не понимал, что он может предложить. А вот сбегать к коллеге по сторожевому делу, перехватить у него сальца, да еще чего на «пожевать» - он мог.
- Как ты интересно сказал – мозговой штурм! Это что такое? – включился в разговор Виктор.
- Та-а-а-к… пока мы не увлеклись этим непонятным термином… мужчины! А где та сумка, которую вы несли всю дорогу от дома сюда? – Кира встала посреди кабинета, прервав уборку.
- Точно! Я ее внизу оставил! – Виктор выскочил и загрохотал вниз по лестнице.
- Мы в прошлый раз, пока сюда приехали, да пока с Ильей обо всем переговорили, проголодались – просто страсть как! – Зина, улыбаясь, посмотрела на Илью, - вот и решили сегодня с собой бутерброды взять!
 
Илья покраснел:
- Да я как-то… все – так… перебиваюсь…
«Да… перебивается он. То я его подкармливаю, то мужики-сторожа. Точно – не от мира сего Илюха!».
Иван спустился вниз, вымыл руки и раскочегарил керосинку, поставив на нее большой пятилитровый медный чайник, приобретенный им по случаю на маленьком рынке, возникшем на станции Кривощеково. Пока ждал кипятка, закурил.
«Вот чего я так нервно… по-мальчишески, отреагировал на Киру. То, что она красива, сомнений нет. Что она полностью в его вкусе, тоже. Но вот чтобы – так?! Ведь по сути – старый, циничный кобель! И женщин у меня в той жизни было много. Влюбчивостью – никогда не страдал, только дважды в жизни что-то чувствовал, кроме плотского влечения. Это – совсем в молодости, жена Ирина. И потом, уже ближе к тридцати, тоже был эпизод. Встретилась ему одна особа, от которой, на какой-то момент, Сергей Елизаров потерял голову. Хорошо, что этот момент был короток, пару недель, может чуть больше длилось то наваждение. И слава Богу, что та… особа… быстро уехала к себе на Родину, побыв в гостях у своих родственников».
«А что – сейчас? Ладно… Надо взять себя в руки, и успокоиться! Может она… во сне храпит и… попукивает?! А может она… детей не любит и кошек в детстве мучила?! И вообще – корыстная карьеристка и… агент Дефензивы, вот!».
Взяв закипевший чайник, Иван вернулся в кабинет директора уже более или менее спокойным.
- Ну ты где пропал? – в кабинете дым стоял коромыслом.
- Да! Ты так и не объяснил, что такое – мозговой штурм! – это уже Кирин брат вспомнил.
- А давайте сейчас прервемся, выпьем чаю, съедим что-нибудь, успокоимся. Глядишь какие-нибудь мысли и посетят наши головы.
Во время перекуса, Иван старался в сторону девушки не смотреть.
- Мозговой штурм… я где-то в журнале читал, что на Западе так называется прием выработки решения, когда участвуют все члены коллектива. Каждый может предложить что угодно, пусть это и покажется сначала – явной глупостью. Все мысли фиксируются… ну – записываются. А когда фонтан мыслей иссякает, то уже, успокоившись, каждое предложение рассматривают со всех сторон. Что явно не подходит – откладывают в сторонку. Но не выбрасывают – а вдруг в другой раз подойдет? И вот так вырабатывают решение по проблеме.
- Х-м-м-м… я так и подумал. У нас так тоже часто бывает. Правда это в основном – в курилках случается, а не за столом у руководителя.
- Виктор у нас – химик-технолог, - с явным пиететом уведомил Косова Илья.
Во время штурма всей компанией нагородили тоже… немало. Потом, откидывая явно завиральные темы, стали копошиться во всем остальном.
- Так… что у нас получается? Зиночка, огласи что там вышло, - Зину посадили за стол в качестве секретаря штурма.
- Так… ага… школа. Илья – тебе предметно переговорить с учителями, что и сколько они могут показать. Составить хронометраж, ну… примерно.
«Про хронометраж номеров я удачно ввернул. А то… будет либо недобор, либо – перебор!».
- Дальше! По предложению Ивана, мы с Кирой узнаем в институте, кто из студентов в городе, и кто из них может быть привлечен на концерт, - Зина это говорила с сомнением. «Ну – понятно, середина лета, сессия сдана, «студеры» – в разъездах».
- Исходим из того, что концерт не может быть маленьким. Меньше полутора часов – нас не поймут, зачем людей собрали! – Илья тоже размышляет, - то есть… в идеале… два отделения. Первое – выступления руководителей… всех уровней… и здесь же – выступление детей. Дети – местные, взрослые – тоже. А родители и родственники всегда с удовольствием смотрят на своих детей.
- А вот второе отделение… здесь что-то глухо. Ну… хорошо, если мединститут пару номеров нам даст. Лесобиржа та же… хотя вот здесь – сомневаюсь. Может быть на Сибкомбайне кто-то из самодеятельности есть? Но – тоже вряд ли… Они и открылись-то всего пару лет назад. Коллектив молодой, толком не сложился еще. И как там у них с культурой – я понятия не имею.