Невеста кромешника

– Багор, извини, я нечаянно уничтожила один из твоих столов.
Седые брови мужчины взлетели на лоб.
– Кайра, солнышко, ты смеешься?
Он знал, кто я. Более того, он был одним из первых учителей выживания, которые занимались со мной по приказу прадеда. Нас связывало много хороших и плохих воспоминаний, и это позволяло общаться по-простому, игнорируя правила этикета.
– Нет, не смеюсь, на всякий случай сообщила, чтобы ты не ломал голову, куда подевался стол.
  
– Точно смеешься! За твоим боем следили даже трусы, забившиеся в камин.
Багор бросил красноречивый взгляд на все еще бледных нанимателей Петраша. Столичные маги пытались пережить испытанный страх, заказав несколько кувшинов вина. После пива – вино… У кого-то утром будет трещать голова.
– Нона завтра сможет подзаработать на своем антипохмельном зелье, – улыбнулась я и спросила: – Кстати, вы не передумали? Может, все-таки стоит отправить ее учиться в КУМ?
Багор скривился, будто обнаружил, что новый торговец пытается подсунуть мясо с душком.
– Кайра, дар у нее крохотный, так зачем попусту кататься в столичный университет? Уроков местной знахарки, а затем курсов в Белграде ей вполне хватит.
Ох уж этот мнительный папаша! Дело не в величине дара, Багор переживал, что городские повесы вскружат его дочери-простушке голову. А как по мне, она еще та плутовка и прекрасно умеет обращаться с мужчинами – работа в трактире научила ставить на место даже пьяных контрабандистов.
– А что по этому поводу говорит сама Нона?
Багор помрачнел и ловко перевел тему:
– Кайра, хочешь принять ванну?
День выдался изнурительным: сначала погост, затем немертвые. Да я сама скоро буду пахнуть, как поднятая из могилы нежить… Мне жизненно нужна горячая вода. Согласна даже на холодную.
– Мог бы и не спрашивать!
Проезжая мимо трактира «Соль и серебро», я всегда здесь останавливалась на ночь. Не только поболтать с бывшим учителем, мне нравилось обслуживание, еда, уют предоставляемых комнат. Добротные защитные артефакты на дверях и окнах, волчьи или медвежьи шкуры на полу, удобные кровати, заправленные покрывалами, которые связали дочери трактирщика. Чисто, безопасно и доступно не всем искателям приключений, которые толпами валят в северные горы за рэйскими камнями. Обычно Багор наметанным глазом бывшего стражника определял, что собой представлял гость, и тем, кто был в неладах с совестью, отказывал в постое. Это сегодня его интуиция дала сбой, не распознав немертвых. Впрочем, нечисть сложно определить.
Почти полчаса я нежилась в горячей воде с ароматными отварами лечебных трав. Деревянная ванна, гладкая и огромная, позволяла вытянуться во весь рост, что примиряло меня с отсутствием водопровода. Если совсем разморит, воду работники трактира вынесут уже утром. Ну а пока можно расслабиться…
Можно, но не получалось.
Не отпускали мысли об ордене и моей помощи.
Дохлый квакус! Я не хочу ехать в долину Адарай, не хочу бродить по пещерам. Я знаю, что мои видения сбываются, и умирать не желаю. К тому же именно я, упав, разбужу страшного кромешника, погибель мира. Сомневаюсь, что принудительный сон изменил его к лучшему, скорее наоборот. На его месте я бы точно разозлилась на орден!
Если я не упаду на саркофаг, крышка не рассыплется, а значит, спящий кромешник продолжит качаться на лианах вечность.
Решено! Я извинюсь перед его величеством, заклинатели змей есть помимо меня. Наверное, есть… Кромешники всесильные, вот пусть и ищут других специалистов по магическим змеям!
И да, стоит попросить короля, чтобы почистил мне память, быть хранителем чужих тайн не хочу – своих в избытке.
Когда вода в ванне остыла, я в полудреме добралась до кровати. Толком не вытираясь, нагой скользнула под теплое одеяло и тотчас уснула.
Сколько спала, не знаю. Разбудило чувство тревоги и чужая рука, гладящая мое бедро. Рука мужская…
И это точно не сон!
Не думая, выхватила нож из-под подушки и приставила к горлу наглеца.
– Полегче, Кайра, иначе покалечишь отца своих будущих детей, – с едкой насмешкой, без капли страха, произнес мужчина.
– Герцог Горейский… – Спросонья я не совладала с эмоциями и почти простонала титул и фамилию бывшего жениха.
– Горан, – раздраженно поправил он.
Герцога злил официоз, и я специально не называла его по имени, создавая между нами дистанцию.
И да, мне противно находиться рядом, не говоря уже о том, чтобы делать гипотетических детей.
Щелчком пальцев запустила несколько световых «стрекоз», прогоняя темноту.
– Что ты забыла в этом клоповнике, Кайра? Твоя мать места себе не находит!
– Моей семье плевать, где я.
Не опуская ножа, отодвинулась по возможности подальше.
– Не преувеличивай! Ты сбежала накануне поездки к портнихе – это же нужно было до такого додуматься! Мать не простит тебе эту выходку.
– Точно, она переживает, что встреча с популярной портнихой сорвалась, – хмыкнула я.
– Кайра, прекрати! Твои родные тебе не враги, это ты ведешь себя, как глупая девочка. Ты себя видела в зеркале?
А что там?.. Каждое утро и вечер смотрюсь и вижу миловидную брюнетку с лицом сердечком и зелеными глазами – уверена, бывший вцепился не из-за неземной красоты, которой нет.
– Ты ночуешь в притоне, Кайра! Волосы утратили блеск, одежда как у магичек из простолюдинок, появился вульгарный загар, – методично отчитывал меня Горейский. – А твои ужасные, бесстыдно обтягивающие штаны из кожи?
Настроение стремительно портилось, пока не осознала: я ведь ему больше ничего не должна. Даже помолвка разорвана по его вине. Так почему я снова терплю гадости в свой адрес?!
Я резко подтянула к груди ноги и тотчас выпрямила вбок, сталкивая Горейского с кровати.
Раздался смачный глухой стук и почти сразу – мелодичное звяканье. У герцога что-то выпало из кармана?
– Кайра! Совсем сдурела, некромантка недоделанная?!
– А ты? Что ты делаешь в моем номере, в моей постели? – задала я вопросы, которые стоило озвучить раньше. – Как ты вообще сюда попал?
– Я практически твой муж, где мне еще быть? – пробормотал герцог зло, торопливо ища что-то на полу.
Засунув нож обратно под подушку и усевшись на кровати, я успела увидеть блеск бриллиантов: Горейский быстро спрятал украшение в карман камзола винного цвета.
Ой… если не показалось, это был родовой брачный браслет? Зачем герцог таскает его с собой?
– Сколько раз тебе нужно повторить, чтобы дошло? Я не выйду за тебя замуж!
– Куда ты денешься, Кайра? – хмыкнул герцог и, поднявшись с пола, отряхнулся.
Меня распирало от ярости. Какой же урод! Невыносимый, с раздутым самомнением мерзавец!
– Даже если ты меня свяжешь и притащишь в храм, я не скажу «да».
– Кому нужно твое «да», Кайра? – рассмеялся негодяй. – Наши семьи готовятся к свадьбе, дату уже объявили.
– Я разорвала помолвку!
– А твой отец – нет, – издевательски рассмеялся Горейский.
– Сколько ты ему пообещал? – спросила, чтобы отвлечь.
Он не признается, я уже интересовалась ранее. Но мне необходимо потянуть время, чтобы прийти в себя и понять, как лучше выгнать из спальни бывшего жениха.
Прилюдные разборки мне ни к чему, это же Север, нравы здесь одновременно простые и суровые. Женщина может завести любовника – и ее никто не осудит. Но если скомпрометируют девушку, ее родственники вправе позвать жреца и прямо на месте обвенчать обесчещенную с наглецом.
Ох, а не для этого ли герцог захватил браслет? Вдруг додумался до подобного?
Мне стало неуютно. Нет, страшно. Я некромантка, но при этом уязвимая в некоторых вопросах девушка. И Горейский знает, что я не смогу убить человека без веской причины.
Оглядываясь по сторонам, обнаружила способ, благодаря которому бывший проник в мою комнату. Приоткрытое окно.
Я комнату не проветривала, значит, задвижку открыл кто-то из работников трактира перед моим возвращением в номер.
Горейский кого-то подкупил – это оставлять безнаказанным нельзя! Сегодня в комнате постоялицы открыли окно для аристократа, завтра – для наемного убийцы.