Твое сердце – лед

Неожиданно мои глаза быстро наполняются слезами.
Черт, черт, черт.
Амелия пугается и берет меня за руку:
– Кать, ты чего?
Я смахиваю слёзы. И все рассказываю подруге.
Как появился этот странный парень вчера, как мы ходили в кино, а потом я сбежала.
Мне становится лучше, когда замолкаю. И я даже беру телефон в руки и первый раз за день читаю сообщения, которые пришли от Максима.
– Ты улыбаешься. – Неожиданный голос Амелии вытаскивает меня из телефона.
– Что?
– Ты улыбаешься, читая сообщения от него… Встреться с ним ещё раз.
– Не хочу.
– Зря.
– Почему зря? Ты вот с Булатом тоже не встречаешься.
Амелия опускает голову вниз.
– Что поделать, если не приглашает? Самой пригласить?
Блин, наступила на больную мозоль. Подруга, называется. Лучше бы промолчала…
* * *
Макс
Черт! Ни одного ответа! Как так? Как идиот написываю целый день, проверяю телефон каждые две минуты. Ни одного ответа!
Ни одна! Ни одна девчонка так со мной не поступала.
Блядь. Я ее уже почти ненавижу.
Вечером в мою комнату без стука заходит Милана. Кажется, это стало традицией.
Как-то загадочно улыбается, подходит ко мне, кладёт руку на плечо.
– Молодец, Макс! Ты молодец! Уже начало действовать!
– Ты о чем?
– Катя сегодня всю тренировку каталась, как корова! – моя сестра сияет неподдельным счастьем.
Я смахиваю ее руку. Почему-то становится неприятно.
– Я здесь не при чем.
– Конечно, это ты! Она ещё и в столовой подружке плакалась. Наверное, втрескалась в тебя по уши, теперь думает, что делать.
Я прищуриваюсь, размышляю. Я мог правда вызвать такую реакцию? Плакала? Ну это уж чересчур.
– Она мне не отвечает, – говорю я сестре. – Значит, дело в другом. Может, в семье что случилось.
В эту самую минуту на мой телефон приходит сообщение. Мы оба поворачиваем голову, смотрим на экран телефона. Видим имя «Катя». Милана в восхищении потирает руки:
– Я же говорила!
– Ладно, все, иди. – Я встаю и выгоняю ее из комнаты.
– Эй, ты чего? Я хочу посмотреть!
– Быстро выходи. Без тебя разберусь, мелкая!
Закрываю дверь на замок. Подношу экран к глазам. Смахиваю, чтобы прочитать сообщение.
Почему-то не хочу, чтобы кто-нибудь ещё кроме меня видел то, что она мне написала.
  
Глава 10
 
Катя
 
Делаю глубокий вдох, сажусь на кровать, беру телефон в руки и набираю сообщение.
Стираю. Пишу заново:
Снова стираю. Эх, как же я легко сдаюсь! Может, надо было не отвечать ему неделю…? Но он ничего такого не сделал. Сейчас я понимаю, что разозлилась на пустом месте. Просто потому что для меня все это неожиданно и не вовремя. Но Максим же не виноват!
Если я ему не отвечу, буду думать об этом все время… Так и буду кататься на льду и думать только о нем. Надо исправить ситуацию, сделать так, как велит мне сердце. Я пишу честно:
Ответ приходит очень быстро. Макс отвечает:
Я расплываюсь в широкой улыбке. Амелия права: он заставляет меня улыбаться, значит, в этом что-то есть.
  
Я смотрю своё расписание и пишу:
Его быстрый ответ:
Я ложусь в кровать с телефоном в руках. Не хочется его выключать, хотя пора спать. Спрашиваю:
И так начинается моя первая в жизни долгая ночная переписка.
Макс
Пишу «Спокойной ночи» и чуть не приписываю слово «любимая». Останавливаю себя и пишу «чемпионка».
Блин, надо себя сдерживать. Так точно спалюсь, а она только начала мне доверять.
Смотрю на часы – показывают полпервого ночи – и усмехаюсь. Вот это мы заболтались. Правильная девочка Катя ложилась спать в восемь вечера, пока не познакомилась с плохим мальчиком Максимом.
Поднимаю одеяло и поправляю набухший в трусах член. Скоро Катя познакомится с ним.
Кстати, неплохо было бы подумать про это знакомство. Где все будет происходить? Снять гостиницу? Пригласить к себе домой – не вариант, увидит фотку с Миланой или какую-нибудь ее вещь. И все – пиши пропало.
Может, снять квартиру?
Эх, все в груди зудит, как хочется попробовать. Конечно, запара, что раньше у неё ничего не было, наверняка будет просить остановиться и говорить, что больно.
Но какой же кайф все равно, наверное, быть первым. Входить туда, где еще никого не было. Первый раз запоминается навсегда. По себе знаю…
До сих пор помню поездку во Францию к другу. Он снимал квартиру, а по соседству с ним жили две русские девушки. Вот с одной из них и случился мой первый раз. Хотя я думаю, что она этого не поняла, я ни единой эмоцией не выдал, что мне все в новинку. Давно это было. Я даже не помню, как ее зовут, но зато до сих пор отчетливо вижу ее упругую грудь в своих руках. Помню серёжку в пупке, которую целовал.
Вот так и Катя запомнит, какого размера у меня, и всю жизнь будет вспоминать, сравнивать с другими не в их пользу…
Открываю интернет, чтобы найти какое-нибудь видео, как лучше лишить девушку девственности, в будущем пригодится, да и сейчас разрядка необходима… но вдруг слышу, как хлопает входная дверь. Тяжёлые шаги отца, а затем звонкий женский голос.
Настроение сразу падает. И не только оно…
Встаю и подхожу к двери. Кого отец привёл в наш дом в такое время?
Сквозь щель вижу какую-то блондинку. Кулаки непроизвольно сжимаются.
Хоть я и знаю, что они с матерью развелись, но такое все равно видеть не могу – противно. Будет спать с ней в спальне, где была мама? Он совсем с ума сошел?
Открываю дверь и спускаюсь вниз.
Голоса сразу затихают.
– Максим, ты чего не спишь? – отец смотрит на меня сурово, но голосом старается не подавать вида.
Я молчу.
Девица разворачивается ко мне, я поднимаю брови вверх.
Папа радостно ей рассказывает:
– Это мой старший сын, Максим.
У меня в голове больно крутятся мысли. Не зря сегодня вспоминал первый раз.
Девушка, чью грудь я хорошо помню, а лицо забыл, в эту самую минуту стоит передо мной. Да, это точно она!
– Как тебя зовут? – рявкаю я.
Отец возмущается:
– Максим, что за грубый тон? Как ты себя ведёшь? Иди наверх, не мешай нам!
– Меня зовут Адель, ты что, забыл? – наконец прорезывается ее тонкий голос.
Отец, успевший схватить меня за майку, сейчас опускает руку.
– Вы что, знакомы?
– Да, виделись во Франции, – смущённо говорит девушка, хлопая длинными ресницами.
Меня прямо тошнит от этой ситуации. Отцу почти пятьдесят. Ей от силы двадцать девять.
Но противно не только из-за этого – ещё и из-за того, что сейчас она стоит и корчит из себя Мону Лизу. Эта распущенная девушка, которая по первому зову готова снять трусы.
Кому она сейчас хочет понравиться? Неужели серьезно взялась за моего отца? Может, даже моей мачехой стать хочет?