Проект «Папа»

– Не могу, я уезжаю из города.
– Все-таки уезжаешь? – От потрясения голос задрожал.
– Я люблю тебя, Кэтрин, но устал ждать, когда ты это поймешь.
Что пойму?
– Я понимаю, что ты хочешь добиться успеха, но у тебя смещены приоритеты. Я просто не могу так больше. А Лидия – теплая, умная женщина, и она не зациклена исключительно на работе.
– И вовсе она не такая! – покачала я головой. – Уж в этом-то я абсолютно уверена.
– Ты вряд ли можешь об этом судить, Кэтрин.
Ой!
Он вздохнул. Я прямо видела, как он потирает шею, как всегда делает, когда напряжен.
– Мне пора идти, Кэт. Мне многое нужно сделать до отъезда. Береги себя.
Не веря собственным ушам, я слушала короткие гудки. Люк бросил меня.
Я уронила голову на стол, пару раз от души стукнулась о его твердую поверхность. Может, так я выколочу какую-нибудь умную идею. Как собрать жизнь, которая вдруг рассыпалась на мелкие куски?
– Как вы себя чувствуете, Кэтрин?
Услышав голос Дрейка, я вздрогнула и подняла голову.
– Негодяй!
В глазах его появились искорки смеха, но лицо оставалось серьезным.
– Как я вижу, не слишком хорошо. Вчера вечером вы совсем отключились.
– Вы специально напоили меня, да? Чтобы выудить из меня всякие секреты? – Я искренне надеялась, что не сказала ничего, что могло бы причинить вред нашей компании. Но я не помнила этого точно. – А я еще удивлялась, встретив вас там, но вы все спланировали заранее, да? Вы, наверное, следили за мной?
Потом я припомнила: он ведь сам говорил, что пришел туда следить за Лидией. Я свирепо уставилась на него.
– Негодяй!
Он вошел в кабинет и закрыл за собой дверь. Он не был таким уж высоким, но все равно умудрился как-то сразу заполнить собой мой чуланчик. Я непроизвольно отшатнулась.
Дрейк присел на угол стола и стал молча разглядывать меня. Наконец он заговорил.
– Похоже, вы узнали, что я собираюсь захватить контроль над «Эшворт Коммуникейшнс».
– Лидия никогда не позволит вам это сделать! – вздернула я подбородок. – Я вообще не понимаю, как она еще не запретила вам появляться в этом здании.
Он криво ухмыльнулся.
– Думаю, Лидия ничего не может предпринять по этому поводу.
Это было сказано так сухо и прозаично, что я почему-то сразу поверила. И мысленно отметила, что нужно обновить свое резюме – оно может мне скоро понадобиться.
– Нельзя ничего запретить держателю основного пакета акций! Но я собираюсь изменить свой первоначальный план.
– Это правда?
– Если вы дадите мне кое-какую информацию, – кивнул он.
Ха!
– Вы меня принимаете за идиотку? Не нужно недооценивать женщин! Именно мы изобрели пожарный выход, пуленепробиваемый жилет и лазерный принтер. Не говоря уже о щетках стеклоочистителя.
Его губы расплылись в улыбке.
– Я никогда не посмею недооценивать вас, Кэтрин. Я вас очень уважаю. Но информация, которую я прошу мне дать, – не о компании. О Лидии.
Будь я умнее, я бы рассказала Дрейку все, что он хочет, и заставила бы его пообещать мне работу, когда он захватит «ЭшКом». Но я не могла. Просто не могла.
– Нет.
Вы все еще верны ей, даже после того разноса, который она наверняка устроила вам сегодня утром, – удивленно произнес он.
Я содрогнулась при воспоминании об этом. Потом пожала плечами.
– Это просто привычка, и я от нее избавлюсь. Со временем.
– Не уверен, – пробормотал он, постукивая пальцем по подбородку. Он молча рассматривал меня.
Я вздернула подбородок, поджала губы и с вызовом взглянула на него. Пусть не думает, что может заставить меня сделать все, что он захочет.
Понятия не имею, как долго мы сверлили друг друга глазами. Наконец он нарушил молчание.
– Я должен перед вами извиниться, Кэтрин.
– Простите? – Что-то я не поняла. Такие, как Дрейк, не извиняются. Никогда.
Он кивнул.
– Я уверен, вы поймете, выслушав меня, что я не мог быть с вами полностью откровенным вчера. Но все же должен был.
Я ничего не ответила (потому что онемела от удивления), поэтому он продолжил:
– Когда-то нас с Лидией связывали серьезные отношения. – Он провел рукой по волосам. – Очень серьезные: я собирался сделать ей предложение.
 
– Что?! – Я открыла рот от удивления.
Он меня не слышал. Во всяком случае, я так думаю, потому что он продолжал рассказывать.
– Я был молод и неопытен, но при этом одержим ею. Не так одержим, как она своей карьерой, а также стремлением доказать отцу, что, вопреки его мнению, она сможет добиться успеха самостоятельно. – Он улыбнулся, но улыбка получилась какая-то невеселая. – Она была еще более неистовой и целеустремленной, чем сейчас.
Я не могла этого представить. Слишком страшно.
– Лидия была страстная. Она с таким пылом рассказывала о том, чего собирается достичь! И я любил ее за это еще сильнее.
– А что случилось потом? – спросила я, прочистив горло.
Он замер. Я почти пожалела, что спросила. Но мне было интересно. (Любопытство – великая сила, когда нужно собирать данные для научного исследования, но во многих других ситуациях это ужасный недостаток.)
– Я тогда как раз создал свою первую компанию. Лидия работала на моего соперника, но для меня это не имело значения. – Выражение его лица вдруг изменилось, стало холоднее. – Я не думал, что это может стать проблемой. Пока Лидия меня не предала.
Вот это да! Лидия, должно быть, очень храбрая, раз посмела перейти ему дорогу. Или глупая. А вот мнесовсем не хочется иметь такого врага. Мне было до тошноты страшно смотреть на него – а ведь его гнев был направлен не на меня!
– А что она сделала?
– Она предоставила своему боссу очень важную информацию о моей компании – с ее помощью они разрушили мой бизнес. – Он откинулся назад, притворяясь спокойным. Но меня не проведешь. – Это был гениальный ход, который принес ей повышение по службе. Что стало для нее первым шагом к созданию собственной компании. Я должен был догадаться, что она готова на все, лишь бы укрепить свои позиции в той фирме.
Ой! Я вздрогнула. Мне это как-то очень знакомо! Будто я снова слышала все, что Люк недавно выкрикивал мне в лицо.
– Забавно, – проговорил Дрейк, думая о чем-то своем. – Сейчас я не могу решить, восхищен ли я этим поступком Лидии или разгневан.
Я поправила очки и с трудом сглотнула.
– Значит, вы расстались?
Он криво усмехнулся.
– Да, расстались. И я поклялся возродить свою компанию и заставить ее оказаться в моей шкуре. Поклялся раздавить ее так, как она раздавила меня. Возмездие! – Он ухмыльнулся и покачал головой. – Но она обладает большей властью надо мной, чем я думал, потому что я не в состоянии этого сделать. Я все еще люблю ее.
Мне потребовалось время, чтобы переварить эту новость. И все же я не могла понять одного.
– Наверное, отнять у женщины ее бизнес – это не лучший способ завоевать ее расположение.
– Действительно, – усмехнулся он, – вы очень проницательны, Кэтрин. Поэтому я и передумал. Кажется, у меня есть план получше: объединиться. Как в бизнесе, так и в жизни.
– Не думаю, что Лидии понравится эта идея.
Если я в чем-то и была уверена в отношении своей начальницы, так это в том, что в ее душе слишком глубоко укоренились жажда независимости и стремление все держать под своим контролем. Взять хотя бы эту затею с донорством спермы. Да она ни за что не уступит ни свою компанию, ни свое сердце такому сильному мужчине, как Дрейк.
– Я смогу уговорить ее, – он сказал это так уверенно, что почти убедил меня, – но мне понадобится ваша помощь.
– Не знаю, – прикусила я губу, – если ей станет известно...
– Кэтрин, разве вы не хотите вернуть своего любимого?
– Любимого?
– Того мужчину, который был с Лидией.
 Люка.Я собиралась было по привычке возразить, что он просто мой лучший друг. Но вспомнила, как он целовал меня в тот единственный раз, вспомнила его сильные руки на своем теле и то, каким голосом он признался мне в любви, высказав сначала всю свою горечь и обиду.