Скрывая улики. Компиляция (СИ)

В этот момент на меня снизошло озарение, впервые за последние дни. Элиот не раз предлагал мне свою помощь, а я все время старался держать его на расстоянии. Кажется, пришло время сменить тактику.
— Мы не могли бы сейчас зайти ко мне в офис? — предложил я. — Мне нужна от вас кое-какая помощь.
От этого предложения он пришел в неописуемый восторг, и через десять минут мы уже сидели в моем рабочем кабинете. Я сразу же приступил к делу.
— Вам когда-либо доводилось слышать такое имя, как Томми Лэсситер?
— Нет. А кто это? — Судя по всему, это имя ему абсолютно ничего не говорило.
— Профессиональный убийца. У меня есть все основания считать, что это он убил Линду Падилла и всех остальных женщин.
— Вы это точно знаете?
— Еще как! — кивнул я.
— Ну и чудесно. Вы хотите, чтобы мой человек выследил его?
— Нет, я надеюсь, что это сделают средства массовой информации. Вы были знакомы с женой Дэниела?
— С Маргарет? Я ее знал… то есть не так, чтобы близко… несколько раз мы вместе обедали с ней и с Дэниелом. — На лице моего собеседника отразилось недоумение. — А почему вы спрашиваете? Она-то какое имеет отношение ко всей этой истории?
— То, что я скажу сейчас, должно остаться между нами, — сказал я.
— Конечно, о чем разговор!
— У меня есть серьезные причины подозревать, что Маргарет тоже убил Лэсситер.
— Но почему? За что?
— Вот это нам и предстоит выяснить. Лэсситер работает за деньги. Если он убил Маргарет, значит, кто-то ему за это заплатил. Мне нужно во что бы то ни стало узнать имя заказчика. Я должен знать, кто желал ей смерти и у кого имелось достаточно денег, чтобы осуществить это желание.
Элиот наморщил лоб, судя по всему, теряясь в догадках.
— Даже не знаю… Не могу себе представить, чтобы кто-нибудь из известных мне людей мог это сделать. Вообще-то я всегда считал, что ее гибель была случайной… Что какой-то псих…
— Если угодно, можете считать его психом. А поскольку это случилось в вашем родном городе, где и стены помогают, то вам легче будет докопаться до правды.
Он пообещал сделать все, что от него зависит, и еще раз поблагодарил за оказанное доверие. После этого мы вместе вышли в приемную, где меня уже поджидали Уилли и Сондра.
Девушка выглядела потрясающе, и сегодня на ее теле красовалось еще больше драгоценностей, чем в последнюю нашу встречу: к золотым часикам и медальону с александритом добавился браслет с рубинами.
Я представил своих друзей Элиоту, которого совершенно явно гораздо больше впечатлила Сондра, нежели Уилли. Вот интересно, стал бы он смотреть на нее с таким восторгом, если бы знал ее трудовую биографию? Я искренне надеялся, что Уилли не обратит внимания, как он на нее таращится. В противном случае Элиот немедленно спикирует в окно, причем без всякого парашюта и без защитной каски, а Пит Стэнтон даже не успеет его сфотографировать.
На всякий случай я начал потихоньку оттеснять Элиота к выходу.
— Ты заметил, как он пялился на Сондру? — воскликнул Уилли после того, как за моим посетителем закрылась дверь.
— Успокойся, Уилли, — сказала Сондра. — Тебя послушать, так все только и делают, что пялятся на меня.
— Так оно и есть, черт возьми, — подтвердил Уилли.
Как выяснилось, они пришли поставить меня в известность, что «Заведение имени Тары» в ближайшие понедельник и вторник будет закрыто. Дело в том, что они с Сондрой решили махнуть на пару дней в Атлантик-сити, чтобы развеяться и сходить в казино.
Услышав об этом, я испытал мощный приступ зависти. Как было бы замечательно забыть про Дэниела и Такера, про Кэлвина и Доминика Петроне, а главное, забыть про Лэсситера. А самому рвануть в казино. И переживать там не за чью-то чужую жизнь, а только по поводу того, на какое поле поставить.
  
Глава 36
 
Шумиха в прессе начала понемногу стихать, зато лично я получил несколько посланий, в которых мне угрожали смертью, и несколько безумных телефонных звонков. С сожалением вынужден признать, что ажиотаж пошел на спад только потому, что сторона обвинения успешно выигрывала процесс. При мысли о том, что Дэниела скоро казнят, люди чувствовали себя в безопасности, потому что им больше нечего было бояться.
 
Нынче вечером я собирался вновь растревожить этот улей, и с этой целью договорился об интервью на телеканале Си-эн-эн. Я был твердо намерен не только в очередной раз заявить о том, что мой клиент невиновен, но и преподнести один сюрприз.
Лори поехала в Нью-Йорк вместе со мной. Когда мы попытались припарковаться в центре, служащий автостоянки назвал сумму: «Сорок один доллар». Я уже было решил, что он приценивается к моему автомобилю, но оказалось, что именно столько стоит час парковки в вечернее время. Пожалуй, инвестировать деньги в нью-йоркские автостоянки — это даже круче, чем покупать кофейные акции.
Оставив машину, мы пошли в сторону здания, где расположены офисы Си-эн-эн. Вечер только наступил, и, как всегда в эту пору, на Манхэттене было полным-полно народу. Нам оставалось пройти еще полквартала, когда я, бросив случайный взгляд направо, остолбенел от ужаса.
Я увидел Томми Лэсситера. В течение нескольких мгновений он смотрел мне прямо в глаза и улыбался, а потом внезапно растворился в толпе, как будто его и не было.
— Господи, помилуй… — пробормотал я и сделал несколько шагов в ту сторону, где он только что стоял. Больше я ничего не мог сделать, поскольку вокруг кипел сплошной людской водоворот.
— Что случилось? — спросила Лори.
— Клянусь, я только что видел Лэсситера.
— Где?
Я указал рукой в ту сторону, где его, естественно, уже не было.
— Он просто стоял, смотрел на меня и улыбался, а потом исчез.
— А ты уверен, что это был он?
В тот момент я был абсолютно уверен. Однако должен признаться, что никогда не обладал феноменальной памятью на лица, да к тому же никогда не видел Лэсситера живьем.
— По-моему, да. Я поймал на себе его пристальный взгляд. Он как будто прикалывался надо мной.
— Это все стресс, Энди. Должно быть, тебе просто показалось. Сам подумай, с какой стати ему тебя преследовать?
— Может быть, он не хочет, чтобы я предавал огласке его имя. Хочет напугать меня. Что, в принципе, не так уж и сложно.
Лори в сомнении покачала головой.
— У него в запасе есть куда более сильные аргументы, чем улыбка.
В этом она была абсолютно права, и я постарался выбросить из головы зловещее видение. Мы вошли в здание, и спустя примерно час, который ушел на подготовку, я оказался в студии — с микрофоном, прицепленным к рубашке, и в состоянии полной боевой готовности.
Ведущий программы Эрон Браун производил впечатление умного человека, обладал мягким голосом и приятными манерами. Вопреки всем этим качествам, он, похоже, сумел преуспеть на телевизионном поприще. Я не случайно выбрал его в качестве собеседника. Мне хотелось, чтобы мою информацию восприняли с должной серьезностью, чтобы ее не переврали и мое выступление не выглядело бы как бессвязный лепет доведенного до отчаяния адвоката. Хотя, по правде сказать, именно доведенным до отчаяния адвокатом я себя и чувствовал.
После короткого, не дольше двух минут, вступления он перешел к сути дела:
— Насколько я понял, вы намерены сделать важное сообщение.
— Совершенно верно, — согласился я. — Мне известно имя убийцы Линды Падилла и остальных женщин.
— И кто же это такой? — немедленно подхватил ведущий.
Я достал и протянул фотографию Лэсситера, которой снабдил меня Пит.
— Его зовут Томми Лэсситер. Он наемный убийца. Один из самых успешных.
— На каком основании вы беретесь это утверждать?
— Об этом я узнал из нескольких источников, но назвать сегодня, к сожалению, могу лишь один. Это человек по имени Рэнди Клеменс, мой бывший подзащитный, которого недавно застрелили в тюрьме.
Я подробно рассказал о нашем разговоре с Рэнди, который состоялся незадолго до его гибели, и об обстоятельствах этой гибели.