Скрывая улики. Компиляция (СИ)

— Мы никогда не сможем сказать наверняка, но, когда она оставалась наедине с жертвами, она превращалась в другого человека. Ее глаза пылали гневом и местью. Она была способна на что угодно. Я знаю. Я видел это в ее глазах. Я физически ощущал ту ярость, которая окружала ее.
Карлос наблюдал за напарником несколько безмолвных секунд.
— Как ты? — спросил он.
— Нормально, — уверенно ответил Роберт. — Я рад, что все кончилось.
— Можешь сказать еще раз за меня, — сказал Карлос, поднимая обе перевязанных руки.
Оба засмеялись.
— Если только капитан Болтер не назначит меня перекладывать бумажки.
— Ни в коем случае, — заверил Роберт. — Ты мой напарник. Когда я выйду на охоту за плохими парнями, ты пойдешь со мной.
Карлос улыбнулся.
— Спасибо, Роберт, — сказал он более серьезным тоном.
— Ничего. Я бы все равно не дал капитану перевести тебя в бюрократы.
— Не за это… За то, что ты рисковал жизнью… чтобы спасти меня.
Роберт положил легкую ладонь на левое плечо напарника. Они не сказали ни слова. Слова были не нужны.
Доктор Уинстон открыл дверь секционной в подвале экспертно-криминалистического отдела и проводил капитана Болтера внутрь.
— Так что у нас тут? — спросил капитан, не тратя напрасно времени.
Как у большинства людей, у него от этой подвальной комнаты мурашки бежали по спине, и чем быстрее он выберется оттуда, тем лучше.
— Причина смерти — глубокая резаная рана брюшной полости, внутренностей и аневризма аорты с обильным кровотечением. Когда она вонзила в себя нож, она смогла перерезать живот слева направо. Почти что как в японском ритуале, — сказал доктор, подводя капитана к стальному столу с телом.
— Харакири?
— Не совсем, но эффект тот же. Она знала, что умрет через минуту. Ни единого шанса выжить.
Они оба молча посмотрели на тело.
— Ну что ж, — сказал капитан. — Должен признать, я рад, что все закончилось.
— Я тоже, — ответил доктор Уинстон с улыбкой и переменил тему. — Как здоровье Карлоса? — спросил он.
— Поправляется. Дайте ему время, и у него все будет хорошо.
— А Роберт?
— Он тоже в порядке, но вы же знаете Роберта. Злится, что не вычислил ее раньше.
— Роберт — самый талантливый детектив, с которым мне приходилось работать, но и он не ясновидящий, — сказал доктор Уинстон, качая головой. — Он не может видеть того, чего нет. Никто на это не способен. Он мог только читать те признаки, которые она оставляла, а она не оставляла ничего. Она с легкостью надевала на себя разные личности. Так она и подходила к каждой жертве, притворяясь кем-то другим. Когда она стала играть роль Изабеллы, то сыграла ее идеально. Безупречно. Ничто не могло ее выдать. Патологическая одержимость местью в конце концов изменила ее. Изабелла и Бренда были двумя разными людьми.
Капитан Болтер опять посмотрел на тело.
— Короче говоря, она мертва. Роберт это переживет и на следующей неделе приступит к новому делу.
— Уверен, что так и будет. Но я совсем не поэтому пригласил вас сюда.
Капитан заинтересованно сдвинул брови, ожидая, когда доктор Уинстон продолжит объяснение.
— Роберт обязательно попросит отчет о вскрытии.
— И что?
— Я думаю, нужно кое-что оттуда вычеркнуть.
Капитан Болтер бросил на него тревожный взгляд:
— Зачем?
Доктор Уинстон достал из ящика стола листок бумаги и протянул капитану Болтеру, который внимательно его прочитал. Его глаза остановились на середине страницы и широко раскрылись в удивлении.
— Доктор, вы уверены?
— На сто процентов.
— Какой срок?
— Судя по размеру эмбриона, не больше четырех-пяти недель.
Капитан Болтер провел рукой по волосам и дочитал отчет о вскрытии.
— Примерно тогда они и познакомились, верно?
— Так я и подумал, — ответил доктор.
— Вы уверены, что это от него?
— Нет… это может показать только анализ ДНК. Но она же действовала по плану. Она не кажется мне человеком, который стал бы спать с кем попало, тем более в такой момент, когда все ее силы были направлены на то, чтобы отомстить за смерть родных и добраться до Роберта.
 
Капитан Болтер положил отчет на стол доктора Уинстона. Помолчав минуту, он вновь заговорил:
— Роберту не принесет пользы, если он узнает об этом.
— Согласен. Это ему совсем ни к чему.
— Кто еще знает?
— Мы с вами, больше никто.
— Тогда пусть это и останется между нами. Перепишите отчет, — твердо сказал капитан.
— Я слышал, ты получил благодарность от начальника полиции и от самого мэра, — сказал Карлос, пока Роберт наливал себе стакан воды из графина у постели Карлоса.
— Как и ты.
Карлос поднял обе брови.
— Мы же напарники. Мы вместе работали над этим делом.
Карлос улыбнулся.
— Неплохо для первого дела в отделе, — насмешливо сказал Роберт.
— Да, неплохо для того, кто теперь может свистеть в собственные руки. — Карлос поднял правую руку и подвигал ею перед ртом туда-сюда, делая вид, будто насвистывает.
Они оба рассмеялись.
Тихий стук в дверь привлек их внимание.
— Ваш хохот слышно из дальнего конца коридора, — сказала Анна, входя в палату. — Приятно видеть, что вы оба смеетесь.
— Еще бы, — сказал Роберт, кладя ладонь на руку Карлоса. — Еще бы.
  
Книга II. ЭКЗЕКУТОР
 
 
В Лос-Анджелесе под Рождество убит священник. Обстоятельства убийства таковы, что можно предположить ритуальный характер мерзкого святотатства.
 
Однако за этим последовала смерть молодой женщины, от подробностей которой и у опытных полицейских кровь застыла в жилах. Это позволило Робу Хантеру на миг почувствовать всю безграничную жестокость того, кто вызвал его на поединок.
 
Столкнувшись лицом к лицу с абсолютным злом, не ведающим ни жалости, ни сострадания, Хантер понимает, что призван любой ценой остановить его…
 
  
Глава 1
 
— Забавно, что единственное, в чем мы уверены в жизни — это смерть. Ты так не думаешь? — Мужчина говорил совершенно спокойно и сидел в расслабленной позе.
— Пожалуйста… вы не должны этого делать. — Человек, лежащий на полу, был измучен. Голос его звучал сдавленно из-за слез и крови. Он был голый и дрожал. Руки его были вытянуты над головой, а запястья прикованы к грубой кирпичной стене.
Темное подвальное помещение было преображено в средневековый подвал для пыток, все четыре стены — увешаны тяжелыми металлическими оковами и кандалами. В воздухе стоял тошнотворный запах мочи, а из большого деревянного ящика в углу, на котором расположился мучитель, доносилось непрестанное жужжание. Помещение было звуконепроницаемым, и сбежать из него не представлялось возможным. Оно было заперто изнутри, и покинуть его было нельзя, пока кто-то не выпускал вас.
— Не важно, как ты прожил свою жизнь, — продолжил мужчина, не обращая внимания на окровавленного человека. — Не имеет значения, был ли ты богат, чего ты достиг, кого ты знал и какие надежды питал. В конце всех нас ждет одно и то же — все мы умираем.
— Пожалуйста, господи, не надо.
— И главное — как мы умираем.
Человек на полу закашлялся, и изо рта у него потекла тонкая красная струйка крови.
— Кое-кто умирает естественно и безболезненно, когда подходит к концу его жизненный цикл. — Мужчина рассмеялся странным булькающим смехом. — Другие годами страдают от неизлечимых болезней, неустанно борясь, чтобы добавить к жизни еще хоть несколько секунд.
— Я… я не богат. У меня есть немного, и вы можете взять все, что я имею.
— Тсс… — Мужчина приложил палец к губам, прежде чем прошептать: — Мне не нужны твои деньги.
Узник еще раз откашлялся — еще одна струйка крови.