Невероятные создания

Анья перелетела через стену, а Найтхэнд, Ириан, Кристофер и Мэл вошли через большую деревянную дверь. Внутри оказался двор и огромное, нагретое солнцем здание. В длину оно вмещало восемнадцать обрамленных золотыми листьями окон, а в высоту – пять. Две статуи драконов охраняли вход в палаццо.
Лунма приземлилась перед ним, и Анья спешилась не без помощи Найтхэнда.
– Найтхэнд рассказал, что вы задумали, – сказала она, окинув ленивым кошачьим взглядом Кристофера, Ириан и Мэл. На девочке ее глаза задержались. – Подумываю одолжить вам свой корабль.
– «Танцующую тень»? – спросил Найтхэнд. – Она все еще на ходу? Никогда не видел судна, которое двигается так быстро и бесшумно.
– Да, на ходу. И оно будет готово к отплытию раньше, чем вы обзаведетесь новой одеждой. Но есть одно условие: мне нужно переговорить с девочкой. Наедине. А вы идите в дом, моя швея уже ждет.
Кристовер и Мэл обменялись взглядами. Мэл пожала плечами, и ее лицо приняло надменное выражение.
– Ладно, – сказала она. – Я останусь. – Кристофер замешкался, и девочка нахмурилась – верный признак того, что ей страшно. – Иди. Возьми с собой Гелифена.
* * *
Четыре часа спустя, чистые, одетые во все новое и накормленные, Мэл, Кристофер, Рэтвин, Ириан и Найтхэнд шли по городу к причалу, где был пришвартован корабль Аньи. Кристофер чувствовал себя неловко в новой одежде – черных брюках, кофте винного цвета и высоких ботинках, – но наряд сидел лучше, чем вся одежда, которую он носил до этого. Сырая и изрядно потрепанная, но все еще разборчиво читаемая карта лежала у него в кармане.
Найтхэнд был затянут в плотную темно-синюю куртку. Одеть его оказалось непросто – он был настолько широк в плечах и бицепсах, что три куртки лопнули по швам, стоило ему согнуть руки.
– Он, как кракен, рвет на части любую одежду! И что мне делать с ним? – ворчала швея.
В конце концов она призвала на помощь всех помощников из мастерской, и они сшили ему куртку с нуля прямо на месте. Кристофер заметил легкую улыбку Ириан, наблюдавшую за тем, как шесть портных скалывают заготовку булавками прямо на берсерке.
Ириан достались изысканные кожаные сапоги и брюки с высокой посадкой. Она отказалась надевать чрезвычайно женственную, украшенную рюшами серебристую блузку и выбрала тонкую изумрудно-зеленую кофту, которую заправила в брюки. Одежда смягчила ее обычно строгий вид, а зеленая ткань придала коже сияние.
– Хорошо, – сдержанно сказала главная швея, а команда ее помощников синхронно кивнула в знак одобрения. – Вам юбки не нужны. У вас талант одеваться так, чтобы нравиться самой себе. Красоту переоценивают, но она точно не грех. – Портниха повесила игольницу на специальный крючок у себя на поясе. – Красота – всего лишь песчинка на весах удачи, и вам с ней определенно повезло.
Ириан рассмеялась, опустив взгляд. Она не заметила, с каким выражением лица на нее взглянул Найтхэнд.
Только Мэл отказалась переодеваться.
– Ее сшила Леонор, – сказала она, указав на кофту, которую вместе с плащом высушили у огня саламандры. От одежды все еще пахло разнообразными приключениями. – Я не сниму ее, пока она сама не свалится.
Увидев взгляд девочки, никто не рискнул с ней спорить.
Пока шли к причалу, Мэл рассказала Кристоферу, о чем с ней разговаривала Анья. В голосе девочки звучало недоумение.
– Она просто задала мне кучу вопросов о плаще. О провидце, который мне его подарил, и немного о детстве. А потом она сказала, что желает нам удачи со сфинксами.
Их компания теперь меньше выделялась в толпе, но Кристофер заметил, что с моста за ними наблюдает молодая лохматая рататоска. Мальчик уже собирался показать ее Мэл, однако к ним подошла какая-то женщина.
Она заговорила с ними на быстром и витиеватом языке, на котором говорил весь город, но потом, заметив их непонимающие лица, перешла на английский:
– Хотите узнать будущее?
Ее длинные светлые волосы доходили до талии, а платье и плащ были сшиты из красного бархата. Когда-то они выглядели изысканно, но теперь на локтях и бедрах появились потертости. Похоже, эта женщина знавала куда лучшие времена, подумал Кристофер. Позади нее маячили двое высоких мускулистых подростков – угрюмые, в поношенной одежде. Они стояли скрестив руки. У одного на запястье красовалась татуировка в виде ножа. Выглядела она так, будто он сам сделал ее – скорее всего, в темноте и тупой иглой.
  
– Одна бронзовая монетка. Вы не пожалеете. Сейчас гадалкам приходится нелегко: все волнуются, и никто толком не может сказать почему.
– Хорошо, – согласился Кристофер, поглядывая на татуировку подростка. – Мэл, дашь мне деньги?
– Ты же понимаешь, что это обман? – спросила Мэл, но все-таки протянула монетку.
Женщина схватила ладонь Кристофера, поплевала на нее – Кристофер вздрогнул, – но тут же протерла большим пальцем и принялась бормотать.
– У тебя благородная рука, мальчик! Я вижу опасность, и любовь, и чудеса. Темные места и великую славу.
Повисла тишина.
– Это все? – спросил Кристофер.
– Да. – В голосе гадалки сквозило раздражение. – А чего тебе еще надо? Я же сказала про любовь и чудеса.
Мэл фыркнула.
– Звучит как гороскоп на последней странице дешевой газетенки. Точно не стоило бронзовой монеты, – сказала она. – Пойдем, Кристофер.
Но женщина встала у них на пути и, прежде чем Мэл успела что-либо сделать, схватила ее за руку.
– Теперь ты. Вижу высокого светловолосого незнакомца. И еще приключения.
– Ты это все разглядела у меня на ладони? – Мэл поправила свободной рукой непослушную челку и одарила женщину язвительной улыбкой. – Потрясающе. Мы уходим.
– Подожди. – Женщина бросила на Мэл угрюмый взгляд. Ее глаза впервые приняли осмысленное выражение. – Странные времена ждут нас всех впереди. Люди обладают опасным талантом забывать то, что следует помнить. – Она вновь посмотрела на Мэл. – А твоя линия жизни…
Все еще удерживая руку Мэл, гадалка вложила в нее бронзовую монету и быстро пошла прочь. Угрюмые подростки последовали за ней.
Мэл, подняв брови, смотрела, как они уходят.
– Ну и что это было?
Женщина дошла до поворота и оглянулась через плечо. На ее лице отразились страх и голод. Это заставило Кристофера вздрогнуть. Он вдруг вспомнил об убийце с ножом.
  
Полуостров сфинксов
 
Корабль, который одолжила им Анья, по словам моряков на причале, был «лучшим небольшим судном, которое им довелось повидать за последние десять лет». «Танцующая тень». Рэтвин передернуло от слишком, по ее мнению, претенциозного названия. Но само судно выглядело идеально: белоснежное, с парусами, сверкающими на фоне вечернего неба, с аккуратной носовой палубой и шестью иллюминаторами. Оно было достаточно просторным, чтобы в нем разместилось двенадцать человек – по двое в каюте. На корабле имелись крохотный камбуз и два резервуара с питьевой водой. Он казался именно тем судном, благодаря которому можно было достичь поставленных целей и благополучно завершить любое приключение.
Паруса выглядели иначе, чем простая парусина «Бесстрашного». Рэтвин пробежалась по кораблю, обнюхивая все углы, и даже высунула маленький светло-зеленый язычок, чтобы попробовать краску на вкус. Кристофер протянул руку и дотронулся до паруса.
– Чувствуешь? – спросила его рататоска.
– Они такие легкие.
– Как-никак паруса пегасов.
Ириан подошла к ним сзади:
– Это особые паруса, способные поймать даже самый легкий ветер. Их изготавливают из пуховых перьев пегасов.
– Они что, действительно сделаны из пуха летающей лошади?
– Да, белоснежной лошади, быстрой, как ветер. Они мигрируют каждое лето на юг. Однажды я видела, как они пролетали мимо, – огромный табун почти во все небо.