Девочка, я тебя присвою. Книга 2 (СИ)

«Как ты? Родители не ругались сильно, надеюсь? *смайлик с улыбкой*»
Новые слезы выступили на глазах.
Да, не сильно ругались.
Всего лишь назвали меня девушкой легкого поведения и пригрозили запереть в монастыре, чтобы я там отмаливала свои грехи.
И все из-за тебя, Ветров.
Собрав силу воли в кулак, я внесла Архипа в черный список.
  
6
 
АРХИП
Домой летел от нее словно на крыльях, проносясь мимо всех светофоров.
Штрафы наверняка потом придут — да и плевать.
В душе царила такая эйфория, что все остальное казалось мелочами.
Да, Кристина не ответила мне о чувствах. Но разве мне нужен точный ответ?
Я ее чувствую.
Она молчит, но я словно бы знаю, что тоже ей небезразличен.
Она сказала мне гораздо больше, чем хотела — своими поцелуями.
Вспомнил их и по шее рассыпались мурашки.
Мягкие губы, неумелые движения…
С ума сойти… Я стал ее первым.
Это мои губы.
Моя девчонка.
Никого никого я не желал так присвоить себе как ее.
Моя строптивица.
Самая необычная и загадочная девушка из всех кого я знал.
О Дине я и думать забыл. Никогда я с ней не испытывал такой лавины чувств.
С чего я решил, что у нас вообще что-то было кроме дружбы?
С чего я взял, что любил ее?
Я ведь тоже у нее первый. Но от первого поцелуя с ней меня так не крыло…
А Крис…
С ней совсем иная история.
То она меня злит до безумия, то заставляет мое сердце замирать, а потом срываться в бешеном темпе.
— Привет, мам, — пронесся я мимо матери. Очень хотелось закрыться быстрее в своей комнате и продолжить думать о Крис. И чтобы никто не мешал мне перебирать в памяти каждый наш поцелуй и касание. — Ужинать не буду, устал и ушел к себе.
— Но…
— Пока!
Не стал даже слушать, что она там бормотала, прошел мимо нее к лестнице и наверх, в свою спальню.
Там разлегся на кровати, раскинув руки в стороны и закрыл глаза.
Снова и снова я ощущал на губах ее, касания и вкус клубники.
Ее губы пропитаны этим ароматом.
То ли меня уже совсем переклинило, но мне так казалось — я ощущал четкий привкус клубники.
Открыл глаза — в кармане джинсов завибрировал телефон.
Вынул его, чтобы посмотреть, кому я там понадобился.
Назар — снова накидал видосов про машины и котов.
Даниил — просить скатать русский и скинул наброски новых песен.
Питерский — тому просто скучно.
Я не открыл эти диалоги. Мои мысли были совсем не здесь…
Через Питерского вышел на страницу Кристины. Это я сам ее и добавил у него на компе, пока он не видел. Чтобы потом иметь возможность ей написать.
В который раз я просмотрел огромное количество фото, где чаще всего девушка скрывает лицо и видны лишь длинные волосы. Но несколько фотографий были с ее личиком ангела, и я их просмотрел уже до дыр, кажется…
Но сегодня я решился и написать ей.
Все же сегодня точно между нами случилось кое-что значимое. Мы словно вышли на новый уровень. Все равно уже ничего не будет как прежде…
Я пытался бегать от себя и доказывать своей же голове, что не влюбился в нее — дерзкую Снегурочку.
Но как известно, куда бы ты не побежал, есть одна проблема — себя ты всегда берешь с собой.
Далеко я не убежал.
Да и не хочу больше.
Хватит этого спектакля.
Чего мы как маленькие боимся Динку, моего отца?
Разберемся.
Я сумею отстоять тебя, Снежинка.
Я тебя обязательно присвою.
Никого кроме меня у тебя не будет.
Никогда.
Открыл диалог и напечатал:
«Как ты? Родители не ругались сильно, надеюсь? *смайлик с улыбкой*».
Отправил ей.
Маялся в ожидании ответа. Я был бы рад получить от нее хоть пару слов. Узнать, что она думает обо мне сейчас также как и я о ней…
Но ответа так и не пришло.
Я открывал и закрывал бестолково диалог.
В очередной раз застыл на месте.
«Вы не можете отправлять сообщения этому пользователю, так как он ограничил круг лиц, которые могут ему писать».
— Чего? — возмутился я. — Черный список? Снегурочка, ты офигела?!
  
7
  
Утром ехал в школу уже накрученный.
Первым делом жаждал поговорить с ней и выяснить, что я успел натворить за вечер ведь еще днем она сама меня целовала, и делала это с чувством!
Однако встал я в последние минуты перед выходом, успел только на скорую руку принять душ и привести себя в порядок. Не поел и попал в красную волну светофоров. И как следствие, опоздал.
В класс влетел уже со звонком, так что придется отложить разговоры хотя бы до конца урока.
Тут же стал искать глазами Крис.
Не понял. Они и за парту другую села. С Катей рядом. А на ее место уселся Питер и радостно мне махал рукой.
Какого фига?
И как он согласился отдать свое место возле Рыжей, пусть даже и подружке? В последнее время девчонки очень сдружились.
Я прошел к Ромке и сел рядом.
— Ну, чего пыхтишь как самовар? — спросил друг, когда я закончил с выкладыванием принадлежностей на парту.
— Как же ты свое место уступил возле Кати? — задал встречный вопрос я.
— Крис меня очень сильно попросила, — ответил друг. — Извини, я принял ее сторону.
— Что она просила? — посмотрел я на него. — Пересеть?
— Да, чтобы… Она сидела с Катей.
— Ты что-то не договариваешь? — вгляделся в него внимательнее.
Как-то он неровно говорил. Умалчивал что-то. Я такое на раз-два ощущаю в людях.
— Ну… Она кое-что еще просила.
— Что?
Роман повернулся ко мне и посмотрел в глаза.
— Чтобы ты ее в покое оставил, — сказал он.
— В покое? — переспросил я, слегка ошарашенный поворотом событий. — Я так сильно успел ее достать?
— Слушай, Арх, ты бы правда завязывал, — признес Питер так, словно ему было не очень удобно об этом говорить. Впрочем, наверное, так и было.
— С чем завязывал? — не понимал я до конца, что же она такого ему наговорила.
— Ну… Доставать ее и все такое, — ответил Роман. — Она просила поговорить с тобой чтобы ты… Не преследовал ее. Ей это неприятно.
— Неприятно? — довольно громко сказал я и класс замолк и обернулся на нас.
— Тише, что ты так орешь? — прошипел Роман.
— Так, друзья-товарищи, что там у вас происходит? — спросила Алла Дмитриевна, которая прервала урок из-за нас.
— Ничего, простите, — буркнул я и уставился в парту.
Значит, она наговорила Питерскому, что я ее чуть ли не домогаюсь и вообще уже достал?
Зачем? За что она так со мной?
Могла бы сказать, что ей просто пофигу на меня, я бы оставил ее в покое, как бы не рвало в куски мне сердце такое ее поведение. У нее в руке нож, острие которого она вогнала в мое сердце, а теперь просто медленно проворачивает его, причиняя боль.
— Потише, пожалуйста. Вы меня сбиваете. И вообще — решайте примеры, а не болтайте о посторонних вещах.
— Простите еще раз, — повинился теперь Питер, и математичка вернулась к формулам на доске, которые мы, конечно, оба пропустили мимо ушей.
— Что еще она сказала? — тихо спросил я, вглядываясь в спину Крис.
Мне хотелось одновременно и обнять ее, и хорошенько тряхнуть, спросить ее — за что она так с нами поступает? Неужели я настолько порчу ей жизнь? Тогда пусть скажет мне это в лицо, а не передает через друга, унижая меня этим, и не целует меня в ответ!
— Да все вроде, — пожал плечами Ромка. — Это был недолгий разговор.
Ну что ж, Снегурочка.
А теперь скажи мне все это лично.
И только попробуй наврать и снова ответить на мой поцелуй.
— Черт… — он напряжения сломал ручку, которая растрескалась в некрасивые куски.
Отбросил ее в сторону, отряхивая пальцы от пластика.
Что ж такие ручки-то на соплях все делают?
— Только парту не раскроши, — поддел меня Питерский.
— Да иди ты! — шикнул я на него.