Дамнар: Неведение (СИ)

— Вот только не хватало мне тебя за руку водить, как ребенка малого, — хмыкнул Сет, неожиданно развеселяясь. Встал с кровати, открыл ставни, чтобы впустить в комнату вечернюю прохладу. Затем покинул комнату, заперев дверь снаружи, и отправился прогуляться по городу.
  
Глава 20. Годовщина
 
Путь из Доуса в Итернитас Есения практически не помнила. Есть она ничего не могла. Пить воду её буквально заставляли.
Какими словами она себя только ни ругала мысленно… И клялась больше никогда не поддаваться подобным уговорам выпить. Хуже всего было смотреть в глаза Яреку и князю. Первый очень переживал, думал, что сестрице пища из чужой страны не подошла. Второй деликатно делал вид, что ничего не замечает и не помнит. Только периодически выдавал прокипяченную воду.
Понадобилось почти трое суток, чтобы девушка окончательно смогла прийти в себя и приступить к работе. Её терзали мысли, что надо как-то отблагодарить князя и извиниться, но она не могла побороть в себе желание провалиться сквозь землю.
Все члены семьи Олафа при возвращении в Итернитас ходили погруженными в свои думы, с кислыми лицами и мрачным взглядом. Еся замечала, что у Кэйи порой глаза на мокром месте, но утешения подруга не искала. Вилфред в одном из разговоров обронил фразу про тяжелый разговор, но развивать тему не хотел. Еся понимала, что он терзается чем-то. Молчал почти всё время, вопреки обыкновению.
Одним утром все стали еще более хмурыми, чем обычно. Джастин где-то пропадал, Вилфред с Яреком, перебросившись парой фраз, ещё с утра ушли в деревню. Олаф ходил мрачнее тучи и беспрестанно ворчал. Кэйа лишь вздыхала и отводила взгляд. Остальные жители Итернитаса шныряли по коридорам тише мышей. В погребе некоторые тихо чокались, шепотом явно что-то отмечая. Подслушивать Есе не хотелось, она решила выйти во внутренний дворик.
Снаружи в лицо сразу ударил прохладный резкий ветер. Редкие лучи солнца порой пробились через печальную пушистую тучу, потихоньку наползавшую на их проклятый островок. Опустив взгляд с неба на шпиль замка, Есения заметила князя, расположившегося прямо на черепице на высокой башне. Он сидел, обхватив колени руками и вглядывался вдаль, отвернувшись от солнца. Взгляд разглядеть не удавалось с такого расстояния, но вид казался подавленным.
«Да что ж такое сегодня со всеми?» — Есения чувствовала, что происходит нечто, никак не связанное с разговором, о котором упоминал Вилфред.
Кэйа на минуту высунулась из кухни и попросила вынести Волкам обед к площадке. Еся занялась перетаскиванием утвари. Девушке всё время казалось, что на неё все смотрят и будто бы видят её позор минувших дней.
Привычка опускать взгляд во время движения вниз привела к внезапному столкновению с Олафом, вывернувшим из-за угла и тоже не смотрящим по сторонам.
— Ох! Не зашиблась? — вожак успел подхватить потерявшую равновесие девку и поставить на ноги.
Есения сразу кинулась собирать рассыпавшуюся по тропинке утварь, пробормотав извинение. Олаф в растерянности смотрел на девушку, затем перевел взгляд на башню и в смешанных чувствах сплюнул на землю.
— Вот и не знаю теперь, то ли втихую праздновать, то ли соболезновать…
Девушка уставилась на вожака во все глаза в недоумении, но Олаф уже шел дальше, погруженный в свои мысли. Растерянная Еся побрела следом — как раз он двигался в направлении площадки. Проходя мимо арки, он перекинулся парой слов с одним из оборотней. Прошмыгнув мимо, Еся успела услышать обрывок разговора:
— Годовщина смерти старого князя сегодня. Я, после Доуса, теперь не знаю, что и думать. Раньше с этим проще было, а теперь, может и тут секреты свои есть…
Еся помнила, что по слухам молодой Князь собственноручно избавился от старого. «Если бы это было в самом деле так, неужто не отразилось бы торжество на лике нового? А вдруг он убил, но теперь терзается?» Есения вновь подняла глаза к шпилю. Князь с тех пор не изменил положение, только лишь опустил голову немного ниже, отчего стал чем-то напоминать одну из горгулий.
 
Разобравшись с посудой, Есения спустилась в погреб, чтобы налить пиво, или попросить кого притащить бочонок к площадке — ей было бы тяжело. Зайдя в помещение, увидела Джастина, сидящего на полу, прислонившись к бочке, глядящего в никуда. Еся застыла в замешательстве. Счастливым и празднующим вампир явно не выглядел, да и проход загораживал, а с чего начать, она не знала.
— Соболезную… — полушепотом сказала девушка, обхватывая себя одной рукой.
Джастин лениво повернул голову, приподняв кружку, будто чокаясь с ней на расстоянии.
— Представь, сегодня ты первая. Обычно поздравляют.
Девушка покраснела, не понимая, как могла ошибиться, и как быть дальше. Джастин, заметив её реакцию, вздохнул:
— Да не переживай. Наверное, ты права… Спасибо. Я и сам не знаю, как себя вести в этот день.
— Да как же так можно? — удивилась Еся, внезапно рассердившись.
— А вот так… Я, в отличие от Сета, к нему никогда близок не был. Наверное, мне стоило бы поминать с ним вместе, да боюсь, он меня с крыши скинет.
Есения округлила глаза, не зная, как реагировать. Джастин хохотнул.
— Да нет, это я так… Просто я действительно не могу не радоваться тому, что новая метла вышвырнула отсюда всю мертвечину вместе с теми порядками, которые были установлены отцом.
Вампир явно хотел сказать что-то еще. Несколько раз набирал воздух в легкие, силясь продолжить, но речь не желала повиноваться. Тогда, вновь ухмыльнувшись, отпил из кружки и, покачав головой, добавил.
— Не могу перестать злиться на него за нарушенное слово. Хотя это единственный раз, когда он отдал мне приказ. Помалкивать. А на мой взгляд — зря он как упрямый баран следует указаниям покойника. Одно знаю точно — после всего этого ему явно не хватает чаю с травками попить. Успокоительными. Захочет — сам придет, а я к нему на крышу не полезу, — заметив, что девушка переминается с ноги н ногу, сообразил, что зашла она в погреб не просто так. Тем более спина опять затекла и начала неприятно зудеть, будто бы в мышце вот-вот должен произойти спазм. Захотелось размяться, заодно и хоть кому-то пользу принести. — Тебе чего самой-то надо? Помочь чем?
На крышу вела винтовая лестница. Еся поднялась почти к самому люку, но обнаружила, что засов заперт на замок. Немного поколебавшись, спустилась обратно к кабинету. Набравшись смелости постучалась на всякий случай, но ответа не последовало. Толкнула дверь — она поддалась с трудом: мешал сквозняк. Услышала, как шуршат, разлетаясь от порыва ветра бумаги, и хлопают о стены ставни. Суетливо зашла в помещение и закрыла дверь, прерывая поток воздуха.
Князь, как и предполагала Есения, в кабинет так и не вернулся. Ставни были открыты настежь и медленно двигались, стремясь принять обычное положение. Стараясь не терять время, она положила поближе к подоконнику на свободный кусочек стола свернутый плед и поставила рядом кружку горячего ароматного чая, и сразу вышла, стараясь не шуметь.
⋆☽ ◉ ☾⋆
— Избавься от тела. Никто не должен знать о его предательстве, — отец все еще стоял, держась за спинку стула окровавленными пальцами. На предплечье левой руки алел свежий порез. Сет в тот вечер выбрал кратчайший путь, почувствовав неладное — взлетел к окну кабинета. Отец любил обсуждать дела именно там. Заходили к нему только по приглашению — добровольно предстать перед глазами князя никто не стремился.
Сводный брат периодически гостил в Итернитасе, общался с отцом о делах поместья… И теперь Наследник в недоумении переводил взгляд с отца на Фержина с вспоротым горлом. Джастин, так и не научившийся толком управляться с крыльями, забежал обычным путем и тоже впал в ступор от открывшейся ему картины. Едва брат открыл дверь, как отец рявкнул.
— Зайди и закрой. Сет, прикажи ему, чтобы молчал обо всем.
Джастин с силой сжал челюсти, стремясь заставить себя держать язык за зубами. Перечить отцу было чревато, но такое отношение уже осточертело. Дверь он, тем не менее, закрыл и остался стоять рядом, ожидая дальнейших распоряжений, с сожалением глядя на умирающего на полу вампира.