Античные битвы. Том I (СИ)
Держава Ахеменидов, как правильно называть «персов», в лице Дария III и остальных бенефециаров её существования, оказалась в сложных условиях. Резервов, достаточных для противодействию Александру, у них не было.
Нельзя сказать, что за всю историю Империи они никогда не сталкивались с подобным. Нет, бесчисленные орды воинственных и кровожадных варваров для древней цивилизации не были в новинку. Но было очевидно — против ярости македонцев, да и чего греха таить, гения их полководца, они могли выставить только слишком дорогие и малоэффективные наемные контингенты.
Наемники хорошо убивают за деньги. А вот перетерпеть трудный бой с сильным и многочисленным врагом, с хорошими, твердыми шансами погибнуть и весьма неопределенными шансами на добычу… Для этого нужна была другая армия.
Впрочем, государство Ахеменидов могло себе позволить пересмотреть свою стратегию, поскольку у них были впечатляющие ресурсы и, не в последнюю очередь, интеллектуальные.
Идейным вдохновителем и главным разработчиком новой стратегии противодействия грекам вообще и армии вторжения Александра в частности, стал Мемнон Родосский.
Грек, разумеется.
Параллельно с этим Дарий III резко усилил работу по создании армии «нового образца», способной встретить грудью копья врагов империи. И не дрогнуть.
Александр, на следующее утро после битвы при Гранике, проснулся знаменитым. Он еще не был великим, но вне всяких сомнений, он вышел из тени своего отца. И действительно, победу при Гранике трудно переоценить — это действительно редкий пример битвы, когда вражеская армия была практически уничтожена. При этом, со сравнительно скромными потерями для победителей.
В сражении македоняне потеряли 85 всадников (из них 25 гетайров) и 30 пехотинцев. У персов погибли тысяча всадников по Арриану (2 тысячи согласно Диодору) и 10 тысяч пеших, до 20 тысяч персов попало в плен. Число в 20 тысяч фигурирует у Арриана как численность всей персидской пехоты, у Диодора как число плененных персов, а у Плутарха как число погибших пеших персов. Ну, и я напомню — 2 тысячи пленных греков-наемников Александр в кандалах отправил на работы в Македонию.
Доверять данным по потерям армии Александра можно вполне. Они могут быть скорее преувеличены — выгодно было вписать имя предка в число погибших при знаменитой битве.
Двадцать пять погибших гетайров стоят отдельной строкой. Дело в том, что Александр отослал в Македонию захваченное оружие персов и велел отлить из него бюсты этих двадцати пяти, и установить в столице, в специально построенном дворце. Этот жест не надо недооценивать. Сам по себе металл очень дорог. Если попытаться прикинуть как это выглядело для современников, то представьте, что рядом с Москвой строят огромный Мемориальный Парк, в котором устанавливаю отлитые из серебра в полный рост памятники десяти тысяч человек, получивших ордена во время боев под Москвой в 1941.
Александр мог себе это позволить. Помимо обоза, скота, запасов еды, Александр захватил в лагере персов и казну. Все случилось именно так, как молодой царь Македонии и сказал. Персы сами дали все, в чем нуждалась армия вторжения.
Но если слегка проморгаться от застилающего глаза пафоса, то можно обнаружить, что все это мероприятие смахивает на плохо продуманную авантюру.
Примерно с такими же установками немцы в 1945 начали свое наступление в Арденнах. Предполагалось, что вермахт захватит американские склады с оружием, амуницией, едой, а главное топливом, и тем решит все свои проблемы снабжения. Немецкое наступление в Арденнах провалилось и вошло в историю как пример стратегического безумия. У Александра все получилось, а победителей не судят.
Зато теперь, прочитав ход битвы в этой статье, вы согласитесь, что все же короткие выжимки из исторических статей о битве при Гранике в стиле «пришел, увидел, победил», вовсе не отражают реальность. В битве персы проявили себя хорошими стратегами и тактиками, и её исход вполне мог быть совсем другим.
Державе Ахеменидов не хватило искренних, а не наемных, патриотов. Буквально несколько инициативных командиров, которые вывели бы пешие войска из укрепленного лагеря на помощь своей коннице, вполне могли бы переломить ход сражения.
Но и оказавшись против македонян один на один, персидские всадники дали бой. Даже сам Александр побывал в шаге от могилы. Я напомню, что его спас Клит Черный. Я снова упоминаю его имя, потому что он нам еще не раз встретится. Клит — типичный «друг царя». Он брат его няньки (или кормилицы) и всем обязан Александру. Они вместе с юных дней и Александр для Клита не только друг и царь. По сути Клит это часть Александра, будущее Клита полностью зависит от будущего Александра. Таких, близких друзей, у Александра штук пятьдесят. Разумеется, большинство из них гетайры, но Александр активно расставляет их в начальники, где только может.
Институт таких «друзей детства» очень эффективен. Станете царем и будете растить наследника — мотайте на ус.
Но именно при Гранике Клит выделился из всех друзей Александра, убив врага уже занесшего меч над Александром. А уже потом подоспели и остальные. Надо сказать, Александр это не забудет — с тех пор Клит стал тем, кто может сказать Александру правду в лицо. Привилегия которую трудно переоценить. И вместе с тем, одно из самых страшных проклятий, возможных при дворе могущественного царя.
Получив стратегическую инициативу, Александр не терял времени. Он двинулся вдоль средиземноморского побережья, освобождая древние греческие городки.
И, смотря на карту с высоты послезнания, надо признать — для державы Ахеменидов это был болезненный и оскорбительный удар. Но далеко не смертельный. Пусть Великая Империя и переживала не лучшие времена, потеряв что с боков свисало, но вы посмотрите на карту, сравните масштабы. Даже после Граника, Александр со своей армией не намного страшнее пары-тройки восставших сатрапов.
На картинке ниже Держава Ахеминидов в 500-х. С тех пор она немного приболела и у неё отвалились некоторые окраины. Но все совсем не так уж и плохо, такое случалось и раньше, и каждый раз Империя встряхивалась, и разрасталась с новой силой. Македония входила в состав державы Ахеменидов под номером 3. Просто сравните масштабы.
Александр с разбегу пнул спящего льва. Это было эффектным началом и он получил свою порцию респекта от всех пацанов с побережья. Но сама драка, еще даже не началась.
Глава 20
Александр против Мемнона. Осада Галикарнаса
Если вы читали мою книжку по Второй Мировой, то уже знаете как я жестоко нарушаю все режимы термобезопасности своего сфинктера, выдавая новые рекорды реактивной тяги от почти каждого нового фильма про Великую Отечественную Войну. Ранит мою душу выбор сюжетов. Я на многое готов закрыть глаза, даже на достоверность. Запускает же реакцию полураспада моего мозга то, что в истории ВОВ есть потрясающие, кинематографические сюжеты, готовые драмы и мрачной красоты полотна, которые остается просто перенести на экран, а не выдумывать всякую дичь.
Так вот, ковыряясь в истории вообще, я все чаще сталкиваюсь с тем же самым.
Александр Македонский личность которую трудно обойти вниманием. И фильмы про него выходят. Хоть и сравнительно редко. Но божечки мои, как же эти фильмы плохи именно с точки зрения кинематографа. Хрен с ними, с линолиумными фентезийными доспехами и убогой инсценировкой великих битв. Меня не ранит даже посредственная игра актеров, изображающих кого угодно, но только не облеченных врожденной властью потомков богов, какими себя видели аристократы Греции, да и всего ближнего востока.
Опасные, полубезумные убийцы — и в то же время, часто это утонченные интеллектуалы, имеющие возможность лично почерпнуть мудрость у философов, чьи труды актуальны даже сегодня, через тысячи лет! Согласен, раскрыть персонажей, да еще таких — задача невероятной сложности и не всегда получается. Но история? Сама история Александра, которая рассказывается в фильмах — какая же она плоская, жалкая, блеклая по сравнению с тем, что происходило на самом деле.