Античные битвы. Том I (СИ)

Тут, я думаю, уместно привести отрывок из Диодора Сицилийского, чтобы вы составили свое мнение:
«Перс выхватил меч и устремился на Александра, но царь, схватив дротик, успел ударить его в лицо и нанести сквозную рану. Тогда брат павшего, Ресак, подскакав к Александру, так страшно ударил его мечом по голове, что раскроил шлем и слегка задел кожу. Ресак собирался другим ударом рассечь голову (Александру), но Клит, по прозвищу Черный, вынесшись на лошади, отрубил варвару руку».
Источники несколько разнятся в деталях, но все сходятся в одном — Александр был в секунде от смерти.
Итак, рубка была страшная, но все же многоопытные гетайры смогли её перетерпеть. Одновременно с этим, не менее опытная армия македонцев и их греческих наемников, под руководством авторитетных и энергичных командиров, не сидела сложа руки и воспользовалось тем, что персы сосредоточились на убийстве Александра. И фалангитам удалось перебраться через Граник в нескольких местах. Они вели напряженный бой с персидской конницей, скорее всего дистанционный, но расширяли плацдармы.
Внезапно, персидская конница дрогнула и побежала. Не разорвала дистанцию, а именно бросилась прочь. Не остановились всадники персов и у своего лагеря, предпочитая бежать дальше и не пытаясь оказать помощь наемным греческим гоплитам.
Тут я делаю маленькое отступление, которое практически полностью состоит из моих домыслов.
Такое поведение я видел не раз в средневековых битвах. Но, обычно, массовое бегство происходит после смерти или пленения, или слухов о пленении или смерти, предводителя. Для нас это кажется странностью — это как если бы после смерти Джобса с заводов Apple вдруг массово стали разбегаться рабочие, по возможности прихватив с собой ништяков, а их директора пытались устроить рейдерский захват. Но древние государства, по сути, представляли собой именно что коррупционные схемы, завязанные на личных связях и устных обязательствах. А для коррупционной схемы внезапная потеря даже не самого важного человека, похожа по эффекту на спичку, брошенную в паутину. Фактически, все связи надо выстраивать заново. Это, пожалуй, почти единственное слабое место коррупционных схем, которые настолько эффективны, что благополучно дожили до наших дней. Но именно на войне, это слабое место, особенно уязвимо.
Сами греки, разумеется, утверждали что всех персидских военачальников зарубил если не Александр лично, то его окружение. Мне кажется, что с Александром бились специально нанятые профессионалы, но не сатрапы. Исходя из поведения сатрапов Державы Ахеменидов в дальнейшем, можно предположить, что сатрапы попросту сбежали как только в воздухе запахло железом и уж точно не пытаясь воодушевить войска личным героическим примером.
Но, это если верить греческим источникам. Думаю, что скорее всего, командующие персидской армией попробовали всего понемногу. Я также рискну предположить, что еще до окончательной переправы всей армии Александра через Граник, персидские конные наемники обнаружили себя в ситуации, когда часть нанимателей мертва, часть бежала, часть неизвестно где. Таким образом, все договора считались автоматически разорванными. И, чувствуя свои обязательства полностью выполненными, часть наемников завершила проект и поскакала в закат. А если в армии и были куда более верные или мотивированные контингенты, то сработал «эффект домино» — чувствуя себя в меньшинстве, они присоединились к бегущим.
Тем не менее, битва все еще не была окончена.
Переправившись через Граник, армия Александра обнаружила перед собой хорошо укрепленный лагерь в котором стояла готовая к бою наемная греческая фаланга с болельщиками. По утверждению современных историков — не менее 10 000 человек всего, и не менее 2 000 гоплитов.
Технически, для пеших наемников с персидской стороны, все еще не было потеряно. Убежать прямо сейчас они не могли, но удерживаясь в лагере они могли дождаться темноты и ускользнуть. Ну не было тогда ни осветительных ракет, ни фонариков. Без всяких шуток, это был хороший вариант — боевые действия ночью прекращались совсем не зря. В ночной темноте можно было действительно целое войско упустить. Это был хороший план, вон у шотландцев при Фолкерке почти получилось. Но у шотландцев не было удобной возвышенности и укрепленного лагеря.
 
Зато у греческих наемников в персидском лагере не было шотландского упрямства. Сверху им было хорошо видно, насколько больше армия Александра, к тому же к ней наверняка подходили все новые и новые отставшие отряды, поэтому у стратегов, которые командовали персидскими наемниками, сдали нервы…
Впрочем, я поддался греческой пропаганде. На самом деле, будь я на месте предводителя персидских наемников, я бы тоже топил за сдачу в плен.
Дело в том, что тогда не было солдат. Были только воины. А воинами не становятся, ими рождаются. Ну, то есть вот этого института муштры, еще не было. Показателен такой факт — через более чем полторы тысячи лет, примерно в этих местах, тюрки будут подминать под себя римлян, которые византийцы. В постоянных войнах они потеряют слишком много воинов, и ослабеют. И тогда, чтобы восстановиться, они начинают набирать в свои армии местных греков.
Но совсем не так, как мы могли бы подумать — организовывая и вооружая армию из рекрутов. Совсем нет. Тюрки купили несколько тысяч греческих детей (да и вообще всех детей, имевшихся на тот момент в продаже) дошкольного возраста и поселили их в своих юртах. Через десять лет они получили гулямов. Это не рабы-военнообязанные, как иногда можно прочитать в исторических заметках, это слово переводится как «юноша». То есть, это были скорее члены семьи. Люди воспитанные воинами. И это оказалось переворотом в военном деле, со стратегической точки зрения — гулямы в том или ином виде мгновенно распространились по всему востоку. И успешно существовали до самого недавнего времени, достаточно вспомнить мамлюков Египта и янычаров Османской Империи. Тогда способа наклепать себе солдатиков быстрее, просто не существовало. Конечно в Древней Греции активно развивалось направление на обучение рекрутов, и превращение их в солдат разрабатывалось, но все же, все же…
Я знаю, я это повторяю почти в каждой главе, но мне это кажется важным.
Так что, приобрести себе практически на халяву в армию от двух до десяти тысяч гоплитов, сразу сыгранной командой — большая удача. Да и условные «пешие персы», надо думать, тоже бы пришлись кстати. К тому же они не успели пустить кровь твоим войскам, Александр! Покупай нас полностью, одни плюсы, короче. Так бы я просчитал ситуацию на месте стратегов персидских наемников. И это бы оказалась страшной ошибкой.
Итак, греки, которые персидские наемники, запросили мира. С определенными условиями. Александр отказался обсуждать условия капитуляции. Но персидские наемники все равно сдались (после непродолжительной резни несогласных с этим персов в лагере) и впустили войска Александра в за стены укрепления.
И тут Александр опять проявил себя совсем не как его мудрый отец. В персидском лагере была устроена резня, а оставшихся в живых две тысячи греков продали в рабство. С формулировкой: «За предательство греческого дела».
На картинке выше то самое избиение греков-персидских наемников. Прям Total War: Rome II. Увы, в жизни намного больше глупости, бардака и жестокости. Зато потом поржать есть над чем.
Резня пленных в будущем сильно осложнит Александру жизнь, как именно, я надеюсь подробно рассказать в следующих главах.
Пока же, в 334 году до нашей эры, Александр оказался не просто на оперативном просторе, уничтожив крупную армию персов (конница рассеялась, вернувшись домой, пехота уничтожена полностью), он получил сильнейшее стратегическое преимущество.
Как я уже говорил, в древности не было солдат. Были только воины. И если ты нанимал воинов, тысячу курдов, например, а потом внезапно терял их, то в следующий раз ты мог нанять тысячу курдов только через десять лет, когда подрастет новое поколение. И то не факт — репутация то у тебя теперь, как у военачальника, так себе.