Античные битвы. Том I (СИ)
Часто для перевода на современные деньги принято отталкиваться от продуктов. Это не совсем корректно. В древности были какие-то сложности с земледелием, и довольно регулярно был неурожай. И ни как у нас, а по взрослому, со смертью от голода для детей до пяти лет, и стариков после сорока. А иногда неурожай мог продолжаться несколько лет, и тогда на серебряные дирхемы нельзя было купить и горсть зерна. То есть нефтью, да и долларом того времени было именно зерно. Запас еды, который достаточно долго хранится. К тому же хлеб был основой рациона. Немного фиников, немного рыбы, редкое мясо от удачной охоты — всё это было скорее сопутствующими продуктами. Люди ели хлеб. Ели больше чем сейчас. Взрослому человеку одной амфоры хватит примерно на месяц если он будет сытно кушать, что кстати редкость в то время. А на 10 амфор он может жить уже почти как белый человек, и даже купить себе сандалии и тогу. Давайте и примем эти 10 амфор за усреднённое, но показательное 1 000 у. е. современных нефтедолларов.
Таким образом, в современных реалиях, гоплитом например Москвы, может стать любой, у кого есть недвижимость в столице, и суммарный годовой доход не менее 20 тысяч долларов.
Как видите, не так уж и сурово. Если у вас меньше — добро пожаловать в пелтасты.
Причина самого ценза была проста — оружие. Щит, шлем, панцирь — стоили дорого. Поэтому сложилась ситуация, когда за интересы города-государства в бой шел именно пресловутый средний класс. И, внезапно, элита. Ну давайте я поясню на примере современности, что бы вы прониклись.
Итак город герой Н-ск объявляет войну, и начинает формировать своё ополчение. В ряду массовки — жалкой пехтуры — марширует ваш покорный слуга, без гражданских прав. Если нищеброд вроде меня и может себе позволить автомат Калашникова, то для того чтобы вступить в мотопехоту нужен хотя бы БТР, и пяток рабов — пелтастов на подхвате. И тут уж даже 20 тысячами не обойтись. А наиболее успешные люди нашего города будут прикрывать нас с небес, из кабин истребителей. Параллельно зачитывая в радио воодушевляющие речи.
В воздушных сражениях сошлись бы Порошенко и Ходарковский на новейших истребителях. А под ними их ставленники, директора предприятий и успешные менеджеры, жгли бы друг друга в танках, пока персонал уровнем пониже руководил расчётами личных орудий.
Воевать за эту кодлу такой безродный голодранец как я, с одним автоматом на плече, ясень пень не стал бы. И при первом же случае постарался убежать. А вот кодла убежать не могла — социальные связи и материальная заинтересованность держали лучше стальных цепей.
Это то и отличало гоплитов от всех остальных.
Именно эта корпоративная солидарность, общая ответственность, сплачивала гоплитов в несокрушимую силу. Стена дорогущих бронзовых щитов раз за разом разбивала не привыкшие к суровому испытанию на демократичность народы — от киммерийцев Крыма, до ибберийцев Испании.
Именно эта особенность оказалась труднокопируемой для противников греков. Персы создавали аналогично вооруженные подразделения, нанимали им инструкторов из греков (даже спартанских царей), да чего уж там, тупо выдавали земельные наделы грекам, с условием стояния в фаланге в нужный момент — но, насколько мы знаем, персидской фаланги так и не случилось.
В VI веке гоплиты появились в Греции, как штучный, ни на что не похожий, исключительный феномен. Но феномен гоплитов ещё не рассвёл. Рассветёт он в полную силу позже, после Пелопонесской войны (431—404 до н. э.). Собственно тогда, Афины и Спарта слегка поссорились, и по результатам ссоры победили Фивы. Однако война была долгой и напряжённой, а потому, после её окончания вдруг оказалось что есть огромная прослойка людей, которая умеет убивать, и привыкла жить красиво. С этим надо было что-то делать, и Греция начала импорт своих наёмников по всему средиземноморью. Они стоили дорого, но они того стоили.
Разумеется это не устраивало ближневосточных правителей. Еще больше их не устраивало, что все их войска оказались бесполезны, исход битв решали греки. И войны превратились в аукцион. Кто греков купит, тот и папка. А иногда греки решали, что им мало… Вот тогда и начинались проблемы. Остановить разбушевавшихся греков ведь некому.
Люди тогда были не глупые, всем правителям хотелось себе точно таких же солдатиков, только дешевле и более покладистых. В Персии, как я уже говорил, давали землю и рабов как наёмным грекам, так и своим выдающимся воинам. Вооружали солдат по образцу греческой фаланги, и пытались тупо копировать тактику. В плотную подошли к институту комиссаров — но не успели, империю захапал Александр.
Но давайте по порядку.
Глава 3
Битва в Фалерской долине, 511 до н. э., или как Спарта афинян демократии учила
Полтысячи лет ждать ещё рождения Христа, две с половиной тысячи лет до первого чемпионата миру по футболу, жизнь скучна и однообразна. Поэтому греки, в местечке под названием Фалерская Долина, организуют товарищескую встречу с главным призом в лице города Афины.
С одной стороны гоплиты Спарты со своими царями, в количестве двух. Двух штук царей и, соответственно, двух тысяч гоплитов.
С другой — фессалийская кавалерия. Цари одна штука, тысяч всадников тоже одна штука. Фессалийцы это племена с Балкан. Конкретно вот из этого пятна:
Я их постоянно путаю с фракийцами. Фракийцы тоже очень дерзкие, четкие и необузданные, но они вот из этого пятна:
К тому же фракийцы это легкая и средняя пехота, а фессалийцы это кавалерия.
Кавалерия, это которые на коняшках.
Стоп, стоп, скажет любопытный читатель, а что они делают тут, а где Афиняне там всякие?
О, это наполненная греческим колоритом история, с сексом, убийствами и без женщин. Общество было у греков таким патриархальным, что даже понятие любовь, по отношению к женщине, не употреблялось. Отсюда можно делать далеко идущие выводы, но не стоит — понятие мужской любви, подразумевало крепкую мужскую дружбу и преданность.
Вообще последнее время гейские темы постоянно всплывают в около исторической литературе, и геями оказываются самые неожиданные личности, начиная от Леонарда нашего Да Винчи, и заканчивая такими внезапными людьми как Альберт их Эйнштейн. А уж культура древней Греции, с их пинусами нараспашку, так и вовсе никак этого проскочить не могла.
Правда же в том, что греки, как все нормальные люди, относились к извращениям с юмором, но спокойно. Разумеется, проявлений этого на улице не любили. До парадов точно дело не доходило.
Бабы запертые дома могли ходить тока в церковь и не чаще трёх раз в месяц, поэтому изменяли они наспех, хоть и с огоньком. Но жёны аристократичных гоплитов всё же были нужны именно как производители детей, ну и хозяйством управляли, и потому утончённым грекам и приходилось искать себе компанию среди других начитанных мужчин, особенно по пятницам. Были ещё гетеры, но они деньги брали.
И все было бы хорошо, но случилось так, что в то время был в Афинах тиран, Писистрат. Слово тиран именно в Афинах носило скорее положительный оттенок на тот момент, и Писистрат, несмотря на имя, этому способствовал.
Он пошёл простым путём — придя к власти, разогнал олигархов. Не всех, а самых наглых. В числе прочих — род Алкмеонидов, запомните, они ещё вернутся. В общем, жил Писистрат, жил, да и умер. Во главе Афин, после кроооохотной такой резни, встали сыновья Писистрата — хитрый Гиппий и умный Гиппарх. И надо сказать, в отличие от русских князей например, друг дружку не резали, а жили хорошо. Гиппий был по дипломатической части больше, и баб большой любитель, а Гиппарх всё больше по экономике да градоустройству убивался. Долго ли коротко они правили, да время пришло инвестиции в страну звать. Тут то братья и вспомнили про Алкемеонидов. От которых остался один Клисфен, который других передушил. Но деньги нужны, проекты были великанские — расселение, соцпрограммы разные.