Пламенное сердце

Абрахасу казалось несправедливым, что тем утром король выглядел свежим и здоровым, несмотря на то что прошлой ночью они пили вместе, и Абрахас не сомневался, что король заложил за воротник не меньше, чем он.
У Короля Умбры, которого самые близкие друзья звали Зандером, никогда и волосок из прически не выбивался. Черты его красивого лица были, пожалуй, слишком симметричными, но яркими и запоминающимися. Острый подбородок и чуть вздернутый нос обезоруживали большинство женщин, которые считали седые пряди на королевских висках сногсшибательными. Дамы часто падали перед королем, надеясь привлечь его внимание.
И им это удавалось. Любая возжелавшая провести ночь с королем удостаивалась такого права. В частные покои Зандера дам провожал не кто иной, как Абрахас. Но ни одной особе не стоило надеяться, что этой ночью в постели короля она будет единственной.
Сегодня Зандер вырядился в костюм ярчайшего красного цвета с золотой отделкой.
Зачем? Абрахас не помнил.
– Мы направляемся в Тенеброс. Судя по всему, местный совет получил дополнительную информацию о мятежниках, и нам обоим нужно выглядеть соответствующе. – Зандер расправил плечи и скорчил гримасу. – Говорит ли мой внешний вид о том, что я разочарован в людях, которым следовало бы защищать мое королевство?
По прищуренным глазам и поджатым губам скорее казалось, что Зандер старается охмурить женщину. Или, может быть, у него запор?
Абрахас нахмурил лоб и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться.
– Не представляю, каких слов вы от меня ожидаете.
– Черт возьми, ты мой личный охранник! Единственный человек, неизменно ограждающий меня от неминуемой гибели! – Зандер взмахнул руками. – Выгляжу я устрашающе или нет?
– Или нет. – В обычной ситуации Абрахас, по крайней мере, избрал бы соответствующий тон, но сейчас он плохо себя чувствовал.
Абрахас ненавидел ездить в каретах. Ему следовало быть на свежем воздухе, иначе его постоянно тошнило, и в том, что он оказался в таком положении, виноват был только король.
Да, потому что он был правой рукой короля. Абрахас был тенью короля, о существовании которой многие забывали, хотя именно эта тень защищала лидера нации. Именно он выпрыгивал перед любым мечом, ел любой яд и убивал любого, кто посмел коснуться правителя Умбры.
Тем не менее в карете Абрахаса сильно укачивало.
Застонав, он прижался лбом к холодному оконному стеклу.
– Желаете выглядеть устрашающе – для начала избавьтесь от этого похотливого взгляда.
– На тебя я не смотрел таким взглядом. – Зандер сделал паузу. В карете воцарилась тишина, пока он не добавил: – По крайней мере, мне так казалось. Или ты что-то чувствовал?
– Никогда не чувствовал и не почувствую. В этом плане вы, Зандер, меня не интересуете. И прошу вас не задавать подобные вопросы. – Абрахасу должно было быть лестно, но от таких разговоров у него каждый раз по спине бежали мурашки.
– Ты мог бы, по крайней мере, признать, что получилась бы дикая оргия, присоединись ты на ночку ко мне и моим дамам. – Чуть слышный шорох ткани подсказывал, что король откинулся на спинку мягкого сиденья и скрестил руки на груди. Как дитя.
По-детски Зандер вел себя большую часть времени. Абрахас привык к его перепадам настроения и уморительным потугам на мужественность. Зандера вырастили мальчиком-королем, который со временем превратился в мужчину. И этому мужчине никогда и ни в чем не отказывали.
Оттого-то король и стал испорченным, дерзким и избалованным. Но порой он вызывал у Абрахаса улыбку. Разумеется, Абрахас куда чаще смеялся над королем, а не вместе с королем, однако кое-что это значило. И необязательно то, что в ближайшее время Абрахас расторгнет обязывающий его договор.
Холодное стекло уже немного помогло страдающему от тошноты Абрахасу. По крайней мере, закрыв глаза, он мог больше не думать о том, как быстро движется земля по ту сторону двери.
– Почему вы хотите выглядеть устрашающе? Вам предстоит разговаривать лишь с Рыцарями Умбры, а беседы с ними не особо впечатляющи.
 
Не дождавшись ответа, Абрахас взглянул на короля, который с исключительной неспешностью поправлял рукава.
Молчание затянулось. Да чем же занят этот человек?
Вздохнув, Абрахас снова прижал голову к окну. Может, разговор окончен и на время борьбы с дурнотой его оставят в покое?
– Рыцарей ты недолюбливаешь. По-моему, это любопытно.
Вот оно что. Похоже, услышав, что его правление считают недостаточно успешным, Зандер решил поинтересоваться мнением Абрахаса касательно его драгоценных Рыцарей.
– Вверить город целому батальону солдат из дыма – не лучшая идея. – Абрахас сглотнул и открыл глаза. – То есть так считаю я. В Тенебросе всегда было неспокойно. Слишком много там людей, недовольных вашим правлением, как не были они довольны и правлением вашего отца. Им нужна твердая рука, но такая, которой не чуждо благоразумие.
– Маг, который создал Рыцарей, подтвердил, что они более чем способны на благоразумие. – Зандер громко фыркнул и махнул унизанной перстями рукой в сторону двери. – Если ты и дальше собираешься меня упрекать, почему бы тебе не присоединиться к нам в городе? Ты и сам прекрасно доберешься.
Этого Абрахас не хотел. В хорошие дни именно он удерживал короля от необдуманных поступков. Если его не будет в карете, король по пути вполне может остановиться и устроить разгром какой-нибудь несчастной семье. Такого Абрахас точно не желал.
Даже на службе у развращенного короля Абрахас не растерял сострадание. Зандер был ужасен, если предоставить его самому себе. И кучер вряд ли стал бы ему возражать.
– Зандер, вам не следует путешествовать в одиночку, – заверил короля Абрахас, стараясь говорить не слишком громко и не слишком укоризненно. – Знаю, я был в ужасном настроении, и такого попутчика вы не желали. У меня болит живот, но я с этим справлюсь, обещаю, и мы поработаем над вашим устрашающим лицом.
Зандер просиял – вышло очень по-ребячески.
– Ты серьезно?
– Серьезно.
– Так почему бы тебе не показать мне свое устрашающее лицо? Я потренируюсь, подражая тебе.
Это было нечестно! Абрахас был полной противоположностью Зандеру. И если естественная красота короля отличала его, то естественная красота Абрахаса пугала. Пряди цвета воронова крыла постоянно спадали ему на лицо, которое казалось слишком агрессивным. Внешность Абрахаса часто описывали такими словами, как «резкая», «угловатая», «нервная».
Лицо слишком длинное. Нос сломан слишком сильно. Брови слишком густые. Еще и рост шесть с половиной футов и широкие плечи, переходящие в слишком узкие бедра. Казалось, что с такой внешностью Абрахасу не место при дворе, и, наверное, это мнение соответствовало действительности. Дворяне нежные, как перышки, а Абрахас – тяжелое оружие.
Впрочем, если король просил сделать устрашающее лицо, то причин отказать ему у Абрахаса не было. Абрахас оскалился: сведенные брови и горящие глаза источали внутреннюю силу, которой у короля никогда не будет. Сколько бы магов он ни нанял, король всегда будет лишь простым смертным.
– Ц-ц-ц, – король прищелкнул языком и махнул рукой в сторону окна. – Вон отсюда! Не желаю сегодня терпеть твои выходки.
Что же, по крайней мере, Абрахас попробовал.
Он распахнул дверцу и выпрыгнул из кареты. Его тело начало меняться практически моментально. Вцепившись в его оболочку, магия отдирала плоть от костей, освобождая место для чешуи и перепончатых крыльев. Некоторые люди описывали превращение Абрахаса как взрыв. Звук разнесся по полю, мимо которого проезжал король, а секундой позже на землю ступил дракон, словно именно он собирался выбраться из кареты.
Абрахас встал на дыбы и широко расправил крылья, чувствуя, как исчезают последние признаки дурноты. Резко запрокинув голову, он издал рев, громом раскатившийся по воздуху.
Свободен!
В этом обличье он всегда был свободен.
Ветер скользнул по крыльям, будто сама стихия скучала по Абрахасу. А он скучал по прикосновению ветра к кожистым перепонкам. Подняв руку, Абрахас взглянул на крыло, желая убедиться, что все на месте. Чересчур крупные ладони стали когтистыми лапами, удерживающими крылья. Задние лапы вытянулись, словно Абрахас слишком долго сидел в тесном пространстве и наконец выпрямился.