Пламенное сердце

– Воров в Тенебросе немного, но большинство принадлежит к группе, которую, как я слышал, называют Сопротивлением. – Лицо короля изменилось до неузнаваемости: только что красивое, оно скривилось ухмылкой, которая была откровенно уродливой. – Ты о них слышала?
Только не это! Дело плохо. Дело было очень-очень плохо, и вариантов выбраться из тупика не предвиделось.
Лорэлии следовало врать лучше. Лучше, чем когда-либо в жизни. Она выпрямила спину, расправила плечи, убрала кинжал в карман и растянула губы в улыбке.
– Боюсь, я никогда не слышала о них, мой король. Я понимаю, что такая группа очень опасна для вашей репутации, а сама возможность ее существования ужасна.
– Неужели? – Гадкое выражение лица не изменилось. – Думаю, нам с тобой нужно провести вместе немного времени, дабы проверить, насколько сильно ты не согласна с идеями Сопротивления.
Оловянные руки сжали Лоре плечи. Она вздрогнула от пронизывающего холода, от тревоги засосало под ложечкой. Беспокойство вызвало дурноту, подавив все признаки рациональной мысли.
Отыскав взглядом Бьюти, Лора увидела, что две другие девушки удерживают ее за руки. По крайней мере, невестам не отшибло мозги. Бросься Бьюти Лорэлии на помощь – она оказалась бы там же, куда уволокут Лору. А это было бы несправедливо.
Лора коротко кивнула Бьюти и никак не ответила на шепот, поднявшийся вокруг нее. «Кто эта никому не известная девушка? Она пособничает Сопротивлению? Так и есть, ведь она даже не подружилась с другими невестами. Она даже не пробовала».
Дракон дернулся было вперед, но все-таки остался рядом с королем. Лора могла поклясться, что у него вибрировали мышцы. Наверное, он уже почуял в Лорэлии свою следующую трапезу – от такой перспективы по спине у Лоры побежали мурашки. Она не закончит жизнь на костре, как ее мать! Если придется убить сотню стражников, чтобы король велел дракону ее съесть, Лора с удовольствием выберет такую судьбу.
Рыцари Умбры поволокли ее из сада вдоль заднего фасада замка. Они даже не пошли через главный вход – подтащили Лору к запасному и открыли дверь пинком. С кухни послышался визг служанок. Женщины бросились врассыпную, когда мимо прошли призрачные Рыцари.
– Куда вы меня ведете? – зло спросила Лора, хотя понимала, что ей не ответят. Рыцари Умбры никогда не разговаривают с виновными.
Лора брыкалась, стараясь задеть пятками край каменной плитки, чтобы отбиться от Рыцарей. Но ее волокли дальше, как бы отчаянно она ни упиралась.
Лору подвели к двойным дверям, покрывшимся от времени черными пятнами. Серебряные болты с каждой стороны были отполированы до блеска и отражали силуэт девушки, которая по мере приближения к ним еще сильнее сопротивлялась. Лора слышала об этих дверях.
Черные врата в казематы Цитадели Умбры.
Единственные двери в казематы, из которых никто и никогда не выходил.
– Нет! – закричала Лора, стараясь вырваться из тисков Рыцарей Умбры. – Не тащите меня туда! Я же спасла короля! Я не пыталась его убить.
Рыцарей не волновали ее вопли. Их не волновало ничего, кроме прихотей их господина.
Один из Рыцарей распахнул дверь, и они поволокли кричащую и отбивающуюся Лорэлию во мрак. Они тащили ее по длинному коридору вдоль бесконечного множества камер. Лора продолжала биться, но чем дальше они отходили от дверей, тем слабее становились ее движения.
Лора видела мельком других узников. Некоторые из них, вероятно, покушались на жизнь короля, но большинство оказались существами вроде нее: мужчины с рогами на голове, женщины с хвостами, поворачивающиеся к ней спиной, и даже ребенок с нечеловечески огромными глазами.
Каждый из них был магическим существом, которое заперли в казематы только потому, что оно отличалось от короля.
Зря Лора остановила стрелу. Может, она рассекла бы тело Бьюти и вонзилась в злое черное сердце того, кому предназначалась.
Рыцари Умбры швырнули ее в открытую камеру. Лора больно приземлилась на четвереньки. Красивое платье, созданное Боровым, порвалось на коленях – оно совершенно не годилось для ползания по грязному полу. Ладони болели от острых камешков, впившихся в кожу и расцарапавших ее до крови. Морщась, Лора села на корточки и подняла руки к тусклому свету, чтобы осмотреть раны.
 
Дверь с грохотом захлопнулась. Резкое эхо зазвенело у Лоры в ушах. Она была в ловушке.
– Даже сейчас ты реагируешь не как нормальная женщина. – Голос короля донесся из темноты, словно Лора попала в кошмарный сон. – Большинство зарыдали бы, стали проситься на свободу. А что сделала ты? Ты первым делом оценила урон.
Лорин хребет был стальным стержнем, который крепко держал ее голову и туловище. Она не будет ни прогибаться, ни кланяться перед этим человеком.
– Скоро вы поймете, что я очень редко встаю на колени.
– Ну вот мы и отбросили притворство.
– Я не извиняюсь за свою сущность. – Лорэлия снова взглянула на короля и добавила. – Но я не участвую в Сопротивлении, о котором вы говорите, и не желаю таким образом идти против своего короля. Вступить в борьбу с вами означало бы подписать себе смертный приговор.
– Да, именно так, – отозвался король. Он прислонился к решетке Лориной камеры и начал разглядывать свои ногти.
Он просто так отправил Лору в тюрьму? Просто так терроризировал ни в чем неповинную девушку?
– Не представляю, чего вы от меня хотите, – негромко проговорила Лора, не вставая с колен. – Наверняка думаете, что если я остановила стрелу, то я не та, за кого себя выдаю. Но я просто девушка, как и другие гостьи замка.
– По-моему, ты гораздо больше, чем просто гостья. – Король оторвался от решетки. – Но мы увидим, насколько ты откровенна. Сложно врать тому, кто выбивает правду, внушая ужас.
Лора не представляла, о ком речь.
– Кто это?
Король шел обратно по коридору, насвистывая. Его веселая мелодия звучала жутко, как бы посмеиваясь над страхом, внезапно объявшим Лору.
  
Глава 17
 
Абрахас
 
Когда Рыцари волокли Лорэлию прочь, Абрахас никак не мог этому воспрепятствовать. Сердце умоляло его сделать что-нибудь, хоть что-нибудь, но Абрахас понимал, что для него это закончится плачевно. Он должен был действовать в интересах своего народа, чего бы это ни стоило.
Но кое-что Абрахас все-таки мог сделать для Лорэлии. Он мог стать тем, кто ее допросит. Впрочем, была вероятность, что Лора окажется обычной женщиной, попавшей в беду. Среди потенциальных невест было достаточно девушек, не желавших выходить за короля. Их уже отправили домой за то, что они никак не проявили себя во время покушения. Некоторые из отправленных не приглянулись королю. Но многие даже не старались привлечь внимание Зандера.
Проводив тех девушек до карет, Абрахас нагнал короля, возвращавшегося к себе в покои.
– Мой король! – позвал Абрахас. – Можно вас на два слова?
– В чем дело, Абрахас? – Даже голос Зандера звучал чуть тише обычного. – Я очень устал. День выдался долгим и трудным. Сам понимаешь, столько драмы.
– Да, конечно. Это не займет много времени. Я подумал, что мог бы допросить ту девушку. – Абрахас затаил дыхание, чтобы король не расслышал в его голосе отчаянное желание.
Зандер захлопал глазами. Его лицо абсолютно ничего не выражало.
– Какую девушку?
Ах, получится проще, чем Абрахас изначально думал.
– Девушку в ваших казематах. Которую вы посадили туда, решив, что она пособничает Сопротивлению.
– Понял. Ту девушку. – Король усмехнулся и покачал головой. – Я был занят другими – нужно было отправить их по домам. Очень грустно смотреть, как они уезжают, да? Совсем забыл про девушку у себя в казематах.
Порой Абрахас ненавидел Зандера сильнее обычного. Король отказывался сосредотачиваться на серьезных делах и вместо этого печалился о расставании с обожающими девицами, которые шумно приветствовали его появление в саду.
Абрахас нисколько не печалился о расставании с девицами. Он печалился о том, что Лорэлия сидит с преступниками и ворами, и гадал, убьет ли ее король за то, что она пыталась спасти ему жизнь.