Сохраняйте спокойствие! (СИ)

— Да брось, у меня как раз никаких проблем. Ты не услышал слово «тоже» в моём вопросе.
— Опачки! Так ты Конторским стучишь?
— Поднимай выше, я на них работаю в поте лица, а стучишь ты. Милославский про тебя говорил.
— Вот же… Ну раз ты в курсе, тем лучше.
— Дурак ты, Ваня. Я тебя на понт взял, а ты и потек сразу. С таким подходом тебе карьеру в комитете не сделать. — Чуть не заржал Корчагин, но удержался. Не надо без нужды обижать тех, кто рядом. Иногда бьют в спину не потому, что сильно выгодно, а из-за таких вот мелких обид. — Без обид, приятель. Просто контролируй себя. И да, в рапорте можешь отметить, что я тебя вскрыл, ничего страшного.
  
Глава 18
 
Кузница кадров
 
Чего я не мол предположить, так это предательства. Самого подлого вида массового предательства людьми своих идеалов. И ради чего? Ради старых стен и восьмигранной башни? О чем я вообще? Я про реконструкторов, чтоб их черти жарили исключительно под соусом Чили! Что у меня было в голове и в планах? Клуб «Насилие предков», небольшой и управляемый, сидящей по шею в заботах и проблемах нового жилища. И такой я весь в… не в белом, Локи белое не носит. Приду, значит, к ним, послушаю, как капает с потолка, поёжусь от холода, да и предложу подработать на благо меня и клуба. А они на всё согласные подорвутся.
Приезжаю на днях в Замок, а там толпа народу такая, словно дружина удачно из похода вернулась и полон привела. Оказалось банально и неинтересно: Ярл сотоварищи расхвастал прочим реконструкторским клубам, как они круто приподнялись над серой действительностью, что теперь у «Наследия предков» есть не только идея и направление, но и свой замок — донжон с башней в приличной степени сохранности с рекой, пустошью, озером и прочим потребным нормальному маньяку. Недолго думая, часть реконов, исповедавших классическое европейское средневековье, и даже пара «славян» предали всё, что было им дороги. Пришли под стены Замка и начали молить, чтоб их приняли в викинги. Мол, хоть под килем протаскивайте, только дайте приобщиться к крутизне.
Всё это мне поведал Ярл, когда мы с ним стояли на смотровой площадке башни. В понимании ненормальных это была самая первоочередная задача — сделать красиво на смотровой башне. Кто я такой, чтоб судить упертых? Отделали и ладно, зато есть где погутарить с вожаком в полной уверенности, что не подслушают. Пашка кутается в суконный двухслойный плащ, отделанный волчьим мехом из овчины, я куртку застегнул под горло — хорошо! Только всё равно холодно.
— Навес тут не помешало бы сделать.
— Сделаем, Локи. Внутри до зимы порядок наведем, а по весне башню до ума будем доводить. Ты уже можешь конкретно рассказать, что от нас потребуется? Какую задачу поставит викингам комсомол?
— В общих чертах. Понимаешь, свежих денег народ нанюхался, захотел жить по понятиям. Мол, они пусть работают, а мы сливки снимать станем. И сразу у кооператоров заработало в головах: что выгоднее, платить дань или платить за «защиту»? Или вообще сформировать свои силовые бригады типа наёмников.
— А что, к ментам уже бесполезно идти?
— Стрёмно. Они тоже могут захотеть урвать кусок. Нафига им закон охранять, если нарушать в разы прибыльнее.
— И ты планируешь моих подписать в наёмники? В принципе, это не идет вразрез с моралью викинга.
— А вразрез с моралью у вас никто не пойдет.
— Никто. Понимаешь, Жорж, такую мораль, как у нас очень сложно пролюбить. Насилие, убийство, грабёж — если во славу Одина, то и нам в почёт.
— И часто вы всем этим промышляете в своём клубе? Скажи как соклубнику.
— Да пока одна теория и скальды. Что, уже есть клиенты?
— Есть. Но еще не дозрели. Чисто для информации — была стрелка с группой инициативных граждан. Я их задавил авторитетом, конкретно и не до смерти.
— Стрелял что ли? Или демонстрировал намерения?
— Пострелял. Они признали, что я круче и притихли. А дальше — или они снова попробуют рыпнуться, или кто-то другой на якобы пустую поляну захочет прийти.
 
— Кто был в тот раз?
— Спортсмены-самбисты с подручными предметами. Милицейские резиновые дубинки.
— Детский сад! — Возбудился Проказов.
— Не скажи, люди взрослые. Но да, настоящего контакта против оружия еще не видели. Что дробящее, что белое для спортсменов будет в новинку.
— Будет как в том анекдоте про Чапаева и каратиста. Голыми пятками на шашку. — Пора остудить героя, а то уже всех победил.
— Точно, супротив вас никто не устоит. Вас же даже пули не берут, да?
— Пули?
— То-то же. Ярл, я вас под пули не поведу, огневой контакт на мне. Но вы должны быть в теме — кто-то однажды возьмет в руки ствол.
— Ага. Кто-то с ним ходит постоянно. Да, Жорж? Мне можешь достать?
— Достать не проблема, проблема потом жить и не париться по поводу трупов за спиной. Ты так уже умеешь? А там не только убиенные во сне приходят, там еще и милиция мечтает дело об убийстве закрыть. Так норм?
— Достал ты уже темнить. То тебе отморозки нужны, то не нужны проблемы. Первое или второе, определись уже.
— Мне нужны умные. Это прежде всего. Не ссыкливые, это второе. Ну и не беспредельщики, хоть и отмороженные.
— Сложная задача.
— Ярл, так тебе никто лёгкой жизни и не обещал. Кстати, как у вас секретностью?
— В смысле?
— Думай, что будешь корреспонденту говорить. Пришлю скоро кого-нибудь, Родина должна знать своих героев. Патриотическое воспитание, в здоровом теле здоровый хрен, увести молодежь с улицы… и прочая борьба с коварным агрессором.
— Ты пошутил, Локи?
— Серьезен, как всегда. У тебя на базе дежурит кто на постоянку?
— Ты понимаешь, какое дело, — замялся Ярл, — у троих парней с жильём напряги пошли. Короче, у нас тут иногда живут. Всегда. Кто-то живёт, кто-то со своей девчонкой осел…
— Вот и правильно, Замок сам хочет, чтобы тут люди были и огонь горел, он ему душу греет.
— Я думал, ты ругаться будешь.
— С чего бы это.
— Ну ты же из комсомола, у вас так заведено, даже если что-то хорошее делается, то с прискоком или раком. Чтоб не сильно радовались. Или отчеты составлять заставят. Сколько счастья в пересчете на одного комсомольца произведено в отчетный период, кто не охвачен любовью, в какой позе практикуется секс между членами ячейки.
— Вот ты антисоветчик, Проказов! Комсомол тебе такой ништяк отстегнул, а ты снова недоволен! Стыдись.
— Да понятно, что ты прав. Погундеть нельзя, что ли? И вообще, в статусе тренера ты не был таким занудой. А сейчас…
— Что сейчас?
— Как в комсомол вернулся, даже по шлему никому не настучишь. А парни напрягаются, мол Локи не то брезгует, не то переживает крутизну свою растерять об наши клинки.
— Ярл, думаешь, меня можно вот так просто на «слабо» поймать? Где вы сейчас спаррингуете, дождь же постоянно?
— В главном зале, где камин. — А глаза у Ярла такие добрые-добрые.
Ох ёлки-палки, у них уже камин! Хотя да, старых досок, бревен и каких-то ящиков нашлось дофига в одном из складов, а осень вступила в свои права обеими ногами. Камин в такую пору самое то, что доктор прописал.
— Ну пойдем вниз, посмотрим, чего стоят твои бойцы, Ярл. Заодно согреюсь. Деремся по правилам истфеха, упавших не добиваем.
Короче, неинтересные спарринги получились. Мало того, что сразу началось: «По пальцам не наваливать, в лицо не бить, колени без защиты», так еще и предъявы пошли типа того, что сходка должна приносить удовольствие, а не это ваше истфеховское «победа любой ценой». Мы собираемся позвенеть мечами, а вам лишь бы уработать соперника. Мол, фехтование — это интеллектуальная забава типа шахмат, а не «бери больше, вали сразу». Пришлось извиниться. А чего, в чужой монастырь со своим уставом караульной службы не ходят. Какая-то логика в их словах есть: люди хотят просто красиво фехтовать, финтить, переставлять ноги изящно, а не как мои выкормыши — «пришел, увидел, уронил».
Но несколько берсерков, вообще-то, нашлось. Эти умели драться и чуть не голяком могли переть в спарринг, исповедуя правило: доблесть мне доспехи, мастерство мой щит. Такие и в бригаду хорошо впишутся. Эти отморозки не рвались мериться со мной умением, они вписались в спарринги только после того, как я запинал первых трех «шахматистов». Запинал одного парня в буквальном смысле, впечатывая его щит в его корпус. Это я немного взбесился из-а размеров классических щитов размером с тележное колесо. Исторично по самое «не могу», но обходить здоровенный блин неудобно. Вот уж в самом деле такую дверь удобнее рубить топором, а не стучаться в неё мечом. Но топор для горячо мной любимого исторического фехтования не шибко подходит. И финтить им неудобно, когда он одноручный — уж очень большая инерция у бойка. И при удачном попадании результат может оказаться слишком удачным вплоть до летального. А нам ваншоты не нужны, мы пацифисты по своей природе. Своих не гасим. Своих не гасим наглухо. Стараемся не гасить своих наглухо, обычно получается.