Не время для героев. Том 5 (СИ)

— Ты говоришь так… — Аулэ подходит ближе, и я чувствую, как нас с Отцом окутывают волны тепла и сочувствия. — Я чувствую то, что чувствуешь ты, Отец… Ты встречался с ней?
— Да, дети мои… Мы встречались… Давно, ещё до того, как я создал основу Эдейры…
— Но как?..
— Она уничтожила мой дом. Связку из тысяч миров, в которых жили точно такие же создания, как я. Мы… Мы были хранителями. Теми, кто создавал жизнь, кто разносил её по потокам астрального моря и делал это по заветам тех, кто был до нас. Но в какой-то момент, вернувшись из очередного путешествия, я… Увидел, что нить наших миров уничтожена… Не осталось никого, кто там жил — безжизненная пустота войда пожрала тысячи миров, и единственное, что я успел увидеть — исчезающую в течении астрального моря Скорбь. Бесформенная тьма с ликом самых больших страхов…
Мы слушали молча, и когда отец закончил, не произнесли ни слова. Затем он заговорил снова:
— Я понимаю твоё желание, Зеал. Я был таким же, как ты. Но повторяю — пока ты не готов к путешествию по астральному морю. Потерпи — как только я обнаружу безопасные для вас течения, как только вы закончите с этим миром, как только обучитесь новым направлениям Силы — мы вернёмся к этому разговору. А пока — занимайтесь Эдейрой.
— Да, Отец, — в унисон отвечаем мы.
— Хорошо. А теперь, Зеал, если ты позволишь — я бы хотел обсудить кое-что с Аулэ. Знаю, ты не любишь участвовать в «мелких» людских делах, потому не предлагаю тебе остаться. Впрочем, если хочешь…
— Нет-нет, Отец, — отказываюсь я, — У меня найдётся, чем заняться. Большую часть юга второго континента занимает пустыня, в которой ещё много работы — отправлюсь туда.
— Хорошо.
— Но то обучение новым направлениям Силы, о котором ты говорил… Мы ведь займёмся им? Скоро?
— Скоро, обещаю.
— Спасибо, Отец.
Я покидаю зал, возвращаюсь на площадку и взлетаю с неё, мощным толчком оттолкнувшись от белоснежных камней.
То, о чём говорил отец — что-то новое. Новые крупицы знаний, которыми он с такой неохотой делится с нами — это полезно, пусть и столь незначительно… Скорбь, Бездна, Его прошлое, сложности с восприятием астрала для нас, Вечных… Последнее наталкивает меня на определённые мысли о том, как можно исправить недочёты в моих творениях.
А что до остального… Что ж, просто буду аккуратен, только и всего. Иголочный прокол в бесконечности вселенной заметить не так уж и просто — а большего, чтобы черпать немного Силы, мне и не нужно. Возможно, заодно я научусь воспринимать бушующий поток мыслей и сознаний всего сущего…
Тренировки! Вот, что мне нужно! Да, точно! Начну с малого, а когда отец начнёт моё обучение — я буду уже готов!
  
Глава 21 — Занять место
 
— Хэлгар! Хэлгар, чтоб тебя!
Голос доносится откуда-то издали, из глубины тьмы, поглотившей всё вокруг… Он едва слышен — но всё же выдёргивает меня из темноты. Грубо, жёстко — и придя в себя я хватаю ртом воздух.
— Хэл? О Боги, да очнись же ты, наконец!
Я моргаю. Надо мной нависает встревоженная и, одновременно, злая Айрилен, напуганный Сейран, несколько магов.
— Ты как? — спрашивает жена. — Всё нормально?
— Я видел их… Видел… — хриплю, ещё не до конца прийдя в себя. Перед глазами так и стоят образы Бездны, Скорби и обитателей Астрального моря, которые Отец показывал мне…
Проклятье! Не мне! Не мне, а Зеал-Тору!
— Кого? — не понимает моя магесса, помогая мне встать.
— Творца… И Вечных…
Эти слова заставляют стоящих рядом колдунов ахнуть и зашептаться.
— Он видел Творца?!
— Он говорил с кхагаром!
— Что же он узнал?!
— Думаю, нас ждут испытания…
На меня и без того смотрели как на какое-то чудо, а теперь во взглядах людей и вовсе появилось слепое благоговение.
Но я не обращаю на него внимания — потому что резко вспоминаю, что предшествовало моей отключке. Обернувшись, вижу сидящего на земле Хама, и брови сами собой поднимаются.
Что это с ним?!
Тоненькое тельце изменилось — выросло, стало больше. Теперь зверёк толщиной с обе мои руки, а длиной, от мокрого носа до кончика хвоста, метра два, наверное… Но изменился не только размер — даже внешний вид! Шкура стала будто плотнее, шерсть — более грубой, мордочка выглядит более… «Злой». Когти на лапах удлиннились, и теперь сверкают, словно сталь. Но главное в другом — посреди вытянутого тела теперь торчит пара внушительных кожистых крыльев!
 
Сейчас они сложены, но увидев, как я его рассматриваю, зверёк расправляет «обновку» и гордо демонстрирует её мне.
— Дерьмо? — спрашивает Хам изменившимся, уже не таким писклявым, но всё ещё высоким голосом.
— Что с тобой произошло?! — только и могу ответить я.
— Мы тоже хотели бы знать, — поддерживает вопрос Айрилен. — Как только ты провалился в забытьё и малыш насосался твоей крови, стал вопить и трещать, кататься по земле. Я хотела успокоить его, но он начал… Меняться. Хруст стоял жутки, кажется, у него все внутренности и кости выросли за несколько секунд…
— И как это объяснить? — спрашиваю у Хама
Тот взмахивает крыльями, зевает и хитро смотрит на меня.
— Кровь и сопли! Тварь кровь, ты кровь. Магия, память, разорви её хрраш! Гнида лобковая!
Последняя фраза мне непонятна, но образы, которые посылает в моё сознание Хам, предельно ясны — из-за того, что он напился насыщенной астралом магии твари и моей, произошло изменение его тела.
Надо же… Кто бы мог подумать, что рилай способны так развиваться!
— Надеюсь, ты не станешь… Таким же? — я киваю на лежащую неподалёку личинку, от которой несёт жуткой вонью.
— Пошёл ты!
— Ясно, — киваю я на возмущение четырёхлапого приятеля, стараясь не обращать внимания на удивлённые взгляды колдунов. И с мрачным пониманием отмечаю, что их всего пятеро
— Скольких мы потеряли? — спрашиваю подошедшего капитана. — Это все, кто выжил?
— Да, кхагар, — понуро кивает тот. — Никто не ожидал, что тварей окажется две, и…
Он не успевает договорить. Огромная сеть накрывает всю площадку, на которой мы стоим. Она появляется над нашими головами из ниоткуда, и принимает форму огромного купола, заключая нас в ловушку.
— Что за хрень!? — шипит Айрилен, возводя вокруг себя защитный барьер.
Оставшиеся в живых колдуны встают вокруг нас спина к спине, вскидывая руки, а я, недолго думая, наношу по светящейся сети удар чистой энергией — но та рассеивается.
И сразу после этого с другой стороны купола воздух подёргивается маревом, как в жаркий день над раскалёнными солнцем каменными плитами. Он тает, и из него, словно из дыма, выходят люди. Пять, десять, пятнадцать… Около тридцати человек, перед которыми стоит она.
Хайсама, мать её!
— Не думала, что ты угодишь в такую глупую ловушку, Владеющий, — произносит она грубым, низким голосом, — Но зная о тебе то, что рассказали твои друзья, решила попробовать сыграть на благородстве. И, как видишь, не ошиблась.
Я не отвечаю сразу — молча и пристально разглядываю эту странную женщину, которую впервые довелось увидеть так близко.
Она и впрямь напоминает одну из тех горилл, что живут в местных лесах. Здоровенная, выше меня на голову, мускулистая, как двое накачанных мужчин разом, с мощными ногами и огромными ручищами, некрасивым плоским лицом, покрытом шрамами и прорывающимися из под кожи светящимися потоками магии. Волосы заплетены в сотни тонких косичек и собраны в хвост, на теле — лишь несуразная длиннополая жилетка фиолетового цвета, подпоясанная широким ремнём с драгоценными камнями, высокие сапоги и чёрные бриджи.
И копьё.
Копьё сразу притягивает мой взгляд. Оно огромное — больше двух метров в длину, и его наконечник… Даже сквозь магическую сеть-купол, отделяющий нас от Хайсамы, я чувствую, как наконечник оружия Владеющей вызывает резонанс моей перчатки.
Они из одного материала — это совершенно точно!
— Мерзкая тварь! — шипит моя магесса, увидев нашу пленительницу.