Не время для героев. Том 5 (СИ)
— О котором мы ничего не знаем.
— Даже тех крох, которыми в своё время поделился отец, достаточно, чтобы это понять! Двусторонняя связь между нашим миром и астральным морем позволяет скидывать туда излишки «отработанной» Силы или черпать переработанную и усиленную во стократ субстанцию! А общая память его обитателей?! Ты хоть представляешь, что она может нам дать?!
— Зеал, ты…
— Воспользовавшись ей, мы можем узнать, где расположены другие миры! Можем узнать, какие создания их населяют, как туда попасть, и…
— ЭТО ИСКЛЮЧЕНО!
Голос Отца громыхает так, что едва не сбивает меня с ног. По огромному залу, чей купол теряется в сотне метров наверху, проносится ледяной вихрь. Изморозь покрывает все поверхности, каждый клочок помещения, а проекционная карта материка полностью замерзает, подёргивается рябью и на несколько мгновений исчезает.
Отец выходит из столба света, возникшего возле дверей. Как всегда — он не предупредил о своём визите и, разумеется, слышал нашу беседу.
Подумав об этом, я испытываю облегчение оттого, что Он дал нам свободу воли и действий, и не знает всего, что занимает наши мысли.
Иначе не сомневаюсь — после всех экспериментов, которые я так тщательно скрывал (что было нетрудно, учитывая, как много времени Отец проводил за Завесой) его недовольство имело бы для меня серьёзные последствия…
— Зеал, мы снова возвращаемся к этому разговору! — неодобрительно произносит Он. — Ты пытаешься получить то, к чему просто не готов!
— Я готов!
— Это не тебе решать!
Я замолкаю, почувствовав сильное ментальное давление. Это был не первый раз, когда Отец пытался силой продавить своё мнение — за последнюю пару тысяч лет несколько раз я сталкивался с таким Его методом.
И что немаловажно — научился ему противостоять так, чтобы Он этого не замечал.
— Да, Отец, прости, — «каюсь» я. — Ты прав. Но я просто хочу понять, почему мы не можем помогать тебе дальше?
— Вы уже помогаете мне, Зеал, — куда мягче отвечает Отец. — Здесь, на Эйдере. Вы помогли мне создать прекрасный мир и превратить его в цветущий сад.
— Но ведь мы можем делать это и дальше? Создавать новые миры! Создавать новые расы, новую жизнь! Нести её знамя через всё астральное море, нужно лишь…
— Вы ещё не закончили здесь, Зеал.
— Но ведь… Мы только что говорили об этом с Аулэ — люди быстро развиваются и адаптируются. Не они ли станут теми, кто заменит нас. После того, как мы уйдём?
Последние слова я стараюсь произнести как можно нейтральнее, но на самом деле они вызывают у меня смешанные чувства. Неверие того, что я могу когда-либо умереть — и предвкушение оттого, что рано или поздно я оставлю Эйдеру и отправлюсь создавать собственный мир…
— Я рад, что вы это понимаете, дети, — мягко произносит Отец. — Но люди ещё слишком молоды. Им требуются те, кто направит их. Наставники. И пока что вы отлично справляетесь с этой ролью.
— И потому они восхваляют нас? Строят города во славу Вечных, возводят наши статуи и придумывают легенды?
— Таково уж их восприятие. Когда-нибудь кто-нибудь, кого создадут они, также будет придумывать легенды о наших творениях. Но то, что люди придумываю сейчас — ваше наследие, которое будет существовать в веках.
Некоторое время мы молчим. Неожиданно я чувствую внутри себя новое, доселе неизведанное чувство по отношению к Отцу — и не могу сделать ничего, чтобы его погасить!
Он тоже его чувствует — и потому спрашивает:
— Хочешь что-то сказать? Зеал?
— Да… Ты говоришь, что эти… Дурацкие легенды, сочиняемые людьми, станут нашим наследием. Но оно будет лживым! Ведь под этими историями нет никакого обоснования! Ты можешь путешествовать по астральному морю, ты постоянно отправляешься в новые плавания — а мы торчим здесь! Мы заперты, словно в тюрьме, и можем только видеть образы, которые ты раз в тысячелетие показываешь нам! Мы вынуждены сидеть здесь, с людьми, которые думают, что мы можем всё — а мы, как они, не можем даже покинуть пределы собственного мира! В отличие от тебя!
— Ты расстраиваешь меня, Зеал, — произносит отец, и зал вокруг нас вновь покрывается толстой коркой льда. — Я думал, ты понимаешь мои слова…
— Я…
— ВЫ.НЕ.ГОТОВЫ! Не готовы к тому, чтобы выйти за Завесу! Не готовы ходить по астральному морю, не готовы пересекать его и отправляться в другие миры и свободные от астрала участки! Не готовы обуздать мощь того, что составляет имматериум! Ты только что упоминал общую память обитателей астрального моря, о которой я рассказывал тебе уже давно — скажи, сможешь ты воспринять мысли, чувства, эмоции и образы октиллионов, нониллионов разумов?! Сможешь не потеряться в них, сохранить собственную суть?! Сможешь одновременно с этим удержаться в бушующем потоке астрала, направить его собственно волей и отправиться туда, куда тебе нужно? Знаешь ли ты вообще, куда тебе нужно?! Это не прогулка по поверхности Эйдеры и даже не полёты вокруг неё! Малейшая ошибка, мгновение сомнений — и астральное течение разорвёт твою суть на части и вышвырнет в Бездну!
— Бездну? — не понимаю я, чувствуя в голосе Отца ярость и, одновременно, боль, а в своей душе — сомнения. — Я не… Ты не рассказывал ни о чём подобном.
— Астральная Бездна — это пустота небытия, которая находится за пределами астрального моря и миров, которое оно соединяет, — голос Отца в голове звучит глухо и мрачно, передавая страшные образы того, о чём Он говорит. — Там отсутствуют астральные потоки и течения. Сущность, которая попадает в Бездну, обречена беспомощно дрейфовать, пока случайно не найдёт поток, который вынесет её в астральное море.
— Это другой слой вселенной? — догадывается Аулэ, молчавшая всё время, пока мы спорили.
— Да, ещё одна её составная часть… Всё находится в равновесии, но сильно отличается друг от друга. Бездна безжалостна, в ней нет ничего, что понятно нам с вами. Лишь боль, смерть и страдания. В астральном море есть не только это — но и то, что делает жизнь приятной для любого сознания — нужно лишь совладать с этим. А в материальных мирах нет тех ужасов, которые обитают в имматериуме.
— Бездна… — произношу я, всё ещё видя перед глазами холодную пустоту погибших звёздных светил, спиралевидные образования боли и неведомый мрак, который тянет ко мне цепкие лапы…
— Даже астральное море невероятно опасно для всех, кто не обладает моими силами… Смертоносные и алчущие магической силы чудовища поджидают каждого, кто сунется на их территорию! Они рыскают в поисках добычи, и только и ждут глупцов, желающих получить дармовую силу! Ты знаешь некоторые вещи об имматериуме, Зеал, я рассказывал тебе о них… Астральные собиратели, души заблудших колоссов, маэр, драконы времени… С ними опасно связываться — они сильны, хитры, отличаются от нас с вами и преследуют собственные цели, не понятные никому, кроме них самих! Зная это, представь, насколько опаснее в Бездне! И уж поверь — попасть туда, не совладав с астральным течением, проще простого! Ты бы не хотел этого… Ты бы не хотел встретиться с кем-то вроде Скорби…
Отец замолкает, но я чувствую, как от Него расходятся волны сожаления, боли и… Страха?!
Я понимаю, что впервые ощущаю исходящий от Отца страх…
— Что такое Скорбь?
— Мрачный страж.
— Страж чего?
Отец не торопится с ответом, и на этот раз я чувствую исходящие от него сомнения. Он хочет что-то скрыть?..
Но Он всё же отвечает.
— Страж равновесия, насколько мне известно. Я не могу утверждать это наверняка, потому что история Скорби уходит в такое далёкое прошлое, когда меня ещё не существовало.
— Но ты о ней что-то знаешь? — спрашиваю я, ощущая неведомый доселе страх от сущности, о которой раньше даже не слышал — настолько сильно эмпатия отца передаёт его ощущения.
— Она была создана каким-то древним забытым народом для защиты баланса вселенной. Скорбь не подчиняется известным нам законам — она находится везде и нигде одновременно, она не мыслит привычными нам категориями, не имеет дома. Она — одна в своём роде. И она считает, что только она одна во вселенной имеет право решать, кому существовать, а кому нет. Скорбь может уничтожить целый мир, целый пласт реальности — лишь руководствуясь своим, непонятным ощущением баланса… Насколько я знаю — именно из-за этого Она уничтожила своих создателей.