Вождь чернокожих. Black Alert (СИ)
Совсем недавно к нему приезжал император Николай II, и они славно поохотились, настреляв каждый по два десятка вальдшнепов и прочей летающей дичи.
Начальник Германского Генерального штаба, генерал Альфред фон Шлиффен, войдя в кабинет кайзера, вытянулся в струнку возле входной двери, зажав в руке внушительную толстую папку с множеством вложенных туда бумаг, и от двери сказал.
— Герр кайзер. Я просил вас уделить мне пару часов своего времени. Дела исключительной важности вынудили меня прийти сюда.
Вильгельм II нетерпеливо дёрнул усом, закрученным вверх, по последней моде, и спросил.
— Это случайно не те дела, которые рассказывают о том, что творилось недавно в Египте?
— Вы исключительно проницательны, мой император. Дело именно в этом, и я готов представить отчёт о происходящих там событиях, подготовленный моими офицерами.
Вильгельм II подтянул к себе предлагаемую фон Шлиффеном папку, раскрыл её и бегло просмотрел материал, лежащий в ней.
— Интересно, интересно, получается, наши заклятые друзья решили не мелочиться и подключить к войне весь мусульманский Восток, включая Турцию, раз им сейчас не до этого Мамбы…
— Так точно, герр император, — по-военному кратко ответил фон Шлиффен.
— И это, несмотря на то, что в турецкой армии находятся, в качестве инструкторов, наши офицеры?
— Но они и не просят направлять туда армию. Британский консул изложил просьбу Британского парламента — не препятствовать добровольцам и всем желающим поучаствовать в газавате и нападении на коптов Иоанна Тёмного.
— Хорошо, а как же то, что король чёрных дикарей, Иоанн Тёмный, не имеет никакого отношения ко всему этому, а отряд Османа Дигны натравил на египтян уже мёртвый халиф Абдалла?
— Англичане подозревают, что это совсем не так.
— На чём основаны их домыслы?
— На здравом смысле, лицемерии и фактах, не подтверждённых ничем. Кроме того, они боятся, что Иоанн Тёмный ударит им в спину, либо продолжит расширение границ своего царства, за счёт их территорий.
— Правильно боятся, — в такт своим мыслям кивнул Вильгельм II. — Ясно. Англичане готовы начать боевые действия с Трансваалем и Оранжевой республикой, или ещё нет?
— Да, они завершили все приготовления. Начала боевых действий следует ждать со дня на день.
— А мы отправили туда своих добровольцев, недавно уволенных с военной службы?
— Да, герр император. Две тысячи подданных Германской империи, подготовленных к войне, убыли туда для поддержки буров, в качестве инструкторов, офицеров и наёмников.
— Это хорошо, тогда проследите за тем, чтобы Турция не отправила на войну с Иоанном Тёмным ни одного своего солдата или офицера. Пресекайте все эти попытки, игнорируя даже прямые распоряжения султана Абдула Хамида. Вам ясно, Альфред?
— Яволь, мой император.
— Спасибо Альфред, вы можете идти.
— Альфред фон Шлифенн щелкнул каблуками высоких сапог, начищенных до зеркального блеска, забрал бумаги и вышел из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь.
* * *В это же время, тайные переговоры Великобритании с Францией ничего не дали. Французы решили сделать ставку на, теперь уже, царя чёрных дикарей, Иоанна Тёмного, а может, просто выжидали, как думали англичане.
На самом деле, вечные противоречия между французами и англичанами, особенно после того, как те практически лишили французов Суэцкого канала, в свете произошедших событий, приняли неожиданную окраску. Скрытая поддержка Германией Иоанна Тёмного ничуть не мешала ему преследовать исключительно свои интересы, что и было видно в последнее время, и это очень нравилось французам.
Время открытого противостояния Франции с Германией ещё не пришло, а направление Российской империей своих подданных на поселение в Африку легло ещё одним фактором на игровой стол затейливой интриги, которую вели сразу несколько государств на черном континенте.
Да и Северо-Американские Соединённые штаты, неожиданно для всех, решили тоже сесть за игровой стол, с новой колодой ещё не краплёных карт. Отчего игра приобрела гораздо большую остроту, в силу своей непредсказуемости и отсутствия знаний о прикупе.
* * *Ефим Сосновский плыл на пароходе, вместе со своим будущим партнёром по бизнесу, главой открытого акционерного общества «Трансатлантическая Африканская торговая компания», созданного буквально на днях, имеющего уставной первоначальный фонд в один миллион долларов.
Это был не кто иной, как Джордж Ринслоу, владелец заводов, фабрик, пароходов, а точнее, представитель группы, которая располагала всем этим и хотела вложить заработанные на этом деньги в ещё более масштабное мероприятие, с целью получения огромной прибыли.
Общее положение дел, на начало 1899 года, предполагало получение европейскими промышленными кругами огромных прибылей, за счёт ограбления и использования в своих целях Китая и всей Юго-Восточной Азии, но туда САСШ не пускали ни французы, ни англичане, помимо косо посматривающих на них немцев и русских.
Представители промышленной элиты САСШ, а также буржуазные деятели из Сената, вкупе с американскими банкирами, которые ещё не сделали свои баснословные состояния, прекрасно понимали, что им не дадут куснуть столь вкусного пирога.
Но сверхприбыли манили, как ос дармовой пчелиный мёд. Поэтому они и решили временно акцентировать свое внимание на лежащей гораздо ближе Африке, замечая, как там начинают создаваться миллионные состояния, буквально из ничего.
Особенную заинтересованность вызывали алмазные и золотые копи, помимо добычи каучука и пальмового масла, выращивания хлопка и других необходимых промышленных культур.
А новый хозяин большей части африканского континента мог обеспечить их необходимой рабочей силой, дать рынок сбыта своих товаров, предоставить огромное количество ресурсов, для развития американской промышленности в будущем, пока великие европейские державы грызлись за Китай.
Джордж Ринслоу имел с собой целый пакет документов, описывающих различные условия на торговлю с негритянскими племенами и всем Суданом, во главе которого стоял Иоанн Тёмный.
На случай изменения условий, у него были припасены чистые бланки, а также взята с собою печатная машинка и все необходимые печати, удостоверяющие данное акционерное общество.
О том, что Мамба был грамотен и умел читать и писать по-английски и по-русски, он знал. Да и то, что царю Иоанну Тёмному помогали разного рода европейские авантюристы, он тоже был в курсе. Один из них плыл вместе с ним, в соседней каюте.
Прибыв на пароходе в недавно отстроенный порт Джибути, они пересели на верблюдов и в составе огромного каравана тронулись в столицу Абиссинии Аддис-Абебу.
Аддис-Абеба встретила их зноем и пышностью ожидаемой со дня на день свадьбы. Луиш Амош, заранее зная о приезде Ефима Сосновского, встретил прибывших у ворот города. Он стоял в толпе встречающих, высматривая нужные лица в непрерывном потоке погонщиков верблюдов, разношёрстых всадников, самих верблюдов, нагруженных тяжёлой поклажей.
Заметив ожидаемых почти в конце каравана, Луиш, обходя огромных верблюдов и уставших от долгой дороги коней, протиснулся между толпой и схватил под уздцы верблюда, на котором величаво покачивался Фима, в такт неторопливой ходьбе этого корабля пустыни.
Фима с трудом слез со спины верблюды, практически упав в заботливо подставленные руки Луиша. Они обнялись, затем помогли спешиться Джорджу Ринслоу, с которым обменялись крепким рукопожатием, после чего пошли в снятый на время дом Луиша.
Переговариваясь между собой на английском, они выспросили друг у друга интересующие всех троих подробности нелёгкого и долгого пути, который им пришлось преодолеть, а потом о последних новостях, которые случились уже здесь.
— Так ты говоришь, Мамба объявил себя царём всего Судана? — восторженно проговорил Фима.
— Да, и не только Судана. Он объявил себя царём биляд-эс-Судан, а это, Ефим, не одно и то же. Эта территория намного больше самого Судана. Это все земли, начиная от территории Абиссинии, до Нигера, а то и дальше, вплоть до Атлантического побережья Африки.