Хозяйка приюта магических существ 2 (СИ)
— Откуда я знаю? Наказание боится получить. Или расстраивать тебя не хочет, ты же видишь, как он внимательно на тебя смотрит, как слушает каждое слово...
Очень умно. Эбер выбрал максимально нейтральные, даже, можно сказать, безобидные причины. Но этого было недостаточно, чтобы обмануть. Потому что в мире магии всегда есть более надежные способы получить информацию, чем чьи-то слова. Эбер не учел, что стабилизатор ауры легко впитывает следы других божеств при прикосновении. Если он хотел меня подставить, то надо было разбить шар не собственными руками, а магией.
Ксор наклонился за осколком и проверил его магией. Тяжелый вздох слишком отчетливо разнесся по комнате.
Позже я слышал еще немало таких вот тяжелых вздохов, которые передавали намного больше эмоций, чем любые слова. Гнев, боль, разочарование, страх, непонимание, грусть... Но тогда я мало что осознавал. Только понял, что давление неприятно возросло.
— Что такое наказание? — спросил я, надеясь, что давящее чувство хотя бы ослабнет.
Я уже немного понял, как взаимодействуют божества. И каждый раз, когда возникало непонятное мне напряженнее по еще менее понятным причинам, задавал вопрос. Божества отвлекались, а атмосфера становилась приятнее.
К тому же, слово мне было незнакомо: Божественное Древо не вложило в меня такие вещи. Я знал, что наказ — это наставление и поучение. Отличался ли наказ от наказания? Скорее всего, да. Ведь никаких страха в том, чтобы получить наставление, не было...
— Я отвечу на твои вопросы через пару минут, — сказал Ксор. — Эбер, иди к себе, поговорим позже.
— Ты предпочтешь поговорить сначала с ним, а потом со мной? — спросил Эбер, а я вздрогнул от злого блеска его глаз.
Не от страха, а от растерянности и непонимания. Почему отношение этого маленького божества из странного превратилось в негативное? Почему создавалось впечатление, что Эбер набросился бы на меня, если бы мы были наедине?
— Эбер... — устало сказал Ксор.
Однако Эбер не дослушал, что ему говорили, и выбежал из комнаты. Ксор лишь покачал головой, после чего щелкнул пальцами, и все осколки, лежащие на полу, поднялись в воздух и исчезли.
Магия! Я с восторгом наблюдал за ее потоками, чувствуя нетерпения — я скоро смогу научиться такому же.
— Не поранился? — спросил Ксор.
Я не совсем понял, о чем меня спрашивали, но не знал, как уточнить. Ксор подошел к моей кровати и сел, после чего повторил вопрос:
— Когда артефакт разбился, ты не ходил по полу? Если ты ходил, то мог пораниться. Порезаться.
— Не мог, — я отрицательно замотал головой. — Стекло не сможет мне навредить.
— Это магический артефакт, в который вложено много божественных сил. Даже я могу пораниться, если не замечу, а ты совсем юное божество.
— Но... я не могу, — растерялся я. — Я точно знаю, что подобные вещи мне не навредят. Это плохо?
Ксор нахмурился. Я не врал. Некоторые вещи заложены на уровне инстинктов. Например, понимание, что может и не может причинить вред.
— Нет, это хорошо, — улыбнулся Ксор. — И Эбера... прости его за вранье. Он... не злой, просто ревнует.
— Почему? Я ведь чужак, не более.
— Не называй себя чужаком, — попросил Ксор. — Я понимаю, что привыкнуть трудно, но я взялся за твое воспитание, а потому чужаком ты точно не будешь.
Он протянул руку и погладил меня по волосам. Странно, но не раздражало. Тепло.
— Мне не за что прощать Эбера. Это никому не навредило, поэтому все хорошо, — немного подумав, я выдал почти искренний ответ.
— Вот и хорошо. Он привыкнет. Он добрый ребенок. И со временем он обязательно подружится с тобой и станет почти братом. По-другому и быть не может.
Я улыбнулся, соглашаясь. Не потому что верил, а потому что не хотел расстраивать это доброе божество. Но сам готовился к тому, что Эбер будет меня в лучшем случае игнорировать, а в худшем — делать глупости. Что ж, готовился я не зря.
Глава 15
Эбер ревновал ко мне всех, кого можно: его родителей, братьев, сестер, даже приходящих время от времени гостей. Если бы он делал это тихо и спокойно, то я мог бы притвориться, что ничего не замечаю. Но нет — ему обязательно нужно было сделать какую-нибудь гадость, чтобы выставить меня плохим в глазах других божеств. Хорошо хоть, что больше не пытался ничего уничтожить. Эбер стал действовать тоньше, намного тоньше. Например, мог подложить мне в комнату какую-нибудь важную вещь, которая срочно нужна, предварительно затерев магией следы.
Но ему это не слишком помогало. Ксор никогда не потакал ему и безжалостно раскрывал все проступки. Выпустил магических охранников? Иди и ищи их. Забрал чужую книгу для учебы? Садись и рассказывай весь материал. И все это заставляло Эбера ненавидеть меня еще сильнее.
Его ненависть я бы пережил. Но не печаль Ксора, который искренне пытался обо мне заботится. Не потому что любил, а из-за ответственности. Верховное божество не может быть необязательным. Прожив так два десятка дней, я попросил Ксора взяться за мое обучение как можно плотнее.
Обучение не имеет определенного срока: все зависит исключительно от упорства и таланта. Некоторые заканчивают обучение за десять лет, другим и сотни мало. Но самое важное, что самостоятельный божеством признают лишь в тот момент, когда ты прошел это самое обучение и успешно подтвердил, что усвоил все необходимые знания о мире, научился магичить в достаточной степени, чтобы защитить себя, а также выбрал стезю. С последним обычно было сложнее всего: выбиралось раз и навсегда, а определиться непросто. Помогать торговцам или лекарям? Стать покровителем наставников или защищать правителей? Причем надо учитывать тот момент, что те, кому ты покровительствуешь, могут быть «заняты» другим божеством. И надо иметь хорошие с ним отношения, чтобы не делить подопечных.
Но я не задумывался о стезе. Меня больше всего интересовала возможность стать самостоятельным и покинуть дом Ксора. Мне здесь и нравилось, и не нравилось. Избавиться от этого двойственного чувства и ощутить спокойствие — вот чего я хотел. Именно поэтому я попросил Ксора об обучении, хотя пару лет мне предстоял лишь вводный курс, который и учебой не назвать.
Я отлично помню, как мы обсуждали этот вопрос в саду, сидя в беседке.
— Хэй, ты уверен? — спросил Ксор. — Все-таки ты не так давно появился на свет...
— Я уверен, — перебил я. — Начните, пожалуйста, сейчас.
— Я бы начал, если бы точно знал, что причина твоего рвения — желание учиться, а не... отношение моего сына.
Ксор никогда со мной не сюсюкался, за что я ему по сей день безмерно благодарен. Даже когда впервые привел домой. Словно знал, что я отличаюсь от других маленьких божеств. А может и знал? В конце концов, Ксор был Верховным божеством, а подобный титул получить без потрясающего таланта попросту невозможно, поэтому его мышление и восприятие сильнее, чем у других божеств.
— Я хочу учиться, — честно ответил я, умолчав, что хочу оказаться подальше от этого дома даже больше, чем учиться. Всего два десятка дней, а мне уже хотелось вернуться обратно к божественному древу, где было тепло и хорошо. А еще я надеялся, что Эбер заметит, как я стремлюсь покинуть его дом, а потому прекратит видеть во мне соперника.
Вот только вышло все еще хуже.
Сначала все было отлично: Эбера как сына Верховного божества стали обучать намного раньше своих сверстников. Учиться и постигать магию никто Эбера не заставлял и даже не просил — он сам хотел. Потому что перед глазами был отличный пример — могущественный Ксор. Неудивительно, что он хотел стать сильным как можно быстрее. Эбер превосходил по силе и умениям даже тех, кто был старше его, чем гордился. Нельзя сказать. Что безосновательно: талант у Эбера был, да и не только он. Несмотря на вспышки ревности и не самое приятное поведение, Эбер не был таким уж плохим. Целеустремленный, упорный и преданный своей семье — это те качества, которые я обнаружил очень быстро. И как бы мне не хотелось сказать, что он был отвратительным и плохим, я утверждать не мог. Эбер был плохим исключительно для меня, но никак не для своей семьи или других божеств.