Леди полуночи

Наблюдая за встречей двух старых друзей, Кейт улыбнулась.
– Вижу, я не первая, кто поздравляет тебя с возвращением.
Почесав собаку за ухом в последний раз, Сэмюэл выпрямился.
– Зато самая любимая.
С улицы он принес с собой холодный осенний воздух. От его толстой куртки пахнуло лесом и ветром. Движением плеча он скинул ее, потом стянул перчатки.
Кейт приняла у него и то и другое, а взамен поцеловала его в прохладную обветренную щеку.
– А где Уильямс? – Он поискал глазами дворецкого.
Кейт покусала губу.
– О, он… где-то тут.
Она повернулась к нему спиной и воспользовалась паузой, чтобы повесить куртку на вешалку, потому что не отважилась посмотреть в глаза. Кейт боялась, что отсутствие слуги вызовет у мужа подозрения, но уже очень скоро стало понятно, что ему нет никакого дела до дворецкого.
Муж решил отнестись к этому как к удачной возможности.
Его руки легли ей на талию. Он притянул ее к себе. Кейт прижалась к нему, спиной ощутив выпуклые мускулы его груди. Застывшими на ветру губами он поцеловал ее в затылок. От этого волны холода и жара побежали вниз вдоль позвоночника.
У нее от желания затрепетали веки. Кейт привалилась к нему спиной, склонив голову набок, чтобы ему было удобнее целовать ее. О как она соскучилась по нему!
– Как там, в Уэмбли? – пробормотала Кейт.
– Хаос! – Он слегка куснул ее за ключицу.
– Снова южные участки?
Муж проворчал что-то нечленораздельное, потому что в этот момент занялся мочкой ее уха.
– Воды по колено.
– О господи, – вздохнула Кейт. – А как же дренажные канавы, что проложили в прошлом году? Я думала…
Он резко развернул ее к себе лицом. Его напряженный взгляд подсказал ей, что сейчас не время обсуждать состояние дренажных канав.
– Кэти!
Муж накинулся на нее со страстными, бурными поцелуями. Для нее это было красноречивее слов, которые так любят слушать женщины: «Я хочу тебя! Ты мне нужна! Я люблю тебя! Пока мы не были вместе, я ни о ком не мог думать, кроме тебя».
– Пойдем наверх. – Сэмюэл зажал ее юбку в кулаке. – Я не видел тебя вечность.
Не прерывая поцелуя, Кейт улыбнулась:
– Всего-навсего со вторника.
– Я же сказал – вечность!
Он подхватил ее на руки, словно намереваясь перекинуть через плечо и отправиться на поиски ближайшей кровати, но Кейт положила ему руки на грудь, останавливая.
– Мы не можем. Не сейчас.
От него не ускользнуло озабоченное выражение ее лица. Он опустил ее на пол и нахмурился.
– Что такое? Что-нибудь случилось?
– Ничего, только… – Она с трудом сглотнула. – Пожалуйста, не сердись.
Муж взял ее за плечи.
– Скажи мне. Немедленно!
– Не беспокойся. Никто не заболел, никто не истекает кровью. – Пока еще. – И я действительно не могу объяснить, в чем дело. Ты сам увидишь.
Взяв за руку, она повела его по коридору. Они шли медленно и тихо. Вид у него был такой, словно он присутствует на собственных похоронах.
– Я знаю, как ты этого терпеть не можешь, – заранее извинилась Кейт. – Но мальчики так просили… еще с прошлого лета, а потом и Саломея ухватилась за эту идею. – Они остановились перед гостиной.
– Как в доме тихо, – заметил он неожиданно. – Кэти, мне это не нравится.
– Я даже не поняла, как все произошло – просто раз, и вырвалось из-под контроля. Но, пожалуйста, прими во внимание, что все сделано из лучших побуждений.
Набравшись решимости, Кейт распахнула двойные двери, и в тот же миг гостиная взорвалась от криков и разноцветья.
– Сюрприз! – послышалось со всех сторон.
Здесь были все: близкие родственники, слуги, соседи и друзья.
– Это вечеринка. В твою честь.
– О черт!
Кейт сжалась, наблюдая, как Сэмюэл оглядывает комнату, набитую людьми. Она пригласила всех: владельцев соседних поместий, друзей, – кого удалось заманить в Амбервейл. Лорд Райклиф и лорд Пейн приехали с семьями. Здесь были Каллиста с Паркером и Хэтти с Эймз. Как всегда, Эван тепло потряс Сэмюэлу руку. Они уже давно стали добрыми друзьями.
– Детям захотелось устроить тебе день рождения, – шепнула ему Кейт, помахав рукой тетушке Мармозет. – Прошлым летом они интересовались, почему мы его никогда не празднуем, и я не знала, что сказать. Просто взяла дату из воздуха – подумала, что забудут. Но они не забыли. Они такие же настырные, как их отец.
 
– И умные, – добавил Сэмюэл. – Как их мать.
Дети в ожидании столпились в центре комнаты. Все трое были готовы лопнуть от довольства собой, понимая, что им удалось привести отца в замешательство.
Саломее Натали было уже почти восемь.
Себастиану Норману – на пару лет меньше.
Самый младший, Стэнли Николас, протопал через всю комнату на своих толстеньких ножках, чтобы обхватить ручонками отцовские сапоги.
Всем им дали имена с инициалами С.Н. Родив первенца, Кейт уговорила на это Сэмюэла, хотя он собирался дать ребенку имя Саймон или Элинор, как у ее родителей, но ей отчаянно хотелось, чтобы те две буквы, вытатуированные у него под сердцем, приобрели другое значение.
В нем ничего не осталось от совершенно неуправляемого, которым он был когда-то. Теперь только заботливый отец, справедливый хозяин поместья, верный друг и… любящий муж.
В этой комнате, битком набитой смеющимися людьми, не было ни единой души, которая не обожала бы его.
Но Кейт не думала, что кто-нибудь любил его больше, чем она.
Она положила руку на живот. Если ее подозрения насчет тошноты по утрам оправдаются, то им очень скоро опять придется ломать голову над именем для ребенка. При той мужской силе, которой обладал муж, оставалось только надеяться, что через какое-то время им не придется назвать младенца Сарой Негоциант.
Кейт перехватила его взгляд. Брови у него изумленно выгнулись. Но она уже отлично научилась улавливать малейшие изменения в выражении его сурового лица и поэтому могла сказать точно, что Сэмюэл совсем не сердится.
Он взял маленького Стэнли на руки и посадил к себе на плечи. Тут же подошла Саломея и потянула его за рукав к столику, уставленному прохладительными напитками, в центре которого возвышалось настоящее произведение кулинарного искусства, слегка, правда, накренившееся.
– Это именинный торт, – сказала Кейт. – Саломея сама покрывала его глазурью.
Дочь даже привстала на цыпочки от гордости.
– Внутри начинка из абрикосового джема. Потом мы собираемся спеть тебе: мамочка разучила с нами новую песенку. – Саломея покрутилась из стороны в сторону, демонстрируя свое лучшее платье. – Тебе нравится вечеринка, папа?
– Нравится?…
Кейт послала мужу умоляющий взгляд: Сэмюэл не любил шума и суеты, а уж сладости и того меньше, – выражая надежду, что на один вечер ему хватит терпения.
Большой обветренной ладонью он легонько приподнял подбородок дочери и заглянул в полные надежды глаза.
– Да я просто в восторге! И люблю вас всех…