Никаких обещаний

— Мы помогаем человеку надеть пальто.
Уэйн вновь взглянул на Джима:
— Тебе нужна помощь, Джим, чтобы надеть пальто?
— Нет, — ответил Джим, но слово прозвучало почти мольбой.
— Я думаю, с Джимом будет все в порядке, — сказал Уэйн.
Жена Джима подошла к ним и стала рядом с мужем. Уэйн похлопал ее по руке:
— Помоги ему надеть пальто, Тери.
Тери сразу же согласилась. Эшли затаила дыхание, она не была уверена, что Эрик отпустит Джима. Пантера держала в лапах свою жертву. Она облегченно вздохнула, когда увидела, что он отпускает руку Джима и делает шаг к ней.
Злобно глядя, Джим потирал руку.
— Ты просто застал меня врасплох, — сказал он и повторил громче, чтобы услышали все: — Он застал меня врасплох, вот и все!
Эшли нельзя было обмануть подобной фразой. Она не знала, что думает обо всем этом Уэйн, но он рассудил здраво, встав между Джимом и Эриком.
— Очень жаль, что вам нужно уходить так рано, — сказал он Джиму. — Я провожу вас с Тери до двери.
Только когда все трое вышли из зала, Эшли позволила себе немного расслабиться. Закрыв глаза, она вздохнула.
— С тобой все в порядке? — спросил Эрик, коснувшись ее руки.
Она не могла сразу же ему ответить.
Выдавив из себя нечто похожее на улыбку, она взглянула на него.
— Ты был неподражаем, но… — она снова вздохнула. — Мне следовало бы раньше подумать, что сегодня вечером Джим попробует выплеснуть свою обиду за то, что произошло несколько дней назад и о чем теперь говорят все. Ты на занятиях учишь нас заранее предвидеть, в какую ситуацию можем мы попасть. Мне бы следовало с самого начала осознать, что он неминуемо поведет себя именно таким образом, и не идти на вечеринку.
— Но у тебя полное право быть сегодня здесь.
— Да, наверное. Но вопрос, что обо всем этом подумает Уэйн!
В течение какого-то мгновения Эрик изучающе всматривался Эшли в лицо, затем взглянул в сторону открытой двери. Она тоже смотрела в том направлении и видела, как Джим с женой приближаются к гардеробу и что-то при этом говорят Уэйну и смеются…
— Так что же, выходит, для тебя неважно, кто был прав, а кто виноват? Важно лишь, что подумает босс? — спросил Эрик.
— Важно, кого, в конечном счете, порекомендует Уэйн. Следовательно, важно, чьему рассказу он поверит.
— Если Уэйн — умный человек, он в любом случае выберет тебя.
Она не знала, насколько умен Уэйн Мартин.
После случившегося праздничная атмосфера вечеринки улетучилась, и Эшли поняла, что ей тоже надо уходить. Она обрадовалась, услышав, что Эрик не возражает. Ей даже показалось, что и Уэйн ощутил некоторое облегчение, когда она сказала ему, что уходит. Он мило с ней попрощался, но Эшли отметила: Уэйн не стал провожать ее, как Джима, до двери.
В автомобиле по пути домой они молчали. Припарковав свою машину и увидев, что Эшли собирается выйти, Эрик взял ее за руку и сказал:
— Я знаю, ты очень беспокоишься по поводу того, что произошло сегодня вечером. Прости меня.
— Но ведь ты не виноват, — сказала она. — Ты поступил, как должен был поступить. Ситуацией ты владел великолепно. Просто я…
Она сделала паузу, не зная, как продолжить начатую фразу, и Эрик ласковым движением сжал ее руку.
— Почему так важно для тебя переехать в Чикаго, Эшли?
— Потому что… — она пожала плечами в темноте, не зная, как объяснить… и могла ли она вообще кому бы то ни было это объяснить? — Потому что я дала обещание.
— Кому ты пообещала?
— Тому, кого я не могу подвести.
— Отцу?
— Отцу и… — внезапно Эшли почувствовала себя неуютно, разговор приобретал нежелательный для нее характер, ей не хотелось вести беседу на эту тему.
Она высвободилась из его объятий.
— Послушай, я не хочу об этом говорить. Пойдем домой.
Он не отпускал ее руку.
— Одну минуту, Эшли. Почему ты никогда не хочешь об этом говорить?
— Не хочу, и все… — Эшли чувствовала, как в ней растет тревога.
Так бывало всегда, когда она вспоминала Джека. С каждым мгновением в машине становилось все более душно, дышать было все труднее.
— Эшли, я еще раз хочу тебя спросить: почему для тебя так важно переехать в Чикаго?
  
— Потому что это мечта, которую я должна воплотить в жизнь! Эрик, я иду домой, — твердо произнесла она и, резким движением повернув руку, высвободила ее и открыла дверцу машины.
Он последовал за ней.
— От кого ты пытаешься убежать? — спросил он.
— Я ни от кого не убегаю.
Но она уже почти бежала, когда они переходили улицу. Эрик продолжал оставаться рядом.
— Что ты воплощаешь в жизнь: мечту или кошмарную галлюцинацию?
Эшли съежилась от ужаса, ощутив, насколько близко он подошел к правде.
— Мечту. Ты все равно ничего не поймешь.
Она первая вошла в дверь их дома, но поднимались они по лестнице бок о бок, его шаги были беззвучны. Эрик прошел вместе с ней до двери ее квартиры, но удержал Эшли в тот самый момент, когда она собралась войти.
— Я о многом догадываюсь, Эшли. Я вижу женщину, которая не может, ну хоть немного, сбавить скорость и гонит себя к цели, не желая об этой цели говорить. Что-то здесь не так.
— Все в порядке, — сказала она, понимая, что лжет.
Столь многое было не в порядке, что Эшли уже не следовало даже думать об этом.
Какое-то мгновение он молчал, затем кивнул и произнес:
— Хорошо, если тебе когда-нибудь захочется побеседовать об этом…
— Я тебе позвоню, — пообещала Эшли, и ей даже удалось улыбнуться.
  
Глава 12
 
Эрик понимал, что ему не удастся насильно заставить Эшли объяснить, почему переезд в Чикаго так важен для нее, все попытки вынудить ни к чему не привели. Он видел боль в ее глазах и догадывался: это нечто иное, чем банальные амбиции, и более значительное, чем мечта.
Он решил проводить с ней как можно больше времени. Эрик был уверен: как только Эшли начнет ему полностью доверять, она сама расскажет ему обо всем. Но на следующее утро, просматривая воскресный выпуск «Анн-Арбор Ньюз», в нижней части третьей страницы он наткнулся на статью о двух ограблениях, и его планы внезапно изменились. Эрик обратил внимание на то, где произошли оба преступления: одно случилось на расстоянии квартала от его додзо, другое — неподалеку от их дома. Одна из пострадавших заявляла, что месяц назад у нее был похищен подростками кошелек. Эрик поднял телефонную трубку.
Эрик не зашел к ней ни в воскресенье, ни в понедельник вечером, и Эшли испугалась, что он обиделся, а следующим вечером — это был вторник, — когда она отправилась на очередное занятие по самообороне, встречавший учеников обладатель черного пояса сообщил, что Эрика срочно вызвали из города. Новость обеспокоила Эшли. Куда и зачем уехал Эрик и почему не сказал, что уезжает?
В среду вечером она долго не ложилась спать, работая над речью, которую должна была произнести на завтрашнем официальном обеде, и вдруг ей показалось, в квартире Эрика кто-то есть. Она чувствовала это! Тем не менее в четверг вечером обладатель черного пояса, отвечая на вопросы, утверждал, что Эрик еще не вернулся.
В пятницу Чарли уверил ее, что видел Эрика.
— Рано утром, — сообщил он, — очень рано, наверное, где-то часа в четыре.
Она не спросила его, почему он не спал в такую рань. Последнее время Эшли часто видела, как Эди Вьеконски забегает в квартиру Чарли.
— Эрик входил к себе, — сказал Чарли. — Как обычно, он был одет в черное с ног до головы, и на нем была даже черная маска, ты знаешь, такая, с прорезями для глаз и рта.
Брови Чарли то и дело слегка приподнимались, и выражение лица говорило больше, чем слова.
— Увидев меня, он удивился и даже немного расстроился, мне показалось. Как ты думаешь, что бы это значило?
Эшли не знала, что и думать.
Но прошло еще три дня, и ей на работу позвонил лейтенант Пиз и попросил зайти в полицейский участок. Ему хотелось знать, не сможет ли она опознать парочку подростков.