Никаких обещаний

Когда босс отошел, Эшли извинилась:
— Прости, тебе, наверное, чертовски надоело это занудство.
— Вовсе нет, — ему, и в самом деле, разговор показался интересным. — Твои идеи мне понравились.
Она оглянулась через плечо в ту сторону, куда направился босс.
— Будем надеяться, что они понравились и Уэйну.
— А если нет?
— Когда отборочный комитет приступит к обсуждению окончательного решения насчет этого места в Чикагском отделении, они обязательно свяжутся с Уэйном. От него зависит, кто будет рекомендован, я или Джим. И хотя Джим в последнее время сделал несколько серьезных ошибок, он работает в фирме уже много лет и пользуется расположением Уэйна. А я все-таки пока еще считаюсь новичком. Любая идея, предоставляемая мною, имеет огромное значение, как и все, что я делаю или говорю. Одна ошибка с моей стороны, и Уэйн будет рекомендовать Джима. Я знаю, он так и поступит.
— И ты застрянешь в Анн-Арборе? — Эрик разглядывал, словно впервые, ее тонкие, изящные черты: голубые, полные сияния глаза и столь соблазнительный рот.
Склонившись к ней, он губами коснулся мягкого нимба ее волос.
— Неужели жизнь в Анн-Арборе столь ужасна? — спросил он тихо.
— Ужасна?
О, как ей хотелось сказать «да»! Но правда заключалась в том, что за последние пять лет Эшли полюбила Анн-Арбор. Это был многоликий город. Университет придавал академическую атмосферу. Блестки изысказанного интеллекта были рассыпаны по всему городу. И в Анн-Арборе была возможность хоть иногда вдохнуть по-настоящему свежий и чистый воздух, что исключено в любом большом городе.
И еще в Анн-Арборе жил Эрик.
Нет, жизнь в Анн-Арборе вовсе не ужасна. Но если бы дело было только в ней одной!
— Ужасно для меня будет подвести своего отца, — сказала она.
— Твоего отца?
Эрик нахмурился, и Эшли не знала, как ему все объяснить. Отвернувшись, она попыталась что-либо придумать, но увидела Джима Стентона, направлявшегося к ним.
— У!.. о!.. — пробормотала она.
Заметив, как Джим вытаращился на нее, Эшли поняла: он идет отнюдь не с рождественскими поздравлениями.
— Ну-ну-ну, — сказал Джим с глумливою усмешкой. — Кое-какие небольшие пересуды!
Он хмуро взглянул на Эшли, затем повернулся к Эрику.
Эшли представила себе, как вращаются в голове Джима колесики, словно в каком-нибудь примитивном калькуляторе, когда он сравнивает совсем не импозантное сложение Эрика со своим высоким, широкоплечим и мускулистым телосложением. Джим любил хвастать, где только можно, как много он работает над собой и как хорошо ему удалось сохранить еще со времен колледжа свою прекрасную физическую форму. По его взгляду на Эрика Эшли поняла, что Джим явно его недооценивает.
— У тебя что, иностранный охранник? — спросил он.
— Познакомьтесь, это мой сосед и друг, Эрик Ньюмен, — ответила она в надежде избежать неприятностей. — Эрик, это Джим Стентон.
Эрик протянул руку, но Джим не обратил внимания на его протянутую ладонь. Вместо этого агрессивным движением он подбоченился и цинично оглядел Эрика с головы до ног.
— Я слышал, что о тебе говорят, но это не произвело на меня впечатления. Ты не внушаешь мне «благоговейный страх», парень, ха-ха!
— Я сам никогда не характеризовал себя подобным образом, — сказал Эрик спокойно, но Эшли заметила, что свой бокал он поставил на стол, чтобы на всякий случай руки были свободны.
— Ну, это говорят о тебе другие, — Джим бросил взгляд в сторону Эшли. — Вирджиния рассказывала, он воин-ниндзя. Она вообще отзывается о нем, как о божестве.
— Поверьте мне, — сказал Эрик, снова привлекая к себе внимание Джима, — я простой смертный.
— Держу пари, это так, — Джим вновь злобно усмехнулся. — Давай поборемся, я опрокину тебя за тридцать секунд.
Наверное, для того чтобы усилить впечатление от своих слов, он попытался ткнуть Эрика пальцем в грудь. Но легким движением Эрик отклонился несколько назад и в сторону, и палец Джима, скользнув мимо, пронзил пустоту.
Глаза Джима мгновенно сузились, взгляд стал ненавидяще-острым, и вся его поза выразила глухую враждебность. Он резко поднял голову, выставив вперед подбородок, и Эшли поняла, что должна сейчас же поставить точку. Она положила руку на локоть Джима.
  
— На нас смотрят, — произнесла Эшли приглушенным голосом.
Джим оглянулся на тех, кто с любопытством смотрел на них, злобно ухмыльнулся и крикнул:
— Скажите мне, неужели этот парень действительно внушает «благоговейный страх»? — Он не стал дожидаться ответа, стряхнул руку Эшли и, оттесняя ее, еще ближе подошел к Эрику. — Я занимался борьбой в старших классах школы и в колледже. Мне всегда было интересно, как я буду смотреться в поединке с кем-нибудь из вас, узкоглазых.
— Сегодня у тебя не будет возможности это узнать, Джим, — сказала Эшли, испугавшись, что Джим на самом деле захочет попробовать сразиться. — Эрик, не начинай с ним никаких поединков, он пьян.
— Я и не собираюсь вступать с ним в какое бы то ни было сражение, — уверил ее он и сделал шаг назад, но по его позе и интонации голоса она поняла, что он готов к столкновению.
— Трусишь? — спросил Джим задиристо.
Он двинулся вперед, Эрик сделал еще один шаг назад.
Музыкальная группа продолжала играть «Белое Рождество», но разговоры повсюду внезапно прекратились, и Эшли почувствовала, что взгляды всех обратились на них.
Люди за спиной Эрика посторонились, когда он сделал третий шаг назад, удаляясь от столов к двери.
— Трус, — сказал Джим. — В борьбе, если противник постоянно отступает, с него снимают очки. Ты ни за что не выиграл бы поединок.
— Победа бывает разной, — сказал Эрик.
Эшли знала, что Джим не выносит проигрыша — ни в большом, ни в малом. Она предполагала, что выпад с его стороны не заставит себя долго ждать. Ей нужно было что-то срочно предпринять. Она встала между ними.
— Джим, подумай, где мы находимся. Ты же не собираешься здесь устраивать драку.
Чтобы остановить его, Эшли положила руки ему на грудь, но он отмахнулся и толкнул ее на Эрика.
— А что же я по-твоему должен делать? — спросил он желчно, окинув ее свирепым взглядом. — Лизаться с ним, как это делаешь ты? Прокладывать себе путь наверх, перелезая из постели в постель, не задерживаясь ни в чьей?
Прежде чем Эшли смогла ответить, она почувствовала, что Эрик обнял ее за талию и отводит в сторону.
— Я полагаю, вам сейчас самое время уйти, — сказал он Джиму, его голос приобрел жутковатый оттенок.
— Ты что, собираешься меня заставить уйти?
Еще раз Джим сделал рывок, теперь уже для того, чтобы толкнуть Эрика. Эшли вскрикнула. Но прежде чем рука Джима успела коснуться черной водолазки, Эрик уже был рядом с ним и, схватив Джима за руку, резким движением завел руку ему за спину. Из своего небольшого опыта занятий в додзо Эшли знала, насколько болезненным и обезоруживающим может быть захват запястья, и ее не удивило, что настрой Джима мгновенно изменился, в глазах блеснул страх, а с губ сорвался непроизвольный стон.
— Не ломай мне руку, — взмолился он.
— В таком случае уходите, — ответил Эрик. — С кем вы пришли?
— С женой.
Эшли видела Тери Стентон, она стояла рядом с фуршетным столиком, закусив нижнюю губу и нервно сжимая руки. Эшли заметила и Уэйна Мартина, вышагивавшего по направлению к ним с крайне мрачным выражением лица.
— Я полагаю, настало время вам и вашей жене пожелать всем здесь присутствующим спокойной ночи, — сказал Эрик и повернул Джима в сторону Эшли, и ее взгляд встретился со взглядом его серых водянистых глаз.
— Извинитесь, — потребовал Эрик, — за все, что вы сказали.
Джим не медлил ни мгновения.
— Извини, — прохныкал он, и внезапно Эшли стало жаль его: несмотря на весь его рост и всю браваду, он не стоил и мизинца Эрика.
— Что за проблема? — спросил Уэйн, подойдя к ним, его взгляд перемещался от Эшли к Джиму и от Джима к Эрику.
Не отпуская Джима и нисколько не ослабляя своей хватки, Эрик отрицательно покачал головой: