Эй, Всевышний! Я в третий раз ребенок?! Том I (СИ)

— Ну, значит, годика четыре ещё можешь ни о чём не волноваться.
— Отец, мне кажется, в своих шутках ты заходишь слишком далеко.
В этом океане абсурда Залия показалась мне островком разума. Потому она мне и приглянулась, наверное…
— Кхм. Не дальше, чем Золан — в своих. Да, сынок? — … а тебя, папа, иногда хочется прибить. Но вот отец предвкушающе на меня посмотрел, и я понял — сейчас он будет мстить. — Когда ты там внуков обещал?
Вопреки моим ожиданиям Залия не засмущалась, а посмотрела на меня такими глазами, что я понял — лучше вот прямо сейчас собирать чемоданы и иммигрировать куда-нибудь на континент зверолюдей. Или на северный полюс, для надёжности. Схоронюсь во льдах — глядишь и не настигнет меня праведная месть… Но если отец считает, что я вот так ему проиграю — то он глубоко заблуждается! Пусть не сейчас, но я отомщу! А пока — максимально серьезное выражение лица, собранная поза и холодный взгляд.
— Дословно — не в ближайшие годы. Стоит помнить, что дети — это, в первую очередь, ответственность. Кому как не тебе, отец, знать, насколько сложно воспитать что-то приличное. — Тихо поблагодарив маму за так вовремя принесённый чай и выгаданную за счёт этого паузу, продолжил: — Сомневаюсь, что мне тоже так повезёт, и моим первым ребёнком будет такой вежливый, красивый и скромный гений.
— Действительно, скромный. — Хохотнула Мастия, на которую я опять посмотрел — и словил, на этот раз, озноб. Да как с этим бороться-то? — И всё-таки, как ты относишься к Залии? И что планируешь, раз уж считаешь себя достаточно взрослым?
— Как отношусь?.. — Я нахмурился, но быстро взял мимику под контроль. Сложный вопрос, но я, пожалуй, отвечу на него максимально честно. Если им не понравится, то… плевать. Никакие запреты не абсолютны. — Залия мне симпатична, и я отношусь к ней как к человеку, который мне близок и которого я хочу защищать. Как вы заметили, я слишком юн, чтобы говорить о той любви, обычно имеющейся в виду, но за прожитые мною годы я не встретил ни одного постороннего человека, которого я действительно не хотел бы потерять, кроме Залии. Если это не то, что зовётся любовью, то что же тогда?
Начавшее развиваться безумие Палача, например. Но это мы тактично упустим, ибо такие мысли явно не для того, чтобы выносить их вовне собственного разума.
Сам как-нибудь с этим разберусь.
— Точно не страсть, обычно толкающая молодых на глупые поступки. — Мастия отпила немного из принесенной мамой кружки, после чего поставила её на блюдце и нечитаемым тоном произнесла: — При всех твоих достоинствах, Золан, ты молод, а молодости свойственна ветреность. Допустим, что вы с Залией продолжите общение в Рилане. Ты будешь взрослеть и учиться, а она — десять лет ждать, пока тебе исполнится, скажем, шестнадцать. И все эти годы, случись тебе изменить своё мнение о ней, окажутся растрачены впустую. Практически вся юность.
— Ма…
Женщина щёлкнула пальцами, и Залия замолчала. Поразительная, уникальная сила манипуляции живыми разумными существами, позволившая мне точно определить — она и вправду суккуб из высших. Сколько ей лет — загадка, но по такому уровню контроля ауры можно предположить, что никак не меньше сотни. И вот она — возможно, моя будущая тёща? Да не приведи Всевышний мне как-то Залию обидеть! Не то, чтобы я собирался, конечно, но одно дело — добровольное желание, и совсем другое — когда самое сокровенное могут открутить, а ты и не пошевелишься.
Впрочем, такой подход мне импонировал: прямой и открытый. Искренне надеюсь, что Мастия не просто изображает из себя такую личность, а действительно «за» прямолинейность, так как промолчать сейчас я просто не могу.
— Прошу меня извинить, миледи, но не могли бы вы не затыкать Залию столь бесцеремонно? — Секундная игра в гляделки стоила мне непередаваемого коктейля ощущений. Меня сначала словно в проруби искупали, а после — пропустили через адскую печь, не забывая на протяжении всего этого пути постукивать по хребтине шипастым молотом. Неприятно, но Залии способность говорить она всё-таки вернула. — Залия, пожалуйста, пока дай нам спокойно поговорить. Потом, если захочешь, в красках мне всё выскажешь.
 
Не перегибаю ли я для, как бы, семилетнего пацана? По меркам некоторых миров — сильно перегибаю, но здесь у нас есть пример того же Гериана, по одному лишь поведению которого можно пяток лет смело накидывать. Жестокий мир — быстрое взросление, для которого совсем не обязательно даже лично проходить через самое дерьмо.
А я прошёл, так что имею право.
— Так вот. Я понимаю, что моё слово, обещание или клятва для вас не имеют никакой цены. Так же я понимаю и то, что Залия — девушка, которая уже может выбирать себе будущего мужа и, скорее, даже должна это сделать, дабы, как вы выразились, впустую не растрачивать годы своей юности. Но молодым свойственна ветреность — тоже ваши слова. Я очень сомневаюсь, что хотя бы в первый год учёбы у студента группы высокого ранга есть возможность заниматься налаживанием своей личной жизни. А это, вместе с дорогой, уже от пятнадцати до восемнадцати месяцев. На мой взгляд, этого времени будет более чем достаточно для того, чтобы расставить все точки над i.
— Считаешь это решением?
— Да. — Трудно держаться, когда на тебя оказывается такое давление, но долго так сидеть не потребовалось — вмешался муж этой прелестной женщины, от одного взгляда которой у любого мужика вскипят мозги. А не ослабила ли она контроль над собой, идя сюда? Ведь она посещает приёмы и работает в гильдии начертателей, контактируя с людьми. И если она хотя бы на сотую часть влияет на окружающих, как сейчас на меня… скажем честно: трудно ничего не заподозрить, когда даже импотентов рядом с этой суккубой под прикрытием бросало бы в горящую истомой дрожь. Демонов же, напомню, люди сильно не любят, и уж точно не позволили такой колоритной парочке официально находиться в столичном регионе. — Думаю, мне стоит сказать спасибо.
— Да тут особо и не за что. Изначально мы договаривались на значительно меньшее давление…
— Давление? — Теперь уже напрягся мой отец, который, похоже, и не подозревал, что меня тут пытает суккуб. Ну, правда пытал, а не делал вид, кхм. — Золан?
— Всё нормально. — Пожал я плечами как можно равнодушнее. Излишне накалять отношения с пусть приёмными, но родителями Залии я не решился. Хватит и того, что я у них дочь почти стащил. А то, что у того же Гериана от такого мозги бы свернулись в трубочку… они в своём праве, правда. — Я продолжаю?
— Что?
— Что?
Ответили Гертерт и Мастия Лоссы почти одновременно, а после — обменялись взглядами.
С памятью у них беда, что ли?
— Вторая часть вопроса. Что я планирую в отношении дальнейшей нашей жизни. Я ведь правильно понял вопрос?
— Правильно.
— Отлично. Ну, в первую очередь я хочу сказать, что по достижении хотя бы двенадцатилетнего возраста я планирую проверить и отточить приобретённые за последующие годы навыки боевой магии на практике, заработав кое-какие деньги охотой на монстров и добычей редких ингридиентов. Недалеко от Рилана, буквально в полусотне километров от берега, тянутся дикие острова — там я и планировал свою, так сказать, практику. — Отец тайком посмотрел на меня восхищенным взглядом, в котором читалось что-то вроде «Ты это настолько продумал⁈». Мама наоборот, смотрела осуждающе. Но тут ничего не поделать, вечно сидеть в безопасности — это не про меня. — Чередуя походы с учёбой, я хочу дождаться шестнадцати лет, обеспечить себе некую финансовую независимость и поступить в академию. Возможно, до двенадцати лет я попробую себя ещё и в роли наставника для юных магов, но однозначно сказать тут ничего нельзя.
— Достойные мужчины планы! — Глава семейства впечатал кулак в свою же раскрытую ладонь. Можно засчитать это как «плюс балл»…
А, нет — с выводами я поспешил. Мастия так посмотрела на мужа, что мне почему-то вспомнились уже мои отец и мать. Волан вроде как и за главного, но вроде и нет. Только в случае с суккубой всё ясно, а вот как маменька так влияет на отца — это большенный такой вопрос…