Никуда от меня не денешься (СИ)

Выбираюсь из постели, стараюсь не шуметь, пусть Ян спит. Шторы плотно задернуты, добираюсь до уборной практически в темноте. Умываюсь, чищу зубы. На носочках покидаю спальню, тапочки я не нащупала возле кровати, поэтому топаю босиком, начну искать обувь, разбужу Самсонова.
Удивляюсь, что ноги не мерзнут. Ян, наверное, все-таки вставал ночью и включил отопление. Спускаюсь вниз — заварить чашечку кофе, а заодно посмотреть, куда мы прилетели…
— Вау! — не сдерживая восхищенного вскрика от картины, открывшейся через широкое окно.
Вчера мы прилетели в Минеральные Воды, оттуда несколько часов добирались до Приэльбрусья. Куда именно мы приехали, Ян сообщил мне, когда увидел, как, схватившись за ручку двери, я со страхом смотрела в темную бездну обрыва. Оставшуюся дорогу он отвлекал меня разговорами и рассказами о красивом месте, куда мы приехали. К нему присоединился водитель такси, мужчина поделился с нами легендами родного края. Не могу сказать, что это помогло полностью справиться со страхом, но я была рада, что со мной не случилось панической атаки.
Добрались до арендованного домика мы поздно ночью, редкие фонари освещали лишь небольшие участки вокруг коттеджа, не давая возможности хоть что-то разглядеть. Кругом высокие, темные, нагоняющие страх величественные горы, от вида которых захватывает дух. Пугающая первобытная красота. Чувствуешь себя песчинкой на фоне исполинов.
А еще чистый воздух…
Ночью я получила одни эмоции, а сейчас я испытывала восхищение, которое вызывает слезы на глазах. И совсем-совсем не страшно. Эльбрус величественен. Невероятная красота: яркие краски позднего лета, солнце, поднимающееся из-за гор, которое окрашивает макушки в розово-золотые цвета и, конечно же, горы.
Чтобы понять мои эмоции, эту красоту нужно увидеть. Открываю стеклянную широкую дверь, выхожу на террасу, вдыхаю прохладный свежий воздух, насыщенный кислородом. Босые ноги обжигает холод. Утром в горах холодно, сыро и ветрено, но я рада, что Ян привез меня сюда. Это самый крутой подарок, который я получала в жизни…
Сзади меня обнимают крепкие руки. Вздрогнув от неожиданности, тут же успокаиваюсь и позволяю обнять себя. Загородил меня от порывов холодного утреннего ветра. Сразу становится тепло, холодно лишь босым ногам.
— Доброе утро, — целуя, шепчет мне на ушко. Встречаю рассвет в объятиях любимого. Что может быть лучше?
— Доброе… — говорить не хочется, только наслаждаться моментом. Стоим на веранде, наслаждаемся красотой природы и теплом друг друга.
Вчера мы устали: непростой вечер, потом перелет, поездка в горы. Войдя в домик, Ян поспешил меня поздравить с днем рождения. Открыл бутылку шампанского, поднял бокал.
— Чтобы ты всегда была счастлива, — произнес тост, а через секунду добавил: — рядом со мной, — и, отпив из бокала, он достал из сумки коробочку известного бренда, протянул мне. — Открой.
Открыла и потеряла дар речи. Кольцо…
Не знала, как реагировать. Его слова, кольцо…
— Оно не помолвочное, Ника, не пугайся так, — улыбнувшись. — Но я хочу, чтобы ты его постоянно носила.
— Постоянно? — не скрывая удивления.
— Постоянно. Ты моя девушка, и я хочу, чтобы все об этом знали, — серьезным тоном. Я давно наблюдаю у Самсонова собственнические замашки. Ян сам достал кольцо из коробочки и надел на палец. — Угадал с размером, — довольно.
— Спасибо, — подавшись к нему, поцеловала в уголок губ. Мне хотелось поцеловать его в губы, но я смущалась.
— Взрослый поцелуй, Ника, — напомнил о своей просьбе Ян, сам меня притянул к себе и впился в губы. — Открой рот, — не дожидаясь моих действий, растолкал языком губы, протиснулся в рот, углубляя поцелуй. Делая его по-настоящему взрослым. Облизывая, прикусывая и оттягивая нижнюю губу, Ян учил меня целоваться. Молча требовал отвечать ему. — С ума по тебе схожу. Ты ох…офигенно вкусная… сладкая… только моя, — шептал он. — Хочу тебя… — продолжая страстно целовать, а я с не меньшей страстью отвечала. Потеряла голову. — Ника, вали в свою комнату, пока я не нарушил обещание. Сложно от тебя оторваться, ты хуже наркотика… — хрипло произнес Ян с мукой в голосе.
 
Поднявшись наверх, я выбрала себе спальню, умылась и легла спать. Через полчаса пришел Ян со своим одеялом.
— Я пришел тебя согреть, приставать не буду, — забираясь поверх моего одеяла в постель. — Нужно было включить отопление или найти печку, но сейчас мне лень этим заниматься, спать хочу, — пряча зевок. Притянув к себе, накрыл нас еще одним одеялом. Я так точно не замерзну. Это была наша первая ночь в одной постели. Мы год держали дистанцию, а тут за одну ночь стерли все границы. Не могу сказать, что меня это сильно смутило. Первые несколько минут я ощущала смущение, а потом просто забила на все и уснула. Проснулась под двумя общими одеялами…
Откинув голову Яну на грудь, я с улыбкой вспоминала прошедшую ночь. Солнце все выше поднималось над горами, прогревало землю и воздух. Скоро станет жарко, но с гор, скорее всего, будет дуть прохладный ветер.
Ноги замерзли, пора идти искать тапочки.
— Я сварю кофе, — выбираясь из объятий Яна. Не хочу ему говорить, что замерзла…
— Ты почему босая? — строго. Маневр с побегом не удался. Порой мне кажется, что он умет читать мысли. Самсонов подхватывает меня на руки, усаживает на деревянный массивный стол. Берет мои ступни в руки, зло смотрит на меня, согревая ноги в своих ладонях. — Ты чем вообще думала, когда вышла разутая на улицу? Решила получить воспаление?! — ругается Самсонов, но в этом чувствуется забота, поэтому я смиренно слушаю. Согрев, а заодно промассировав ступни, скидывает с себя лонгслив, обнажая идеальный торс. Он делает это без задней мысли, а у меня руки чешутся погладить, прикоснуться… — Сиди тут, — замотав теплой тканью мои ноги, Ян уходит.
Откинувшись назад, упираюсь ладонями в столешницу, подставляю лицо лучам солнца, проглядывающим сквозь верхние балки. Зажмуриваюсь от удовольствия. Надо будет днем позагорать…
Самсонов возвращается с моими тапками и носками. Надевает сначала носки, потом тапки. Не буду врать, мне приятна его забота. Как только он отпускает ногу, собираюсь спрыгнуть со стола, но Ян не позволяет. Раскинув мои бедра в стороны, устраивается между ног. Хватает за затылок, сжимает волосы между пальцев, заглядывает в глаза, не видя в них сопротивления, подается вперед. Обдав мятным дыханием, накрывает мои губы поцелуем…
  
Глава 28
 
Ника 
Мое тело откликается на дерзкое властное сближение. Ян умеет держать себя в руках, я весь год наблюдала, как он сохраняет дистанцию, а теперь такое ощущение, что он снял все внутренние запреты, демонстрирует мне еще одну сторону своей личности, ранее мне незнакомую. Не объясняя, требует ее принять. Я вроде не против, но немного пугает, насколько быстро мы сближаемся. Резкий скачок в наших отношениях, а я думала, что переход будет менее стремительным.
Самсонов заправляет за ухо прядь моих волос, открывает лицо. Держит его в своих теплых ладонях. Лучи восходящего солнца обжигают кожу, а я вся дрожу. Ян обводит подушечкой большого пальца скулы, поддевает подбородок, заставляя немного запрокинуть лицо. В его глазах пламя, оно разжигает пожар в моем теле. Волной накатывает возбуждение, на его ласки откликаются все нервные волокна и рецепторы. Губы раскрываются в ожидании поцелуя.
Самсонов не спешит, дразнит, подушечкой большого пальца обводит губы, оттягивает нижнюю, сминает ее. Стараюсь скрыть от него дрожь.
— Оближи, — командует хриплым голосом. Подчиняясь его требованию, высунув кончик языка, обвожу несмело подушечку пальца. — Продолжай! Никогда не вела себя настолько раскрепощенно. Видела в роликах «восемнадцать плюс» что-то подобное, но никогда не думала, что подобные действия способны возбудить не только мужчину, но и партнершу. Преодолев легкое смущение, облизываю подушечку пальца. Властный требовательный взгляд заставляет продолжать.