Попаданкам не изменяют, дорогой дракон, или Замуж за истинного (СИ)

Должны была ведь понять, что опасность миновала.
Или… она больше не вернётся? Что мне делать тогда?
Вздрагиваю от невнятного шороха. Но вскоре становится ясно, где источник. Из-за тайной двери выходит ко мне мой красавец с аметистовыми глазами, Иларион. Эльф одет в какой-то белый балахон, что немного даже пугает.
У него распущены чёрные волосы.
Это делает его ещё нижнее, чем обычно.
И, наверное, привлекательнее. Для тех, кому нравятся утончённые мальчики — точно.
— Здравствуй, — даже здоровается почему-то шёпотом, — у меня мало времени. Пока здесь королева — мне опасно даже думать о том, чтобы приходить. Она очень сильная драконица.
— О да, — усмехаюсь я, — и она терпеть не может твою братию. На самом деле не думала, что переубеждать в обратном будет так сложно. Разве вы чем-то заслужили такое отношение к себе?
Иларион замирает, бросает на меня странный взгляд, даже будто теряется.
Затем аккуратно ведёт острым плечиком.
— Нас боятся. Поэтому должны бояться и мы.
— Это несправедливо!
Он кивает и протягивает мне цепочку с совсем маленьким белым камушком.
— Что это?
Остроухий надевает её на меня.
— Амулет для защиты. Из-за того, какое сейчас время, драконы не почувствуют от него магии эльфов. И тем не менее эта магия если что сможет тебя защитить… Ты нужна нам.
Я выгибаю бровь.
— Зачем мне защита эльфийского амулета? На параде что небезопасно? Разве драконы не смогут меня защитить?
Он ухмыляется.
— Они не такие уж разумные и сильные, какими кажутся. На празднике будет много людей вокруг. Разных людей. Дополнительная защита не будет лишней. Прими это. Это на самом деле наш праздник… — он вдруг переводит мрачный взгляд в окно. — Амулет сработает…
— Ладно, — я всё ещё не знаю, кому можно верить, а кому нет, но решаю пока оставить вещицу при себе. — А ты не знаешь случайно, где Алиса? Королева пыталась её найти, я думаю, что она спряталась, но её до сих пор нет…
Эльф мотает головой и уходит со словами:
— Я только что пришёл. Удачи тебе, Антонина.
Звук собственного имени ласкает уши, как же хочется, чтобы Ричард звал меня так…
Тоней, а не Викторией.
Эх…
Иларион уходит вовремя, потому что уже через минуту в дверь стучится Сирина.
— Ваше Высочество, — её хрустальный голос бьётся о стены раненой птицей. — Позвольте мне помочь вам надеть наряд. Королева уже скоро соберётся, а принц Ричард уже ждёт вас внизу.
Я вздыхаю.
— Да, конечно, проходи.
Она приносит мне ворох вещей, которые были привезены из столицы Гарольдом, разумеется. Помню, как кутюрье помогал мне переодеваться, как стал соучастником небольшой выходки, как балдел от этого.
Ещё бы — стать частью тайной жизни королевской семьи, кто бы этого ни желал в такое скучное время без особых развлечений?
А ведь он мне нравился… Даже немного как мужчина. Мы могли бы стать с ним отличной парой, если бы мне удалось отделаться от королевской семейки…
Интересно, думал ли он, что я чокнутая, с самого начала?
Или пазл и вправду сложился в его голове, когда он увидел, как мы с королевой припираемся, что для него, наверное, немыслимо.
Сирина молча собирает мои новые длинные волосы в причёску. Я была воодушевлена, когда только отрезала их. Я думала, что смогу жить в замке спокойно, займусь ремонтом и открою бизнес. Я ещё не была придавлена грядущим Апокалипсисом и всем остальным — увы. Сейчас же мне всё равно. Пусть даже дёгтем меня измажут — какая уже разница?
— Я бы хотела поговорить с тобой о твоём поведении, — говорю ей, когда она заканчивает с причёской.
Девушка вздрагивает.
И вдруг падает на колени и начинает плакать.
— Пожалуйста, Ваше Высочество, не прогоняйте меня! Не прогоняйте! Я больше никогда так не ошибусь… Пожалуйста, пожалуйста…
Я вздыхаю.
— Вставай. Всё нормально. Чего так переживать? Я просто хочу, чтобы ты имела в виду, что мы с тобой не подруги. Ты мне служишь. И не более.
— Но вы так со мной говорили… Вот я и решила что… Я идиотка!
Бедные люди в этом мире. Здесь насколько мало тепла, что даже тень его для людей уже означает дружбу.
 
— Почему ты думаешь, что недостойна того, чтобы с тобой так говорили просто так? Ты отлично мне служишь, я это ценю. И хочу, чтобы у тебя всё было хорошо. Я к тебе нормально отношусь. Ладно?
Она кивает и дрожащей ладонью утирает слёзы.
— Конечно, Госпожа.
— Не принимай любые мои слова близко к сердцу. Это всего лишь твоя работа. Тебе нужно думать о чём-то более важном. О будущем, например. Не всегда же ты будешь мне служить… Пусть я и никогда не прогоню тебя и не буду торопить с браком.
— Но пока я на службе… разве я не должна думать только об этом?
Я улыбаюсь.
— Ну, как видишь, это мне даже вредит. Мне бы больше нравилось, чтобы ты относилась ко всему проще, понимаешь? Как у тебя дела с… Браном? Так ведь его зовут?
Она мимолётно улыбается и всхлипывает.
— Ну… если бы у меня было время, он бы мог показать мне столицу… Но только нас осудят, если увидят вместе.
— А ты оденься попроще, — нахожусь я тут же с ответом. — А то у тебя вечно проблема, выглядишь даже лучше меня.
— Ой, что вы… Я не хотела…
— Ничего, я не ревнивая к красоте. Оденься, как служанка, кто там тебя узнает? Все хорошенькие молоденькие девушки на одно лицо… Я отпущу тебя, погуляйте. Но… не загуливайтесь.
Она краснеет и удаляется.
Ну что ж, недопонимание решено. По крайней мере, одно из десятка.
Спускаясь вниз, я замечаю в коридоре Гарольда. Он даже не смотрит на меня, словно я прокажённая. Ну что ж… ладно.
Ричард берёт меня за руку, целует пальцы и делает комплимент.
Вскоре к нам присоединяется и королева Аквинтия…
Мы входим в портал, что горит красным. И за несколько секунд оказываемся уже в совсем другой комнате. Потолки здесь в три раза выше и всё окрашено в светлые цвета и расписано искусно растениями. Красиво…
— Что ж… Добро пожаловать во дворец, — произносит королева, пока я набираю в грудь воздуха.
Его мне понадобиться как можно больше, чтобы пережить всю эту суету…
Обед с королевской семьёй проходит в напряжённом спокойствии.
Мне кажется, что все сдерживаются, стараются никак не проявлять свои эмоции, потому что так положено, потому что этот обед — таинство.
Он должен очистить всех нас и подготовить.
И еду нам подают соответствующую — жидкий суп с какой-то крупой и какими-то овощами и тёплую воду с имбирём.
Ричард позволяет себе шепнуть мне на ухо, чтобы я съела всё. Пусть оно и невкусно, но мне нужны силы. Он беспокоится из-за моей потери веса. Я соглашаюсь и молча ем через силу.
Риордан со Скайлером то и дело бросают на меня странные взгляды.
Но разные. У генерала это скорее тёмные размышления, недоверие и что-то ещё болючее за всем этим.
Скайлер же… смотрит с откровенной ревностью.
И очень хорошо, что и сам Ричард не перестаёт наблюдать за мной, иначе он бы просто убил брата прямо на ритуальном приёме пищи и огрёб от своей чокнутой мамаши…
Больше всего меня, конечно же, удивляет король. Он с рыжиной в волосах, довольно тщедушный на фоне своих сыновей и тем более на фоне генерала. У него тонкая кость и острые черты лица. На самом лице редкие усики и плешивая бородка. Одет ярче всех остальных. Наверное, со вкусом. С каким-то вкусом — точно…
На меня он особое внимание не обращает. Как и вообще на всю свою семью.
Ему куда больше нравится переглядываться со служанками и подавальщицами, что окружают наш длинный стол.
Сегодня за ним сидят ещё и дети на специальных высоких стульчиках.
Обычно у них отдельный стол, но ведь сегодня особый день.
За столом вообще больше двадцати человек, дочери королевы, их дети, дети Скайлера, всякие дядюшки и тётушки…
Когда я поняла это и то, что нам всем положено молчать, я весьма и весьма обрадовалась.