Чужие степи 6 (СИ)
Ну тут остальные мои подопечные засуетились, вниз сбегали, посмотрели, обратно вернулись. Оказалось что нашла она в блиндаже сразу отца, брата и мужа. Ну и не выдержала значит, свела счёты с жизнью.
Наверняка она предполагала что так и будет, но всё же надеялась что отсиживаются где-то, пережидают. Ну а тут сама увидела, вот нервы и не выдержали.
Естественно, никаких панихид, или чего-то подобного, устраивать не стали, положили её на телегу вместе со всеми, и за первую увезли.
А вообще работали споро. Хоть и надеялись что никто на нас болезных не позарится, но точной уверенности не было. Поэтому вычищенные от трупов блиндажи быстро дезинфицировались паяльными лампами, и заселялись новыми жителями, сплошь состоящими из женщин.
Стрелять они умели, все проходили короткий курс подготовки, дефицита оружия не наблюдалось, но всё же я видел что как бойцы, они ничего из себя не представляют. Не обстрелянные, без опыта, женщины стали бы легкой добычей для более-менее скоординированной банды, и уж тем более для тех с кем нам довелось столкнуться.
Мужики, конечно, тоже присутствовали, но совсем в небольших количествах. Не зараженных практически не осталось, а переболевшие едва ползали. Не помню, книга, или кино какое, но что-то такое было в современной фантастике. Только там, вроде, женщины — амазонки, специально убивали мужиков и жили отдельно. Оставляли кого-то для продолжения рода, но и только. Вот и у нас, похоже, такой же сценарий намечается, я даже в таких условиях, среди этой вони и трупов всё чаще чувствовал на себе заинтересованные взгляды.
Наверное кто-то позавидует, мол столько баб вокруг, но на мой взгляд, ничего хорошего в этом нет. Во-первых, менталитет другой, — одно дело вильнуть где-нибудь налево, любовницу завести, и совсем другое когда вот так, в открытую. Кое-кто у нас, конечно, давно сообразил и жил на несколько жён, но лично для себя я такое представлял слабо.
Ну и ещё немаловажное обстоятельство. Красивых-то, раз-два и обчёлся. Это раньше бабы под штукатуркой ходили и вроде прилично выглядели, а сейчас всё, только натур продукт. Издалека посмотришь — Деми Мур, а ближе подойдёшь — Джигарханян в юбке. В общем, сложно всё с этим вопросом. Непонятно пока.
А вообще выходов из этой ситуации я не видел. Как ни прикидывал — везде тупик. Это ладно баб можно стрелять научить и окопы рыть, а что делать с техникой? — Мотор перебрать, трансформатор починить, сколхозить что-то путное? Насколько я знал из собственного опыта, там где мужик плюнет и разотрёт, для женщины проблема нарисовывается. Я уж и так прикидывал, и эдак, но свет в конце тоннеля не появлялся. Даже торговлю наладить с местными, и то мужики нужны. Женщины здесь как скот, с ними ни разговаривать, ни договариваться никто не станет.
Опять же в город вылазки делать, и тут без мужиков никак. Группу отправить как минимум человек двадцать, а где их взять?
В теории можно «впитать» остатки рассеянных городских банд, но, думаю, это крохи. Сотня, может другая и наберётся, а надо как минимум пару тысяч. В общем, глухо как в танке. Ни перспективы, ни надежды никакой.
А тут ещё происшествие очередное. Не знаю с какого рожна, но когда возвращался я с очередного «трупного» рейда со своей женколлегией, баба на меня накинулась незнакомая. И ладно бы как все, в порыве страсти, так она чуть вилами меня не проткнула. Орала, мол, сына её я убил. У самой кровь на руках, вилами тычет, еле увернулся.
Девки мои сумасшедшую эту скрутили, кое как допытались что к чему, и во дворе напротив действительно нашли пацана лет двенадцати с пробитой башкой.
С её слов выходило что я ворвался к ней в дом, искал чего-то, потом ни с того ни с сего пацана дрыном приложил, и сбежал. И до того убедительно тётка кричала, что не будь у меня алиби — а я весь день провёл со своей командой, сам бы засомневался.
Что? К чему? — ещё одна загадка в общую копилку непонятностей.
Ну а так ничего интересного не происходило. Степь вокруг нас вымерла в прямом и переносном смыслах, мы потихоньку вычищали периметр, больные долечивались и уже несколько дней не было ни одного нового пациента.
Ну и засилье баб, — что называется. Куда не посмотри, они повсюду. Раньше зайдёшь вечерком в пристройку возле бывшей администрации, — мужики бухают, общаются. Сейчас всё тоже самое, только вместо мужиков, — женщины. Так же бухают и так же общаются. Будто и нет никакой эпидемии, и не они только что схоронили своих родных. Даже нарды, и те оприходовали, сидят, рубятся, да обсуждают что-то в полголоса. Единственное, пьют не чокаясь, поминают значит.
Вот и сегодня, очередной день сурка. С периметром закончили, взялись по улицам разгребать. С одного дома сразу шесть человек вынесли, померли, видать, давно уже, разложились, и подсыхать стали. Кто такие — непонятно. Одно ясно, не местные. Шли люди к нам спасения искать, а нашли смерть страшную, некрасивую. Им то ладно уже, а нам возись с ними... Отдельная тема — дезинфекция. На периметре просто всё, — земля да бревна. Паяльной лампой прошёлся пару раз, и порядок. А в домах сложнее. Все тряпки, шторы и тому подобное — на костёр, диваны и прочую тряпичную мебель — туда же. Стены только мыть, палить станешь, полыхнет всё. В общем, чтобы дом обезопасить от заразы, не один день уйдёт. И останутся после этого исключительно голые стены.
Погрузив тела на телегу, решили передохнуть и продышаться. Девки разошлись кто куда, а я двинулся вверх по улице, прикидывая в какую сторону пойдём дальше.
По-хорошему, всё подряд вычищать, но мы начали как-то неправильно, с центра, поэтому сейчас либо вниз по чётным, либо вверх по нечётным.
Честно говоря, работа эта — в печёнках сидит. Ладно мне хоть спать особо не надо, а то закроешь глаза, и вот они, стоят, разлагаются. — Тьфу пля!
Ещё и тётка эта... Что надо употребить, чтобы такое померещилось? И ведь скорее всего пацан сам с крыши свалился, а она меня приплела. Может яда трупного нанюхалась? И что самое противное, сейчас опять по деревне слухи поползут. Если раньше ещё как-то мужики баб своих осаживали, то теперь всё, только держись. И не важно что я этого не делал, — тут ведь как, то ли он украл, то ли у него украли, всё едино, замазался. И ведь не первый раз такая херня, как началось с непонятной агрессии армянской диаспоры, так и брешут про меня дрянь всякую. Причём раз от разу всё заковыристей и заковыристей.
Так, дойдя до конца улицы, встретил Олега, неожиданно выскочившего из переулка. Всклоченный и взволнованный, он явно специально меня искал и очень торопился.
— Слушай, — не тратя времени на приветствия, начал тот. — там дым видели, за устьем где-то, надо бы слетать, мало ли?
— Слетать? — удивился я.
— Ну да. Я дядю Сашу предупредил, аэроплан он уже готовит. Так что давай, собирайся.
Гореть могла трава, жара такая стоит, что и не удивительно. В последнее время в воздух мы не поднимались, не на чем было, да и банально не хватало времени. Ну а о том что нужно хотя бы мельком осмотреться вокруг села, я уже думал. Раньше постоянно на дальних постах дежурили, сейчас с этим туго, поэтому если кто-то решит напасть, для нас это будет сюрпризом.
А старого летчика я видел всего пару раз. Заразой он уже переболел, а о том что выжил лишь благодаря тому что получил полную дозу антибиотика, не знал. А знал бы, наверное не бубнил бы при каждом удобном случае. То ему, то не это, а то это, не то. В общем, всё как обычно, главное что аэроплан недоделанный в порядок привёл, двухместный, самый первый, который забраковали в своё время, смог до ума довести. Единственный его минус, аэроплана, слишком массивным он вышел. Тяжёлый и неповоротливый.
В общем, согласился я, тем более лететь не далеко, до устья всего километров пятнадцать, туда-обратно не больше получаса — как раз успею пока девчонки мои отдохнут.
Предупреждать не стал, — увидят аэроплан в небе, сами догадаются, и не задерживаясь, двинул за Олегом.