Чужие степи 6 (СИ)
— Чего ты ждёшь? — шагнула она ко мне, но я синхронизировался с ней, отступая к двери. Не знаю что, но виделось в её взгляде что-то неправильное, и эта неправильность придавала мне сил к сопротивлению. Правду говорят что мужчина по природе своей не может сопротивляться подобным соблазнам. Инстинкт, первый и самый важный — инстинкт размножения. Какой бы ты не был воспитанный, а в таких ситуациях остается уповать лишь на внешний фактор. В моём случае это была связь Ольги с Клаусом, не будь её, я бы уже поддался, а может даже на второй круг заходил.
— Ты что, боишься меня? Думаешь съем? — продолжала напирать искусительница, добавляя томности в голос.
Мне же и сказать было нечего. На вопросы отвечать она не будет, это я уже понял, и лишний раз рот открывать, только усугублять.
— Нам же хорошо было, тогда, в палатке... Или ты забыл? Так давай вспомним. Вместе вспомним...
Она подошла почти вплотную, прижимая меня к двери. Я слышал её прерывистое дыхание и ощущал сладкий запах тела. И это было так волнительно, что на какой-то миг я едва не потерял над собой контроль.
— Ну давай же... Разве ты не чувствуешь как я тебя хочу?
С этими словами она приспустила трико, и потоптавшись на месте, просто из него «вышла».
Наверняка всё прошло бы по известному сценарию, но тут в дверь постучали.
— Ольга Петровна, вы тут? — вслед за стуком раздался женский голос.
— Да чтоб тебя... — выругалась Ольга Петровна, и молниеносно натянув штаны, заметалась в поисках футболки.
— Ты её на ящик положила. — кивнул я в сторону пропажи.
Наверное, это всё же магия. — Голос, полумрак, жаркое дыхание. Стоило вмешаться посторонним звукам, и я уже иначе смотрю на эту женщину. Нет, она не превратилась в тыкву, отнюдь. И её красота никуда не делась. Но вот ощущение заполняющего каждую клеточку желания, пропало. Зуб даю, сейчас она могла бы волчком вертеться вокруг меня, и я бы устоял. В общем, в этот раз нежданный посетитель оказался очень кстати.
— Вот. Держи. — натянув футболку, перед тем как открыть дверь, Ольга сунула мне в руку что-то совсем крохотное. — Флешка? Опять? Причём, похоже что та же самая.
Дождавшись когда она вместе с потревожившей нас девушкой уйдёт, я достал телефон, и едва не трясущимися руками запихнул флешку в разъём.
Видео файл — открыть.
Снова темный экран, и голос. Вроде Клауса, но какой-то чересчур приглушённый. Вполне может быть и не он.
Я прибавил яркость и громкость. Видимость не улучшилась, скорее всего камеру просто закрыли пальцем, но голос стал почётче.
— Ну здравствуй, дружище. — произнёс человек из флешки, снова заставив сомневаться. Клаус меня называл либо по имени, либо никак. А тут целый дружище.
— Знаю что не соскучился, но уж не обессудь. Коробочка при тебе?
Машинально схватившись за карман, я кивнул непонятно кому, но это вышло машинально, коробочку я давно потерял.
— Не беда. Посмотри под ящиком, справа от ворот, там запасная, как раз на такой случай. — «успокоил» голос.
Так же пялясь в пустой экран, я кивнул.
— Недолго ждать осталось. Скоро он явится, и тогда тебе надо нажать на кнопку. Не важно, день это будет, или ночь, жми не глядя. Понял?
Понимая что киваю непонятно кому, я сдержался, и ткнув по экрану смартфона, посмотрел сколько осталось до конца записи. Но бегунок был в самом начале — как бывает при онлайн трансляциях, и никуда не двигался.
— Ты понял? — слегка повысив тон, переспросил голос.
Я всё же кивнул, тут же услышав довольное:
— То-то же... А то ишь... Взял моду...
Какую моду я взял, и про что вообще речь, я додумать не успел, бегунок на экране медленно пополз к краю.
— И вот ещё что. Ты Ольгу-то, не отталкивай, она баба хорошая, а то что лезет напропалую, так это нормально. Мужиков-то, всего ничего осталось, а измененных и вовсе по пальцам пересчитать. Подумай на досуге.
Я снова кивнул.
— Ну бывай, до связи. — телефон мигнул, и вообще отключился хоть и был полностью заряжен. Наверное, для пущего эффекта какой-то вирус на флешку посадили.
Потыкав по кнопкам и ничего не добившись, я двинулся к двери, но в проёме снова появилась Ольга.
Заметив меня, она зашла, закрыла за собой дверь, и непонятным образом за секунду оказавшись рядом со мной, медленно опустилась на колени.
Глава 24
Всеми фибрами души я чувствовал что нужно бежать, но не мог даже пошевелиться. Не знаю как так вышло, только я был словно замороженный — всё вижу, всё слышу, а тело не подчиняется. Но мне опять повезло. Опустившись на колени, Ольга так долго возилась с молнией на джинсах, что когда наконец победила, в дверь снова постучали.
— Василий!? Ты куда пропал? — донеслось снаружи, на сей раз это был Олег, и по его встревоженному голосу я понял что просто так он не уйдёт.
Ольга, видимо, тоже осознавала это, потому что быстро поднялась, коротко выругалась, и посмотрев мне в глаза, произнесла почти шёпотом.
— Я с тобой ещё не закончила...
Нет, слышать такое от красивой женщины — приятно. Да и, положа руку на сердце, я ни разу не однолюб, и в другое время воспользовался бы этим щедрым предложением. Но сейчас почему-то не мог. Мешало что-то. Страх, или предчувствие нехорошее — я не знал.
И вообще, жизнь моя в последнее время походила на какой-то кошмар, мне постоянно мерещилась всякая дрянь, я видел недоступные другим вещи и уже не знал где правда, а где галлюцинации. Особенно страшно было в больнице, проходя по коридорам, и глядя на окутывающую людей дымку, я каждый раз внушал себе что не смогу ничего сделать, хотя знал что Аня так и не использовала кровь дворфа. Семь человек, ровно стольких мы могли бы спасти, но никакие уговоры на жену не действовали. «Да, мне тоже жаль» — говорила она, — «Но эти люди чужие нам, и я не буду тратить на них кровь».
Конечно, с каждым днём народа умирало всё меньше и эпидемия потихоньку отступала, но всё равно не проходило и суток чтобы я не наткнулся на умирающего человека.
Так прошло ещё две недели. Быстро, буднично, и совсем не интересно. Я работал в больнице, и помогал разбираться на периметре. Вот не хотел заниматься сбором трупов, но пришлось, ибо некому.
Жара и вонь. Всего двумя словами можно охарактеризовать моё существование в эти дни. Не считая превратившихся в мавзолеи домов, весь периметр был засыпан разлагающимися телами. Находили по жужжанию мух и по запаху. — Ищи где жужжит и принюхивайся. Если воняло так себе, — значит одиночка, если до рези в глазах, — значит целая пачка. Окопы, блиндажи, доты и секреты. Трупы валялись повсюду. Разбухшие, зеленые и почерневшие, они источали такие миазмы, что, казалось, я выблевал сам себя.
Вверенная мне похоронная команда состояла сплошь из женщин. Одиннадцать разновозрастных барышень выполняли всю грязную работу. Я поначалу сомневался, — всё-таки слабый пол, но оказалось что слабый он только в книжках, а на деле эти хрупкие создания нам ещё и фору дадут. Там где мужик бы уже в обморок упал, они только морщились, вытирали пот со лба, и складывали в пакет подгнившего и разваливающегося покойника. Да, иногда блевали. Много матерились и вообще вели себя не очень по-женски. Но в этих условия это выглядело совершенно естественно.
Вычищали как-то совмещенный с дотом большой блиндаж. Зайти внутрь, пока не намотаешь на лицо семь слоёв мокрой ткани, невозможно. Любой вдох тут же провоцирует реакцию организма, остановить которую очень сложно, поэтому приходится уходить и где-то отсиживаться.
И вот, спускаюсь я вниз, а оттуда девчонка поднимается, явно из моих, но так замотанная, что я даже и не узнал кто такая. Идёт, и бормочет что-то, тихо так, неразборчиво.
Ну посторонился я, выпустил девку. И только спустился, как выстрел снаружи прозвучал. Я обратно, на ходу автомат передергивая.
Вышел, и едва не свалился, споткнувшись об эту самую девчонку. Лежит, в руке пистолет, а в виске маленькая дырочка, и кровь тонкой струйки стекает.