Разрушена (ЛП)

Часть 26 из 77 Информация о книге

— Не очень.
— Почему мы приехали сегодня?
— Здесь есть небольшая бухта, где можно поплавать. Я подумала, что тебе это понравится.
Я изучаю его. Я не верю, что он делает это только ради меня. Когда речь идет о нас троих, у Грегори есть свои планы.
Но опять же, как и у Себастьяна. Разве вчерашний день не был тому доказательством?
— А Себастьян знает?
— Конечно.
— О.
Он молча оглядывается по сторонам, а я чувствую себя неловко, но пытаюсь расслабиться. Насладиться красотой этого места. Кроме того, может быть, он искренен. Может быть, мне нужно прислушаться к себе, к тому, что я сказала Себастьяну, что Грегори одиноко. Вот и все.
— Где ты вчера упала? — спрашивает он, глядя на мое поцарапанное колено.
Я пожимаю плечом: — Ничего особенного. Я просто споткнулся о камень.
Он кивает: — И вокруг была паутина?
— Наверное, я упала в паутину.
— Точно.
Я хочу сменить тему: — Как далеко до бухты?
— Недалеко.
— Почему ты не сказал мне, что Себастьян договорился, чтобы я позвонила сестре? Зачем подставлять меня?
— А ты не думала, что это он тебя подставил? Или, может быть, подставил нас?
— Зачем ему это?
— Потому что он может.
— Вы оба можете. Я застряла посередине, и это не то место, где я хочу быть.
— Нет? Потому что у меня такое чувство, что тебе нравится, когда ты между нами.
Я отворачиваюсь. Я знаю, что он имеет в виду секс, и я не могу отрицать его слов, но эта часть, она другая.
— Может быть, это был его способ убедиться, что ты мне не доверяешь, — говорит он.
— Я не доверяю тебе.
Я вижу бесконечно малую перемену в его глазах, почти момент уязвимости. Но он мгновенно исчезает, а может, его и вовсе не было. Может, это было мое воображение.
Я прочищаю горло: — Что ты сказал Себастьяну той ночью в офисе Галло? Ты сказал что-то на итальянском, что я не смогла понять.
— Ты должна спросить его.
— Я спрашивала. Он не сказал мне.
— Может быть, на это есть причина. Кроме того, это не мое дело — говорить тебе.
— Твое место?
— Ты - его Девочка-Уиллоу, помнишь? Вы оба постоянно напоминаете мне об этом. Как будто я могу забыть.
Я изучаю его, пытаюсь понять, о чем он думает, что планирует.
— Чье это каноэ?
— Себастьяна.
Я уже знала это, не так ли?
— Он не выходил из него после аварии. Он рассказал тебе об этом?
Я киваю.
— Он доверяет тебе. А ты доверяешь, Хелена?
— Чего ты хочешь, Грегори? В чем дело?
Он пожимает плечом и жестом указывает мне за спину.
Я поворачиваюсь и вижу, что мы приближаемся к маленькому островку или, скорее, большой скале. Я смотрю, как он ведет нас к нему, и когда мы обходим стену скалы, я вижу маленький, красивый, песчаный пляж, спрятанный там.
Он подплывает ближе, настолько близко, насколько это возможно, прежде чем мы вылезем, и вытаскивает каноэ на песок.
— Я и не знала, что здесь есть что-то подобное, — говорю я.
Он садится на песок и поглаживает пространство рядом с собой.
— Себастьян знает, что мы здесь? — снова спрашиваю я.
— Не беспокойся о моем брате, — тот же ответ.
— Чего ты хочешь? Зачем ты привел меня сюда?
— Ты так и не ответил на мой вчерашний вопрос.
— Ты не отвечаешь ни на один из моих.
— Ладно, один к одному. Я даже буду первым. Задай мне вопрос.
— Правда?
— Да.
— Что ты сказал Себастьяну?
— Я сказал ему, что он знает выход.
— Выход?
Он кивает.
— Выход из этого, вы имеете в виду?
— Это два вопроса.
— Не совсем...
— Моя очередь.
— Подожди, это не совсем честно. Ты не можешь просто...
— Я говорил тебе прошлой ночью, что жизнь несправедлива. Как ты до сих пор не поняла этого? Ты из всех людей, Девочка-Уиллоу?
Я смотрю в сторону воды: — Я собираюсь поплавать, — я не жду разрешения и прекрасно понимаю, что он не забудет задать свой вопрос, но, по крайней мере, я могу выиграть немного времени.
Я снимаю шорты и свитер и захожу в воду. Он не следует за мной, но я чувствую, что он наблюдает за мной, пока я погружаюсь под воду и плыву прочь от острова. Я открываю глаза под водой. Она кристально чистая, но соль щиплет глаза, и хотя здесь мелко, она быстро становится глубокой. Красивые серебристо-белые рыбы уплывают, когда я приближаюсь, и я жалею, что у меня нет очков. Может быть, я попрошу Себастьяна привезти меня обратно, чтобы понырять с маской.
Я плаваю на спине по воде, глаза закрыты. Мои уши находятся под поверхностью, поэтому я не слышу его, пока он не оказывается так близко, что касается меня.
Я вздрагиваю, в панике ухожу под воду.
Он обхватывает меня за середину и поднимает на поверхность.
Я втягиваю воздух, откидываю волосы с лица.
— Я в порядке! Я умею плавать!
Но он не отпускает меня. Он продолжает обнимать меня.
— Мой вопрос, — говорит он.
Я смотрю на него, вижу, как бирюза моря освещает эти крапинки в его глазах.
— А как ты смотришь на меня? — спрашивает он.
Я знаю, о чем он говорит. Именно в тот момент, когда он задал мне этот вопрос в «Галло» нас прервали.
Но я не хочу отвечать на него, поэтому я отталкиваю его и выскальзываю из-под его руки, плывя обратно на пляж, подальше от него.
Но через мгновение он оказывается рядом со мной, и деваться некуда, и когда я сажусь на песок, он садится рядом со мной.
— Ты заключила сделку. Я ответил на твой вопрос.
— Это спорно.
— Теперь твоя очередь.
Я смотрю на него, но прежде чем я успеваю заговорить, это делает он.
— Я хочу поцеловать тебя, Хелена, — говорит он. Он протягивает руку, чтобы отодвинуть волосы, прилипшие к моему лицу, — Он позволяет мне лизать твою киску. Позволяет мне трахать тебя. Но я не могу тебя поцеловать, а я так хочу.
Я качаю головой, отказываясь, подтягиваю колени.
— Просто поцелуй. Вот и все.
Я снова качаю головой и продолжаю смотреть на воду.
Он кладет руку мне на щеку, поворачивает меня, чтобы я посмотрела на него: — Потому что ты не хочешь или потому что боишься его?"
— Я не боюсь его.
— Тогда ты не хочешь.
— Зачем ты это делаешь? Еще один тест?
— Никакого теста. Я даю тебе слово. Ответь на мой вопрос. Что насчет того, как ты на меня смотришь?
— А чего ты ожидал? Что ты приведешь меня сюда, и я... я... что? — я начинаю вставать, но он ловит мое запястье, останавливая меня.
— Ответь на мой вопрос, Хелена.
— Почему? Почему это важно?
— Это важно. Это важно для меня.
— Я не люблю тебя, — слова вылетают прежде, чем я успеваю подумать о них или обработать то, что говорю сама.
Они заставляют его замолчать.
Они заставляют замолчать нас обоих.
Я слышу то, что только что сказала.
Когда он наконец заговорил, его тон изменился. Жесткий: — Ты любишь его? — спрашивает он сквозь стиснутые зубы.
— Я хочу вернуться.
— Ответь мне.
— У тебя есть один вопрос, как и у меня.
Он изучает меня, и боль борется с яростью, и я знаю, что последняя побеждает, судя по тому, как потемнели его глаза.
— Я хочу вернуться на остров. Сейчас, — встаю.
Он поднимается на ноги: — Ты знаешь, что он чуть не убил своего брата, не так ли?
— Это был несчастный случай.
— Ты не веришь в это.
Я останавливаюсь, смотрю вниз на землю. Нет, я знаю, что это неправда. Я знаю, что это был не несчастный случай.
— Нет, — качаю я головой и поднимаю на него глаза, — Я знаю, что произошло на самом деле, но я также знаю, что он был ребенком.
— Шестнадцать - это не ребенок. Не в нашей семье.
— В чем твоя проблема? Он любит тебя. И я защищала тебя перед ним.

Перейти к странице:

Предыдущая страница

Следующая страница