Не друг (СИ)

Никита подбадривает, поддерживает руками, подталкивает тазом и я послушно поддаюсь. Вверх-вниз… Мгновенная передышка и опять наполненность до предела, до сопротивления мышц, до звёзд перед глазами и до нового спазма, заставляющего сжиматься самой и зажимать Никиту внутри себя.
— Настя.. — Никита и сам на пределе, и мне не нужны его слова, чтобы понять это.
Я чувствую его на уровне атомов, слышу, как звенят струны нервов, вижу каплю пота, сбегающую от виска к шее и ниже, на плечо. И, вместе с подкатывающим новым спазмом понимаю, — если не попробую его кожу языком на вкус, то просто умру.
И я пробую. Руки не выдерживают напряжения, соскальзывают с гладких плеч, я с силой бьюсь об его бедра, позволяя Никите заполнить себя до предела и даже больше. Солоноватый вкус кожи шеи, приправленный совместным стоном, кажется божественным и я, повинуясь порыву, не сдерживаюсь и кусаю его. Не просто прикусываю, а резко и плотно сжимаю зубы до тех пор, пока на языке не становится совсем солоно. Никита рычит и сильно бьёт бедрами снизу, заставляя меня подпрыгивать и стонать от сладкой боли, а после, когда я разжимаю зубы, рывком переворачивает, подминает под себя и в несколько озверелых толчков отправляет за пределы вселенной.
Я взрываюсь в сотый раз, больше не могу удержать себя в сознании, но даже проваливаясь в темноту, слышу ликующий рык, переходящий в вой.
  
Глава 14
 
Никита
Заснула. Выпустить ее из объятий и оставить одну в постели казалось невозможным, но отец очень просил спуститься вниз, чтобы поговорить и пообщаться с дедом.
Появление Никиты в гостиной Тодоровы встретил многозначительными ухмылками, а Радо ещё и показал "класс" большим пальцем. Все ясно — они слышали, как именно Никита укладывал Настю спать.
— А где Силана?
Вопрос вызвал у Радо смешок, а Михаил, не скрывая удовлетворения в голосе, ответил:
— Силанка сбежала к соседке за солью. Бедняжка, как услышала вас, так и забыла про собственную забитую кладовую. Ей срочно понадобилось все и сразу — яйца, мука, молоко, соль.
Высказавшись, Михаил рассмеялся, но не получил поддержки ни у вздохнувшего сына, ни у смутившегося внука, закашлялся и стёр веселье с лица.
Никита сел в свободное кресло напротив родственников.
— Как тебе наш дом? Понравилась комната? Мебель делали на заказ, крепкая, — опять попытался подначить внука Михаил, но осекся о твердый взгляд.
Никита больше не собирался допускать шуток на личные темы и его волк коротким, но внушительным рыком выразил полную солидарность в этом вопросе. Деду, судя по сузившимся глазам, реакция волка внука не понравилась, зато теплая улыбка отца говорила о многом.
— У вас хороший дом, — миролюбиво кивнул Никита, решив, что строгому, но все же родственнику, тем более, — старшему, можно сделать некоторую уступку. — Кстати, ещё раз спасибо за приглашение.
— Пожалуйста, — буркнул дед и сразу же добавил: — Теперь это и твой дом, Никита, так что осваивайся и обживайся.
Никита молча перевел взгляд с деда на отца.
— Мой дом?
Радо пожал плечами.
— Конечно твой. Ты же Тодоров. Этот дом, наше логово, начал строить твой прадед, доводил до ума дед. Года три назад я делал перепланировку и ремонт заодно. Даст Луна, и ты, в свое время, достроишь пару этажей для потомков.
Никита нейтрально улыбнулся.
— Все возможно, но это точно будет не скоро. Мы с Настей пока доучиваемся и про детей разговор вообще не идёт.
— Как не идёт?! — от дедова восклицания в гостиной похолодало градусов на десять. — Ты сейчас пошутил, надеюсь? Мы тут с твоим отцом заслушивались, как трясется дом и гадали — выдержит кровать или пора заказывать новую, покрепче, а вы детей, оказывается, и не планируете?
Две пары почти одинаково возмущенных глаз уставились на Никиту, но он и не подумал оправдываться или даже хоть немного показывать себя виноватым.
— А почему вы так удивляетесь? Сейчас никто не торопится с детьми. Мы рассчитывали спокойно доучиться, потом начать делать карьеру, а дальше видно будет.
 
— Ты не хочешь детей от истинной пары? — почти прошипел дед, но Никита и тут не дрогнул.
— Очень хочу. Но этот вопрос будем решать только мы с Настей или воля случая.
Михаил, судя по цвету лица, планировал в ближайшие минуты получить сердечный приступ, но ситуацию спас Радо.
— Не волнуйся ты так, отец. Что-то мне подсказывает, что благодаря усердию наших молодых, этот случай не заставит себя ждать.
— Вот это точно, — колючий взгляд деда смягчился. — Но кровать всё-таки посмотри, да и пол проверить не помешает. Как бы не поцарапали ножками..
Радо засмеялся, звонко хлопнул себя по коленям ладонями и встал.
— А что, Никит, не выгулять ли нам волков? Пойдем пробежимся, а?
— Да, внук, покажи своего зверя, порадуй старика, — поддакнул Михаил.
Никита засомневался. Оставлять спящую Настю в практически чужом доме, в новой обстановке и среди незнакомых людей, ему страшно не хотелось. Но и будить ее после постельного поединка у него не поднимется рука. Пусть малышка отдыхает и набирается сил. Они ей понадобятся позже, когда Никита будет с удовольствием знакомить скромняжку Настю с новыми возможностями ее тела.
В их предыдущие "сеансы любви" Никита обратил внимание на Настину зажатость, что не удивительно, учитывая начало пути становления ее, как женщины. Да, ей было приятно и она получала удовольствие, но не такое, на которое рассчитывал Никита. Он хотел в постели свободы и, в первую очередь, для нее. Чтобы она не загоняла себя в надуманные рамки, не пряталась за ненужной стыдливостью. Чтобы отдавалась вся и полностью, как похотливая самка, а не как разумная женщина.
И Никита решил сразу приучать Настю и себя заодно к открытости и свободе. Чтобы не стеснялась просить того, чего хочет, не закрывалась и показывала себя истинную, — голодную и страстную.
— Не волнуйся за Настю, — Радо уже скинул с себя одежду и теперь разминал шею энергичными движениями, готовясь к обороту. — Наш дом в центре поселения, чужаков здесь нет. Отец остаётся дома, Силана скоро вернётся, присмотрят.
— Дед, ты не с нами? — Никита, успокоенный словами отца, тоже принялся раздеваться.
Михаил грустно покачал головой.
— На прошлой неделе уже оборачивался, больше пока не могу. Мой волк все ещё силен морально, как и человеческий дух, но тело подводит. Я быстро устаю в волчьем обличье и потом долго отхожу после оборота. Чаще раза в месяц не получается, и за то спасибо Луне. Вы идите, гуляйте, не переживайте за старика. Я пока новости посмотрю.
Старый альфа взял пульт от телевизора в руки и демонстративно отвернулся, но, услышав характерный хруст, не удержался и с жадным любопытством посмотрел на молодого статного волка, по размерам почти сравнявшимся с волком Радо.
Зверь подошёл ближе и с большим достоинством покрутился перед Михаилом, давая возможность хорошо себя рассмотреть.
— Да идите уже… гуляйте… - отмахнулся старик, вытер увлажнившиеся глаза и включил телевизор.
Прогулка заняла не менее часа, но в компании отца время для Никиты пролетело незаметно. Волки бодрой рысью оббежали поселение по периметру, погоняли случайного зайца в зарослях у реки и даже несколько минут отдохнули на уютной поляне среди старых дубов.
Здесь, в окружении столетних великанов, было тихо и спокойно, волк Радо счастливо жмурился в тёплых лучах вечернего солнца, но Никиту, несмотря на мирный отдых, охватило странное беспокойство и непреодолимое желание немедленно увидеть Настю, и его состояние передалось отцу.
До дома волки домчали за считанные минуты, причем зверю Радо приходилось поднажать, чтобы, как и полагается альфе, бежать первым.
Обернулись прямо на террасе и, не теряя времени на переодевание, ворвались в дом, напугав спящего перед включенным телевизором Михаила.
— Что? Кто? А?
Никита ринулся по лестнице на второй этаж, молясь Луне и кому придется, чтобы Настя спала в своей постели или, на крайний случай, обижалась на него, сидя в одиночестве в комнате, но жители неба оказались глухи к его молитвам — Насти в доме не оказалось.