Воплощение (ЛП)

— Почему?
— Потому что нет никаких гарантий, что они мне его потом вернут, а… он мой.
Не знаю почему, но я чувствовала, что он должен оставаться со мной. Только я могу его носить. Чтобы сохранить.
— Тогда позволь мне. — Его глаза цвета мха были убийственно серьёзны. — Я заберу книгу и верну тебе Амулет. Даю слово.
Слово Габриэля дороже золота. Знаю, что ему можно доверять. Он точно вернёт мне Амулет. Ну, либо Тессе, что тоже неплохо. И всё же.
— Не могу. Это должна сделать я.
— Почему? Почему это должна сделать ты?
— Не знаю. — Я замотала головой и затем заправила волосы за уши. — Просто так говорит мне моё чутьё. Это уготовано мне судьбой, Габриэль. Это должна сделать я.
Он потёр лицо рукой и снова взглянул на меня. В его глазах было столько эмоций… Проблески страха и тревоги, оттенки отчаяния и горечи, и ещё целая палитра красок, которая всё же не могла заставить меня изменить своё решение, и в глубине его омутов отражалось понимание этого.
— Я никак не смогу тебя переубедить, да?
— Шансы крайне низки. — Я улыбнулась ему. — Да ладно тебе, Габриэль. Ты же был счастлив, что я работаю на Орден. После долгого сопротивления, с которым тебе пришлось столкнуться, я всё же приняла свою судьбу. Тебе бы радоваться. А ты как будто вот-вот заплачешь.
— Не заплачу, — возмутился он, хотя его глаза явно стали более влажными. — Я просто переживаю за тебя, Джемма. — Он помедлил, прежде чем добавить: — И твоя сестра тоже переживает.
Стопэ. А она-то как тут всплыла?
— Из-за чего? — спросила я, поскольку это явно не может быть связано с миссией, о которой Тесса пока не знает.
Габриэль не спешил отвечать, отчего я только сильнее напряглась.
— Из-за того, что было летом…
— А что было? — перебила я, уже чувствуя необходимость защищаться. — Я отлично со всем справлялась. — Честно, даже со счёту сбилась, сколько воскрешённых и демонов я убила. — Ни разу не сбегала. Ни разу не колебалась. Да я была образцовым Воином!
— Да, — согласился он, вот только что-то явно не давало ему покоя. — Но тебе как будто стало плевать на себя. На свою жизнь. На то, выживешь ты или нет.
Я мрачно ухмыльнулась.
— Так говоришь, будто это плохо.
— Это не смешно, Джемма.
Я заёрзала на месте.
— А что мне ещё сказать, Габриэль? Ты раздуваешь из мухи слона.
— Неужели? — Взгляд его добрых зелёных глаз внимательно изучал моё лицо. Словно пытался проникнуть в душу, докопаться до правды.
Я снова поёрзала.
— Я отлично делаю своё дело.
— Я говорил не об этом.
— Ладно! Может быть, я действительно не так трясусь за свою жизнь, как раньше, — признала я, хотя сама не уверена, когда это началось. — Может быть, я хочу принести максимум пользы своим существованием. Разве это плохо?
— Джемма.
Он зажмурился, словно ему стало невыносимо больно на меня смотреть.
— Чёрт побери, Габриэль, не дави на меня! Я всё равно не собираюсь дожить до старости. Мне не светит поступление в колледж. Мне не светит выйти замуж и родить детей. Мне не светит иной жизни, кроме охоты. У меня нет будущего. Есть только сейчас, а затем смерть. — Мне ужасно не хочется признавать это вслух, но это правда. — И я смирилась с этим. Я могу с этим жить. Что не так? Что в этом плохого, если так я лучше делаю то, что должна делать?
— То, что ты отказалась от своих мечт, от своей жизни. Как ты не понимаешь? — Он устало покачал головой. — Ты не просто приняла смерть как неотъемлемую часть жизни, ты как будто ждёшь, когда это наконец случится. Это печальный и очень опасный путь.
— Всяко лучше того, что было раньше, — горько возразила я и вскочила на ноги. — Вот такой я стала, Габриэль, и если тебя или Тессу это не устраивает, вы знаете, где выход. Я не собираюсь выслушивать всю эту хрень.
Я вылетела из зала. Он звал меня вслед, но я не обернулась.
Правда в том, что я не выдержала бы ни слова больше. Не хочу, чтобы мне напоминали о том, какой я была раньше и как сильно изменилась. И уж точно, чёрт побери, я не хочу, чтобы мне напоминали о том, что нечто очень важное, сокровенное, настоящее внутри меня умерло.
  
К чёрту всё.
Я не желаю этого слышать.
18. ВОСЕМНАДЦАТЬ СВЕЧЕК
Измотанная общением с Трейсом, Советом и Габриэлем, я всё равно должна была как-то взять себя в руки и прийти в бар «Всех Святых». Я ведь обещала. Честно, с учётом моего состояния это само по себе было подвигом.
— Уии! Я так рада, что пришла! — воскликнула Карли, приподнявшись на носочках, чтобы обхватить своими тонкими руками мою шею и весело со мной покружиться.
Моё сердце упало на пол, разбиваясь вдребезги, потому что в этот самый момент я подумала о Тейлор. Она всегда обнимала меня вот так, и хотя тогда я смеялась, потому что это выглядело нелепо, сейчас я готова была отдать всё, лишь бы ещё разочек обнять её.
— Выглядишь потрясающе, — сказала Карли, продолжая подпрыгивать передо мной, как восторженный ребёнок. Уже подвыпивший ребёнок, судя по дыханию. — Впрочем, как и всегда.
Похоронив в себе воспоминание о Тейлор, я нашла силы улыбнуться.
— С днём рождения, Карли, — сказала я и протянула розовый конверт. У меня не было времени (и сил) ходить выбирать какой-нибудь особенный подарок, поэтому решила, что милой открытки и сертификата в местный спа-салон будет достаточно.
— О боже, Джемма, не стоило! Это так мило с твоей стороны! — восхитилась она.
И вот мы уже снова обнимаемся.
Это будет чертовски долгая ночка.
К моему облегчению, через пару секунд, как дар небес, появился Калеб, и Карли пришлось отпустить меня, чтобы я могла поздравить её брата, ну и отдышаться заодно. Она тут же заметила на входе кого-то ещё и с тем же воодушевлением бросилась к новому гостю.
Покачав головой на это, я развернулась к Калебу и улыбнулась. Он прекрасно выглядел в серой рубашке и классических брюках. Его медные волосы были зачёсаны назад и блестели, видимо, от небольшого количества геля. Он улыбался до ушей, демонстрируя жемчужно-белые зубы. Он явно следит за собой.
— С днём рождения, Калеб. — Я привстала на носочки и чмокнула его в щёку. Тут же отметила, как на скулах появился лёгкий оттенок розового, и поняла, что он смутился. — Я ничего тебе не принесла, потому что, ну, у тебя и так всё есть.
— Это правда, — гордо ответил он.
— Поэтому в качестве подарка обещаю выполнить одну любую просьбу в будущем. Что угодно, когда угодно.
Его брови взлетели, он предвкушающе потёр ладони.
— Ты уверена, что хочешь предложить мне нечто настолько опасное, Блэкберн? Всё-таки вариантов масса…
Я засмеялась.
— Не заставляй меня пожалеть об этом.
— Ничего не обещаю.
Он подмигнул и обнял меня одной рукой за плечи, провожая к праздничному столу.
Моя улыбка померкла, как только я увидела Трейса и Никки, сидящих рядом за столом. Похоже, я никогда не привыкну видеть их двоих вместе. Едва заметив меня, Никки тут же приобняла Трейса и наклонилась, чтобы прошептать не бог весть что ему в ухо. Трейс же, напротив, не делал попыток прикоснуться к ней и выглядел раздражённым излишней близостью.
Но всё же мне было нелегко видеть их вместе.
— Тебе нужна минутка? — поинтересовался Калеб, заметив направление моего взгляда. — Можем выйти подышать, если хочешь, — предложил он. Его горячее дыхание касалось моего уха.
Я оглянулась на него и выдавила улыбку. Он такой добрый и внимательный, даже в свой собственный день рождения. Не хочу портить ему вечер.
Я замотала головой.
— Всё нормально. Ничего такого, чего не исправил бы шот с текилой.
Калеб запрокинул голову.
— Ооо, Блэкберн, ты прямо мысли мои читаешь.
Мы устроились на высоких стульях у барной стойки. Барменша, миниатюрная блондинка с вишнёвыми прядями, выставила перед нами ряд шотов.
Я наклонилась к Калебу и шепнула: