Отец моего жениха (ЛП)

— Хорошо, конечно. Прости, — я слабо улыбаюсь ему, и он кивает мне. Мы отворачиваемся друг от друга, и я чувствую, что моё сердце бьётся слишком быстро.
Через шумную комнату я вижу, как встаёт Мэтт, его мускулистая фигура доминирует в пространстве и одной своей харизмой заставляет толпу замолчать.
— Я не любитель причудливых речей, но хочу сказать вот что. — Взрослый мужчина смотрит мне прямо в глаза, его собственные голубые глаза проницательны даже в тускло освещенной комнате. — Кора, ты милая, умная и остроумная. Мне повезло узнать, что всего через несколько месяцев ты навсегда станешь частью моей семьи. За Кору и за Марки. Желаю вам всегда наслаждаться тем, что даёт вам жизнь.
Мэтт поднимает свой бокал, другие гости следуют его примеру и аплодируют. Мэтт садится, снова потерявшись среди множества лиц.
Но я чувствую, как мой почти тесть наблюдает за мной через всю комнату. Я стараюсь вести себя небрежно, но знание того, что пронзительные голубые глаза Мэтта сосредоточены на мне, странно возбуждает.
«Кора, это так неправильно». Я краснею от своих неуместных мыслей. «Он отец твоего жениха».
И всё же он такой красивый.
Я смотрю на Марки, но мой жених снова меня игнорирует. На этот раз вместо того, чтобы уговаривать его снова выключить телефон, я решаю, что нет ничего плохого в том, чтобы отвлечься. Я осматриваю комнату в поисках чего-нибудь, чем можно было бы занять мой лихорадочный разум, всё время намеренно стараясь не смотреть на Мэтта. Но это бесполезно. Через несколько секунд я ловлю себя на том, что гляжу в его направлении.
Наконец, не в силах сдержаться, я украдкой взираю прямо на Мэтта. Он тоже смотрит на меня, его пронзительные голубые глаза полны напряжённости и возбуждения. Я быстро отвожу взгляд, смущенная тем, что меня поймали.
Покраснев, я обращаю внимание на большую комнату. Ресторан битком набит любимыми людьми, которые съехались сюда со всех уголков страны. Я вижу, как моя двоюродная бабушка тайком потягивает ещё один коктейль, в то время как один из друзей жениха Марки заигрывает с Хэдли. Я улыбаюсь, когда Бретт Кунья, сидящий через несколько мест от нас, привлекает моё внимание своим счастливым смехом.
Я думаю о том, что этот мужчина красив. Как ни странно, я не чувствую себя виноватой, думая об этом, как когда смотрю на Мэтта. «Может быть, это потому, что Мэтт Харрисон вот-вот станет твоим тестем», — упрекает голос в моей голове.
Тем не менее, в Бретте есть что-то ещё. Марки, Бретт и я вместе ходили в среднюю школу, но в то время я ещё не знала Бретта. Он был в футбольной команде с Марки, и они были отличными друзьями. Во всех отношениях Бретт удивительно красив со спортивным телосложением, тёмно-каштановыми волосами, зачёсанными за уши, и дружелюбной улыбкой. Тем не менее, я не испытываю мурашек, когда смотрю на него. Он словно одна из моих подруг, такой открытый и непритязательный.
Интересно, чем он занимался в последние дни? Я знаю, что они с Марки до сих пор друзья, но я редко его вижу.
Бретт замечает, что я смотрю на него, и неуверенно улыбается мне, но затем его взгляд почти сразу скользит по Марки. Я улыбаюсь в ответ, но смотрю на Бретта краем глаза. Он тоже в своём телефоне, яростно что-то печатает. Он снова поднимает взгляд, на этот раз прямо на Марки, и почти по сигналу Марки смотрит на свой жужжащий телефон.
Они переписываются друг с другом?
Обеспокоенно нахмурившись и сделав большой глоток шампанского, я устраиваюсь на стуле, чтобы дождаться окончания вечера и, наконец, поговорить со своим женихом. Что происходит? Почему Бретт и Марки пишут друг другу сообщения посреди нашего ужина в честь помолвки? Мне нужно разгадать эту тайну до того, как закончится ночь.
ГЛАВА 4
Кора
К тому времени, когда шумный ужин закончился и гости ушли, я чувствовала себя немного подвыпившей от шампанского. С какой стати работники ресторана приносили мне столько бокалов?
 
Я стою в вестибюле ресторана, счастливая, что вдыхаю прохладный воздух через открытую входную дверь. Уже поздно, и все гости разошлись по домам, оставив только меня, Марки и несколько человек обслуживающего персонала одних в, ставшем теперь тихим, здании.
— Было очень мило со стороны твоего отца организовать всё это. Не мог бы ты ещё раз поблагодарить его за меня? — спрашиваю я.
Марки рассеянно оглядывается.
— Конечно.
— Может быть, мы напишем ему благодарственную открытку. Он мог бы это оценить, — предлагаю я.
— Звучит неплохо. Хочешь, я вызову тебе такси через Uber? — Марки возится с пуговицей на пиджаке, стоя в паре футов от меня.
И снова он за своё. Я кладу руки на бёдра и бросаю на него раздражённый взгляд.
— Ладно, что случилось? — требую я, чувствуя прилив бодрости от всего шампанского в моём организме.
— Что ты имеешь в виду? — Марки смотрит на меня, притворяясь невинным.
— Ты, наверное, шутишь. Весь вечер ты вёл себя странно и рассеянно, как будто предпочёл бы быть где-нибудь в другом месте. Что происходит?
Марки перестаёт извиваться и пристально смотрит на меня.
— Это трудно объяснить, Кора.
— Трудно объяснить? Нет, Марки. Трудно, это когда твой собственный жених даже не поцелует тебя на собственной помолвке. Трудно, когда ты едва держал меня за руку на протяжении вечера, но я должна радоваться, когда люди поздравляют нас с тем, что мы счастливая пара? — я в ярости качаю головой. — Трудно — это когда я чувствую, что мужчина, который сделал мне предложение в прошлом месяце, кажется, больше не любит меня ни в малейшей степени.
Я перестаю говорить, всё моё тело дрожит от ярости, разбитого сердца и замешательства. Что, чёрт возьми, так сложно объяснить?
— Кора, — начинает он.
— Нет, нет, — раздражённая, я выбегаю из «Фрэнки», нуждаясь в свежем воздухе и пространстве. Прохладный ночной ветерок сильно овевает меня, и я начинаю дрожать.
— Кора, — Марки следует за мной на улицу. — Я не знаю, что сказать.
— Попробуй правду, Марки! — кричу я, не заботясь о том, что официант внутри подслушает наш спор. Лучше мы будем спорить о чём бы то ни было, чем Марки продолжит избегать меня.
Но, к моему полному и крайнему удивлению, нижняя губа Марки начинает дрожать, как у младенца. Затем он начинает плакать, всё его лицо краснеет.
Встревоженная, я сразу же подхожу к своему жениху и обнимаю его.
— О, чёрт возьми, нет, Марки. Мне жаль. Я не хотела тебя расстраивать. Я немного выпила, и мне больно, извини.
— Кора, — шепчет он.
— Что случилось? Просто поговори со мной, — я глажу его тёмные волосы. — Всё будет хорошо.
Марки отстраняется от меня, но держит обе руки на моих плечах, его обычно яркие глаза полны печали и беспокойства.
— Я понятия не имею, как это сказать, так что вот, — он делает успокаивающий вдох. — Я гей.
И в этот момент всё обретает смысл: физическая нерешительность Марки всякий раз, когда мы были вместе в постели, его долгие посиделки с «парнями» и, самое главное, тайные сообщения с Бреттом сегодня вечером.
— Ты гей, — повторяю я бесстрастным голосом.
— Да, — Марки вздыхает, на его красивом лице сразу же появляется облегчение.
— Ты только сейчас это понял? Во время нашего ужина в честь помолвки?
— Прости, Кора, мне очень жаль.
Глаза Марки полны слёз, и я могу сказать, что ему очень больно. Но мне тоже больно, и я намерена дать ему понять это.
— Ты сделал мне предложение, Марки. Зачем тебе это, если ты гей?
Марки опускает руки с моих плеч и печально качает головой.
— Честно? Давно знал, но не был готов поделиться. И мы встречались так долго, и все продолжали поднимать вопрос о браке, и я думаю, что просто чувствовал давление.
— Ух ты. — Я не знаю, что ему сказать.
Честно говоря, я не совсем в шоке от этой новости. На самом деле, я с облегчением узнала, что многие проблемы, которые у нас были как у пары, внезапно обретают смысл. По крайней мере, Марки говорит это мне сейчас, пока всё не зашло дальше.