Отец моего жениха (ЛП)

— У меня тоже командировка, так что, пожалуй, я тоже поеду. Спасибо за то, что была прекрасной хозяйкой, Кора.
Ладно, это больно. Хозяйка? Это всё, что он думает обо мне? Я откидываюсь на спинку стула.
— Хм, — я ковыряюсь в своём обеде, надувшись.
— Кора, — терпеливо говорит Мэтт. — Ты знала, что мы не можем оставаться здесь вечно.
Я тяжело вздыхаю.
— Знаю. Я просто не думала, что всё закончиться так скоро.
— Что ж, не будем портить нашу последнюю ночь заботами о завтрашнем дне.
— Ты прав, — признаю я. Я хочу сказать Мэтту, что я чувствую. Я начинаю влюбляться в него, и на самом деле я уже влюбилась в него. Но я не могу, особенно зная, что утром наш счастливый пузырь лопнет.
Вместо этого я встаю и иду к холодильнику.
— Я купила чизкейк.
Мэтт откидывается на спинку стула и улыбается.
— Как и когда ты купила чизкейк? Я почти уверен, что, если не считать походов в туалет, мы с тобой были всегда рядом. — Он весело поднимает брови.
Я закатываю глаза.
— Не глупи. Я купила его до того, как приехала сюда. Когда покупала продукты. Я просто забыла, что он у меня есть. — Я достаю сливочный десерт и ставлю его на стол перед Мэттом.
— Я люблю чизкейк. — Мэтт подозрительно смотрит на меня. — Откуда ты знаешь? Ты следила за мной…
— Ха-ха! Я обожаю чизкейк и купила его для себя, ну знаешь, для себя. Ты появился без приглашения, помнишь? — я скрещиваю руки на груди и делаю своё самое подлое лицо, но не могу сдержать смешок.
— Так жестоко, Кора. Ты такая жестокая. — Мэтт снимает крышку с десерта и втыкает в него вилку. — Мм-м, клубничка.
Я сижу, ошеломлённая.
— Ты должен его разрезать!
— Отведи душу. — Мэтт снова втыкает вилку в десерт и отбирает большой кусок. Он подносит его к моему лицу. — Открой.
Я закатываю глаза, но подчиняюсь, практически пуская слюни, когда сладкий пирог касается моего языка.
— Боже мой, какой вкусный чизкейк. Это так мило.
— Держу пари, я знаю кое-что послаще. — С этими словами Мэтт откладывает вилку и встаёт. Прежде чем я успеваю среагировать, он обнимает меня и крепко целует. — Думаю, пора спать, милая девочка. Но сначала, — он кивает в сторону десерта, — захвати торт. Я хочу съесть его с твоего обнажённого тела.
Мэтт несёт меня с тортом в руках, вверх по лестнице к нашей хорошо использованной кровати. Этой ночью мы занимаемся любовью, как будто в последний раз.
Нежно, страстно и сенсационно. Своими телами мы пытаемся сказать то, что ещё не смогли сказать словами. Каждый поцелуй говорит, как сильно мы скучаем друг по другу; каждое прикосновение — это наше желание никогда не отпускать.
Мы засыпаем в объятиях друг друга, не в силах расстаться даже для отдыха, боясь того, что принесёт утро. Но слишком рано, наступает день, и начинается наше прощание. Оно горько-сладкое, если не сказать больше.
Мы стоим в дверях маленькой хижины, держась за руки и глядя в густой лес.
— Будет глупо, если я скажу, что не хочу уезжать? — я смотрю на Мэтта, щурясь от яркого солнечного света.
— Это не глупо. Но мы не можем остаться. — Он указывает на деревья и дорогу за ними. — Наша настоящая жизнь в городе.
— Знаю, — я глубоко вздыхаю. — Но впервые за долгое время я снова чувствую себя целой. Будто мир острее, яснее, и будто я знаю, кто я на самом деле. И я не хочу, чтобы это чувство ушло.
Мэтт не отвечает сразу, просто смотрит на горы.
— Я знаю, дорогая, — наконец говорит он тихим голосом, сжимая мою руку. — Мы разберёмся, хорошо?
Но я нетерпелива и настаиваю на этом.
— Так что же нам делать? — я прикрываю глаза от солнца и снова смотрю на Мэтта, пытаясь запомнить каждую чёрточку его красивого лица.
— Что ты имеешь в виду? — он переводит взгляд с линии деревьев обратно на меня, его голубые глаза отстраняются.
— Если мы увидимся в городе? Как на мероприятии. Или в кино. Что мы сделаем?
— Я не знаю. — Он слегка хмурится, и я могу сказать, что он тоже обдумывал этот вопрос. — Может нам стоит действовать по обстоятельствам?
«Ух», — думаю я про себя, но вслух соглашаюсь как можно небрежнее.
 
— Конечно. Это хорошая идея. Не нужно ничего усложнять.
Мэтт кивает, а затем подносит мою руку к своему рту, слегка целуя ладонь.
— Тогда ладно. До встречи, Кора. Позаботься о себе.
Я сглатываю, пытаясь сдержать внезапные слёзы.
— Ты тоже, Мэтт.
Мэтт бросает на меня последний испытующий взгляд и идёт от крыльца к своей машине. Я смотрю, как он загружает свою сумку, мои глаза затуманиваются от этого зрелища.
«Не уходи», — хочется мне умолять его. «Пожалуйста, останься со мной». Но я прикусываю язык. Медленно Мэтт разворачивает машину, машет рукой на прощание и начинает долгий спуск с горы.
Когда машина исчезает из виду на крутой дороге, я ещё некоторое время стою на крыльце. Я не готова лопать наш идеальный пузырь, и оставить позади эти прекрасные воспоминания.
Но всё хорошее должно когда-нибудь заканчиваться. На глаза наворачиваются слёзы, и я тяжело сглатываю. Меня раздражает, что наше прощание, похоже, не слишком беспокоило Мэтта, но я решаю не зацикливаться на этом, собирая последние вещи и погружая их в машину.
Я в последний раз оглядываю домик, место, которое должно было быть моим убежищем, но стало чем-то большим. Повреждения от пожара всё ещё серьёзны, но я почти забываю об этом, когда думаю о многих счастливых моментах, которые мы провели с Мэттом за последнюю неделю: настольные игры на кухне, занятия любовью в спальне, ночные разговоры на крыльце.
Я вздыхаю и закрываю входную дверь, запирая дом и воспоминания о моём романе с Мэттом Харрисоном.
Несколько мгновений спустя я спускаюсь с горы. Опускаю все окна в хэтчбеке, радуясь прохладному утреннему ветерку.
«Вау, этот шторм действительно нанёс ущерб», — размышляю я, отмечая множество упавших деревьев, размытые склоны гор и упавшие линии электропередач. Я улыбаюсь, благодарная за эти несколько дней проливного дождя и случайно упавшее дерево, потому что это дало мне больше времени с мужчиной, которого я люблю.
«Тебе действительно придётся перестать думать о нём», — ругаю я себя.
Во время долгой поездки я пытаюсь занять себя мыслями о книжном магазине.
Мне обязательно нужно провести инвентаризацию, и я надеюсь, что Хэдли подготовила всё к визиту автора.
Чувствуя мотивацию увидеть магазин и своих родителей, я еду немного быстрее в сторону Голубой Горы.
Кроме того, я могу столкнуться с Мэттом в городе, так что всё не так уж и плохо. Разберемся, как он сказал.
Наконец, я направляюсь в Голубую Гору, маленький городок, как всегда очаровательный. В моих глазах до сих пор стоят слёзы, а сердце немного болезненно сжимается. Я провела романтическую неделю в летнем домике, но теперь, кто знает, что ждёт меня впереди?
ГЛАВА 16
Кора
Прошло две недели с тех пор как я вернулась в город, и думаю, можно с уверенностью признать, что мой первоначальный энтузиазм вернуться к нормальной жизни угас.
Я немного тянусь со своего места на стремянке. Я в своём магазине, протираю верхние полки, готовясь к приезду нашего автора. Хэдли настаивала на том, что никто не сможет увидеть верхние полки, так какой в ​​этом смысл, но я не хотела говорить ей, что мне просто нужно отвлечься.
Последние тринадцать дней я захожу в книжный магазин, стремясь вернуться к рутине. И последние тринадцать дней я с таким же нетерпением ждала, когда Мэтт мне позвонит.
Мои уши навострились при звуке телефонного звонка в магазине.
— «Сердца и Герои», это Хэдли, — чирикает моя сотрудница. Я напрягаюсь, чтобы услышать разговор, немного свешиваясь со стремянки. — Здравствуйте, миссис Клири.
Моё сердце замирает. Это просто клиент. Я заканчиваю вытирать пыль с полок и медленно спускаюсь по лестнице как раз в тот момент, когда Хэдли заканчивает разговор.