Вульф (ЛП)

— Ты сукин сын… — Она набрасывается на меня, злясь из-за того, что я не давал ей дышать. Это только усиливает мое желание трахнуть ее.
Я хватаю ее за горло, чтобы успокоить, и цокаю языком.
— Умный маленький ротик не означает, что ты действительно умнее, — говорю я.
— Я не могла дышать, — говорит она, все еще немного задыхаясь.
— Я знаю. И тебе лучше привыкнуть к этому. Я буду душить тебя каждый день, пока ты не сможешь освободиться от моей хватки.
Я отодвигаю табурет от стены в центр комнаты — это даст ей достаточное преимущество в росте, чтобы обхватить меня за шею. Я обнимаю все еще хмурую Бринли за талию и поднимаю ее на табурет, прежде чем она успевает возразить, а затем поворачиваюсь к ней спиной. Я хватаю ее за руку и обвиваю ее вокруг своей шеи, она крепко сжимает ее и сильно дергает. Я смеюсь.
— Господи. Успокойся, — говорю я. — У тебя еще будет шанс выбить из меня все дерьмо во время тренировок.
— Ну что ж, мне есть к чему стремиться, — ворчит Бринли, все еще пытаясь удержать меня в захвате, но безуспешно. Я хватаю ее за руку и тяну вперед, она вскрикивает от боли.
Это привлекает ее внимание.
— Ты — мой нападающий, — говорю я, возвращая ее руку обратно на мою шею.
— Первое, что я сделаю, это опущу подбородок. Если мой подбородок опущен, меня гораздо труднее задушить. — Я похлопываю ее по другой руке.
— А теперь обхвати меня двумя руками за шею.
Она делает это и у нее получается чертовски крепкий захват, но не настолько, чтобы причинить какой-либо вред.
Мы повторяем это несколько раз, пока она не начинает понимать.
Я поворачиваюсь к ней лицом. Она все еще стоит на табурете, почти достигая моего роста. Я целую ее в губы, и она хмурится. Я наклоняю ее голову, не в силах удержаться, и провожу языком от ключиц до подбородка, позволяя себе небольшое удовольствие до окончания тренировки. Она вздрагивает, когда я поднимаю ее с табурета и ставлю перед собой, быстро поворачивая ее так, чтобы она оказалась спиной ко мне.
Я крепко обхватываю ее горло, шаг за шагом объясняя, как освободиться от этого захвата. После нескольких попыток ей это удается.
— Хорошая девочка… Теперь ты сделаешь шаг в сторону и ударишь рукой назад. Целься в пах.
Бринли делает это, но я успеваю переместиться так, что она промахивается.
Некоторое время мы тщательно отрабатываем движения, пока я не убеждаюсь в ее успехах, а солнце не садится за горизонт. Она пару раз попадает мне по яйцам, и кажется, находит это чертовски забавным. Она определенно будет наказана за это позже.
— Мне нужна вода, — пыхтит Бринли.
Я напоминаю себе, что она не делает это каждый день, как я. Я отпускаю ее и отправляю за водой, наблюдая, как подпрыгивает ее грудь при ходьбе. Ее голубые тайтсы для йоги облегают ее сочную задницу и каким-то образом заставляют ее выглядеть еще лучше, чем она есть на самом деле. Короткий топик в тон не особенно отличается от бюстгальтера, с успехом справляясь с задачей поддерживать эту полную грудь. Тонкая пленка пота покрывает ее и усиливает ее сладкий аромат. Ее волосы влажные, шея, руки… каждая ее часть блестит, и, черт возьми, все, что я хочу сделать, это вылизать каждый ее дюйм дочиста. Я ухмыляюсь, наблюдая, как она выпивает половину бутылки воды, а затем вытирает лоб. Я понимаю, что есть способ тренировать ее и достигнуть требуемой цели. Она поворачивается ко мне лицом.
— Что теперь? Сотня отжиманий? Несколько берпи20? — спрашивает Бринли, опустив руку на бедро, ее грудь все еще тяжело вздымается.
Она отставляет бутылку с водой, и по выражению моего лица она, должно быть, понимает, что я собираюсь устроить ей испытание.
Бринли не двигается, только склоняет голову набок и стоит, наблюдая за мной и глубоко дыша. Я отворачиваюсь от нее и иду к двери во внутренний дворик, выходящей на мой двор и лес. Я отпираю ее и распахиваю настежь.
Повернувшись к ней, я вытягиваю руки перед собой, переплетаю пальцы и давлю на них, пока они не хрустнут. Ее взгляд скользит по мне, пытаясь понять, что я делаю, и я почти чувствую, как ее киска становится влажной.
  
Я начинаю медленно приближаться к ней, стягивая на ходу футболку. Когда я прохожу половину расстояния, разделяющего нас, я останавливаюсь и ухмыляюсь ей.
Мне чертовски нравится охотиться на нее.
— Твой нападающий приближается, так что двигайся быстрее, маленькая колибри. Беги.
Глава 43
Бринли
Я не сомневаюсь и не думаю, я просто бегу так быстро, как только мои ноющие ноги могут вынести меня за дверь в ночь. Мой пульс колотится где-то в горле, когда я пролетаю через двор и направляюсь в лес. Я знаю, что там есть тропинка, так что я не сломаю лодыжку. Габриэль сказал мне, что бегает по ней каждое утро.
Я стараюсь бежать как можно меньше нагружая ноги. Я знаю, что он бегун, так что в конце концов он меня поймает, и я знаю, что он со мной сделает, когда это произойдет. Это самое захватывающее. Ведь даже если за тобой гонится человек, которому ты безгранично доверяешь, все равно остается страх, который пронизывает тебя при мысли о том, что тебя могут поймать.
Проходит совсем немного времени, и я слышу звук тяжелых ног Габриэля по тропе. Он не окликает меня, он останавливается и ждет, поэтому я бросаюсь за дерево. Треск ветки под моей кроссовкой мог с тем же успехом быть взрывом чертовой бомбы в тихом лесу. Я снова слышу его шаги и бегу дальше в лес, зная, что если я этого не сделаю, то меня поймают.
Тропа заканчивается, и я останавливаюсь, глядя влево, вправо, пытаясь понять, куда двигаться в темноте. Я следую интуиции и поворачиваю направо, прячусь за дерево и начинаю двигаться обратно в направлении дома, когда слышу его. Ночь влажная, и одежда уже липнет ко мне. Краем глаза я замечаю Габриэля, и адреналин подскакивает, когда он приближается. Я поворачиваюсь, чтобы бежать, но не успеваю достигнуть даже линии деревьев, как он хватает меня за волосы у корней и рывком тянет назад, к себе. Моя спина врезается в его грудь с такой силой, что из меня выбивает весь воздух.
— Поймал тебя, ненасытная девчонка. Готов поспорить, что эта тугая маленькая киска промочила твои трусики насквозь, пока ты бежала, — шепчет Габриэль мне на ухо, обхватывая мою шею и крепко притягивая к себе.
— Давай посмотрим, сколько еще беспорядка мы можем устроить, а?
Я поддаюсь панике, забывая обо всем, чему научилась во время тренировок. Все происходит как в замедленной съемке, дыхание сбивается. Я начинаю царапать и бить его, что угодно, лишь бы он ослабил хватку.
— Нет, — шепчет Габриэль мне на ухо, постукивая по бедру, напоминая, что нужно сохранять спокойствие. Это срабатывает. Я опускаю подбородок и просовываю его под руку, одновременно делая шаг и ударяя его кулаком в пах. Он отпускает меня и двигается прежде, чем мой кулак успевает коснуться его. Я падаю перед ним на четвереньки, задыхаясь, с головокружением, избитая и грязная. Он опускается на колени позади меня и приподнимает мою задницу, вдавливая мое тело в грязь, и я терплю это, потому что у меня не осталось сил бороться.
Его руки скользят по моей заднице, и он со стоном прижимает меня к своему затвердевшему члену. Я всхлипываю, когда знакомое глубокое желание охватывает меня.
Оно вспыхивает мгновенно.
Габриэлю достаточно прикоснуться ко мне, и мое тело молится ему.
— Моя порочная девочка, ты готова и стоишь передо мной на коленях. А теперь раздвинь бедра и покажи, что ты заслуживаешь моего члена, — рычит Габриэль, когда его пальцы скользят по центру моих тайтсов. Он приподнимает тонкий материал и разрывает его по шву, обнажая мою задницу и обнаруживая, что на мне нет трусиков.
— Да, блядь, — говорит он, зарываясь лицом в мою уже текущую киску, его руки сжимают мои бедра под тем, что осталось от моих тайтсов, пока он трахает меня языком.
Я все еще лежу лицом в грязи, но толкаюсь в него, вскрикивая, потому что его язык, похоже, заставит меня кончить в считанные секунды. Его руки обхватывают меня и притягивают ближе за бедра.