Моё желтоглазое чудо. Книга 2 (СИ)

— Так и было, — угрюмо откликнулась я. — Но толку? Меня все равно сгрызут волки, если я попытаюсь отсюда сбежать.
— И то так, — согласился Катахар.
И тут до меня дошло. Я даже нахмурилась, глядя в собственную кружку, где чаю оставалось уже на дне. Волки как-то общались с ним, говорили с ним… может ли он ими управлять? Что, если мне попробовать его вырубить, потом связать, а когда очнется то, угрожая его жизни, заставить отозвать волков?
Я бросила на попивающего чаек парнишку напротив. Какова вероятность того, что я действительно способна на такое?
— У тебя еще более забавный взгляд, — усмехнулся он.
Но вдруг замер, глядя прямо перед собой. Его улыбка погасла, а лицо словно бы даже побледнело, отчего и без того яркий глаз стал еще ярче.
— Что случилось? — тихо и весьма настороженно уточнила я.
В ответ он резко вскинул вперед руку, ладонью вниз, и меня словно на миг словно бы окутало темными разводами дыма. И я поняла, что не могу пошевелиться или снова заговорить.
— Ты посиди здесь немного тихонько, хорошо? — каким-то совсем отстраненным тоном, не глядя на меня, попросил Катахар. — Я сейчас вернусь.
После чего встал, вышел в гостиную и прикрыл за собой дверь. Чтобы открывалась входная дверь я так и не услышала, и позволила себе задуматься, связано ли его странное поведение с мертвым Шериданом в той комнате, или нет. Ну, и попыталась все же подергаться, но его магия держала на удивление крепко. Тогда я попыталась прислушаться. Но в доме была тишина, словно бы и нет здесь кроме меня никого. Это было странно, это пугало, и я бы задрожала, если бы могла. Но я не могла. Все, что я еще могла — это моргать, за что была весьма благодарна этому милому парнишке, который оказался, судя по всему, каким-то колдуном. Хотя благодарность эта была почти незаметна из-за злости на то, что он вообще меня заколдовал. И испуганной настороженности из-за снова свалившейся на меня неизвестности.
Что вообще происходит?!
Глава 21
Время шло, парнишка, пообещавший, что скоро вернется, не возвращался, а я начинала злиться. Несмотря на очевидные магические способности, я не боялась его. Наверное, это был тот самый случай, когда первое впечатление формирует восприятие и это восприятие потом очень сложно разрушить. И моим первым впечатлением о Катахаре было «ребенок». Хотя это я, конечно, обобщила, но сути это не меняло. Поэтому, сидя без движения, я готовила эмоционально прочувствованную поучительную речь, которую выскажу ему, когда он вернется и снимет с меня, наконец, свое заклинание. У меня не получалось быть строгой с Шериданом, потому что от него веяло силой и прожитыми годами, а еще опасностью и я совершенно не чувствовала себя уверенно рядом с ним. Но синевласый подросток — это совсем другое. По крайней мере, я на это надеялась.
Но когда Катахар все же вернулся, заготовленная речь отошла на второй план.
Еще совсем недавно полный энергии парень выглядел так, будто неделю провел в сыром подземелье без еды и воды. Он ощутимо побледнел, под глазами пролегли тени, отчего видимый глаз стал казаться еще ярче, а походка стала медленней и неуверенней. Тяжело опустившись на стул напротив, он бросил на меня беглый взгляд, шевельнул пальцами сложенных на столешнице рук и удерживающее меня заклинание исчезло.
Я открыла было рот, на ходу пытаясь понять, что именно хочу спросить, но он заговорил первым:
— Дан проснется минут через пятнадцать. Он будет слаб, но, скорее всего, зол. Он всегда зол, когда его убивают. У него будут к тебе вопросы, лучше просто отвечай, это мой тебе добрый совет. И сделай ему кофе, что ли. И мне, если можно.
Он помассировал себе виски, потом устало оперся лбом на собственную ладонь и прикрыл глаза.
Я посмотрела на его совершенно открытую для удара макушку и прикинула вероятности. Пятнадцать минут форы, волки и ослабленный колдун? Нет, из этого вряд ли что-то выйдет, определенно. Будь у меня больше времени… Я иронично хмыкнула и покачала головой. Будь Катахар простым парнем, тогда что-то может и получилось бы. Но ему достаточно дернуть пальцем, чтобы обездвижить меня. Так что даже если я успею его вырубить, заставить его помочь мне с волками у меня не получится.
 
— Ты опять подумываешь сбежать? — не поднимая головы, поинтересовался парнишка. — Об этом нужно было думать раньше, пожалуй.
— Я не привыкла причинять другим вред, — честно призналась я. — Я этого… не умею.
Возможно, и не стоило ему в этом признаваться. Но слово не воробей, как говорится. И, чтобы скрыть недовольство самой собой, я поднялась и принялась набирать в чайник воду.
— Это и не удивительно, — откликнулся из-за моей спины Катахар. — Ты же Якорь. Ты создана, чтобы поддерживать, а не сражаться. «Причинять другим вред», как ты выразилась. Ты можешь думать, что это — лишь название, и что оно относится лишь к твоим отношениям с Нейтаном, но ты ошибаешься. В этом слове твоя суть, твое предназначение, и оно накладывает свой отпечаток на твой характер, твои взгляды на жизнь. Ты должна сдерживать Граничного Короля, и для этого ты буквально генетически запрограммирована на сдержанность. На доброту, на стремление помогать. Поэтому тебе действительно сложно решиться на то, чтобы, к примеру, ударить меня.
Он замолчал, а я поняла, что забыла закрыть кран и вода течет через край. Это пришлось быстро это исправлять, отливать лишнюю воду из чайника, и только после всех этих заполошных действий я оглянулась на устало наблюдающего за мной парня и поинтересовалась:
— Ты знаешь о том, кто я?
Вопрос прозвучал подозрительно, и все же немного испуганно. Нет, если задуматься, то ничего удивительного в том, что друг моего похитителя в курсе моей истории нет. Удивительное было в том, как складно он описал… меня.
— Естественно знаю, — парнишка слабо улыбнулся. — Я приглядывал за тобой после того, как ты встретила юного Блэкэта. И попутно изучал истории прошлых Граничных Королей.
Я посмотрела на него широко открытыми глазами и попыталась отступить на шаг назад, но за моей спиной была раковина, и инстинктивное бегство не получилось от слова «совсем».
— Приглядывал? — переспросила вмиг охрипшим голосом, словно до того все же накричала на него.
— Следил, — без попыток как-то смягчить ситуацию, сообщил Катахар. — Дану нужно было покинуть город, и он попросил меня присмотреть за тобой. Узнать о тебе некоторые бытовые детали. И, поскольку с момента, как вы Блэкэтом встретились, риск для твоей жизни значительно повысился, то так же контролировал ситуацию. В случае чего я бы не дал тебе умереть раньше возвращения Дана.
Последняя его фраза отчего-то вызвала во мне наиболее сильную реакцию. Наверное, потому, что с самим фактом слежки я уже смирилась. Но с тем, что за мной приглядывали с целью защитить… Мне вспомнился тот случай, когда на нас напали ящерицы. Вспомнился тот день, когда я вполне могла околеть на том мосту и не заметить этого.
— Так, где же ты был? — подавив попытку сесть там, где садиться не на что, тихим шепотом поинтересовалась я.
— Я всегда был рядом, — он пожал плечами, потом нахмурился и потер висок, но все же продолжил. — Ты сейчас думаешь, отчего же я тогда ни разу не вмешался. Так вот. Это было ни к чему. Мне стоило бы раскрывать свое присутствие только в самом крайнем случае, но этого так и не случилось. Ты всегда… Кто-то всегда был рядом с тобой. Вы справлялись без моего вмешательства, а душевные потрясения я останавливать не умею.
— Откуда тебе было знать, что мы справимся? Что мы справимся без твоей помощи? — шок начал сменяться праведным гневом, и я говорила все громче, возмущеннее.
Хотя, возможно, все же настало время для большой и красивой истерики, а слова Катахара просто стали последней каплей в и без того переполненной чаше моего терпения, которое он считал безграничным.
— О, — он как-то особо невесело ухмыльнулся и посмотрел на меня взглядом человека, повидавшего паршивость этой жизни. — Что-что, а это я знаю всегда.