100 великих рекордов в мире автомобилей

Однако поначалу его «Соник-1» ничем не радовал своих создателей. Барахлила турбина, при повышении скорости начинала неприятно вибрировать вся машина, вихляя по трассе. На устранение недочетов ушло несколько недель, так что лишь 2 ноября 1965 года Бридлав оказался готов дать решающий бой. Он показал на трассе 893,366 км/ч, побив прошлогодний рекорд Арфонса-младшего на 18 км/ч.
А чтобы показать, насколько надежна и проста в управлении его машина, Крэг посадил за руль «Духа Америки» свою жену Ли. И она проехалась «с ветерком», установив женский абсолютный рекорд скорости – 496,566 км/ч.
Рекламщики «Гудьира» тут же разнесли весть об этом по всему миру: «Даже маленькая женщина смогла победить всех на наших быстрых и надежных пневматиках». Намек был прозрачен, как слеза: дескать, шины «Файрстоуна» уже дважды взрывались на «Зеленом чудовище», а наши настолько прочны, что Крэг Бридлав не побоялся посадить в машину мать своих детей.
Арт Арфонс скрипел зубами от ярости. Ему не оставалось ничего другого, как вновь сесть за руль, отчетливо сознавая, что его самодельный монстр может не выдержать запредельных нагрузок. Однако Арт оказался дьявольски везуч. «Зеленое чудовище» не только показало приличный результат, но и в очередной раз сохранило жизнь своему хозяину, когда во втором забеге на скорости под 950 км/ч в третий раз лопнула задняя шина. Случилось это опять-таки уже за пределами мерной дистанции. Причем автомобиль не перевернулся, а пропахав по соли многокилометровую борозду, благополучно остановился.
Судьи же тем временем подсчитали, что Арфонс-младший довел рекорд до 927,847 км/ч, став первым человеком, перевалившим рубеж «900» уже официально.
Теперь уже Бридлаву пришлось отыгрываться. И под самый занавес сезона, 15 ноября, на размокшей соляной трассе Крэг смог все-таки показать 966,547 км/ч, или 600,6 мили в час. Таким образом, пал еще и 600мильный барьер!
Перед гонщиками открывались новые горизонты. Им предстояло перевалить рубеж 1000 км/ч и вплотную приблизиться к «звуковому барьеру».
Но сделать это, по-видимому, должны были уже новые рекордные машины. Об этом с редким единодушием заявили все трое – Крэг Бридлав и братья Арфонсы – перед тем как окончательно расстаться со своим опасным ремеслом.
Бридлав после этого стал строить по заказу скоростные спортивные автомобили. Его примеру последовал Арфонс-старший. Младший же из братьев некоторое время еще стремился показать зубы, но его «зеленое чудовище» уже отжило свой век. Поняв это, Арфонс-младший снова вернулся к дрегстерам, а затем придумал новое «шоу» – гонки по стадиону на большегрузных тягачах.
  
Макс Валье – победитель в игре со смертью
 
Конструкторы тем временем стали раздумывать, какие машины должны прийти на смену реактивным болидам.
Но тут как-то нечаянно выяснилось, что придумывать уже ничего не надо. Возможно, сам того не осознавая, ближе всех к новому виду привода подошел Уолт Арфонс, создав ракетный автомобиль. Но и он не был в этом деле первым.
Оказывается, начало конструированию ракетных автомобилей положил Макс Валье, немецкий инженер и ученый, еще в начале ХХ века.
Вообще-то к автомобильному транспорту он имел лишь косвенное отношение, а был одним из пионеров и горячих энтузиастов межпланетных полетов. В 1914 году, в возрасте девятнадцати лет Макс написал фантастический роман о полете на Луну. Во время Первой мировой войны он стал военным летчиком, не раз совершал высотные полеты. Тогда у него и сложилось твердое убеждение, что будущее принадлежит реактивной авиации и ракетам.
Свое мнение в начале 20х годов прошлого века он высказал в книге «Полет в мировое пространство: техническая возможность». Книжка получилась удачной, в Германии она выдержала шесть изданий. Теперь надо было от слов переходить к делу, а это требовало денег. Валье же не был богат и даже полученных за книгу гонораров на задуманные опыты с ракетами не хватало. Надо было искать спонсоров.
Финансовую поддержку изобретатель неожиданно для себя нашел у известной автомобильной фирмы «Опель». Сам глава фирмы Фриц фон Опель согласился оплатить расходы на проведение опытов, в частности с ракетными автомобилями. Для начала решили установить на багажнике серийного «опеля» пару ракет калибром 50 и 90 миллиметров и развить максимально возможную скорость с их помощью.
  
Макс Валье рвался сам совершить первую поездку на ракетном автомобиле, но глава фирмы доверил управление своему инженеру Курту Фолькхарту, бывшему автогонщику.
Подготовка к старту ракетного автомобиля Макса Валье
«Фолькхарт сидел за рулем, нагнувшись над ним и готовясь быть как бы выстреленным из пушки; он намеревался применить все свое искусство опытного гонщика для обуздания автомобиля, – вспоминал позже в своей книге Макс Валье. – Все остальные присутствующие воспользовались прикрытием на случай возможного взрыва ракет и взволнованно ждали предстоящих событий».
Но взрыва не последовало. «Автомобиль, мягко тронувшись с места, пришел в движение, однако едва смог набрать скорость беглого шага. Такой была первая в мире поездка с помощью ракет», – констатирует Валье.
Поняв, что нужно увеличить мощность ракет, при следующем испытании вместо ракеты с «18килограммовой» тягой установили «220килограммовую». Фолькхарт сел за руль, сзади подожгли запальный шнур ракеты. Пока он горел, пилот с помощью обычного мотора разогнал автомобиль до 30 км/ч. И тут сработала ракета. За полторы секунды скорость машины возросла с 30 до 75 км/ч. «Еще бы 10 секунд такого разгона, и я побил бы мировой рекорд скорости!» – воскликнул гонщик после испытания.
Для рекорда понадобился другой, уже специально сконструированный, ракетный автомобиль, получивший название «Опель-Рак 1». От обычной гоночной машины тех лет он отличался наличием сзади насадки уже с 12 пороховыми ракетами 90го калибра.
Опыты с новым авто начались 11 апреля 1928 года на испытательном поле фирмы «Опель» в Рюссельхейме. Поначалу их проводили без публики и прессы. И не напрасно: во время одного из пробегов произошел взрыв в ракетном отсеке. К счастью, ни водитель (все тот же Фолькхарт), ни автомобиль не пострадали. И опыты были продолжены. Наконец, «Рак 1» было решено продемонстрировать зрителям.
Гонщик должен был проехать по треку целый круг, то есть около полутора километров, с максимально возможной скоростью. Автомобиль зарядили полным комплектом ракет. И вот – старт! Автомобиль сорвался с места, как рассказывал Валье, «с захватывающей дух быстротой». Спустя несколько секунд он уже несся мимо трибун со скоростью более 100 км/ч. Под аплодисменты и восторженные крики собравшихся ракетная колесница промчалась полный круг и благополучно остановилась.
Однако анализ показал, что во время пробега колеса автомобиля начали отрываться от земли. Поэтому при следующем старте Фриц фон Опель впервые в мировой практике применил антикрылья. Они были установлены так, чтобы не поднимать, а прижимать автомобиль к земле. На смену 12ракетному «мотору» установили связку из 24 ракет, так что Фриц, сам осмелившийся сесть за руль, смог достичь скорости 230 км/ч!
Опель позднее так описывал свои ощущения во время этого крайне рискованного пробега: «Я нажимаю на педаль зажигания. Позади меня раздается вой, и я ощущаю резкий бросок вперед. Снова жму на педаль, затем еще раз и, как бы охваченный яростью, – в четвертый раз… Позади меня бушует неудержимая сила».
Как вспоминали очевидцы, пробег сопровождался клубами дыма, громом оглушительных ракетных выстрелов и восторженным ревом 2000 зрителей. Между тем батарея из 24 ракет содержала в общей сложности 120 кг пороха. Взорвись эти ракеты одновременно, мощности заряда было бы достаточно, чтобы разнести трехэтажный дом.
Сам Опель, похоже, осознавал величину опасности. И установив рекорд скорости на автодроме, он решил перенести эксперименты на железную дорогу, оснастив ракетами дрезину. Стальные рельсы более ровные, чем трассы автодрома, но гладкими сами испытания назвать никак нельзя. К счастью, дрезина держалась на рельсах и без пилота, а потому старты проходили без участия гонщика. Достичь запланированной скорости в 400 км/ч так и не удалось – во время одного из запусков дрезину разнесло в клочья.