"Фантастика 2023-139". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Да и чутье с некой ленивой осведомлённостью подсказывало, что в ресторане хватало подозрительных лиц, которые со скрытым интересом наблюдали за происходящим. И сейчас я говорю не о парочке пристроившись у дальнего столика Голицыных.
— Думаю, теперь мы можем приступить к самому разговору, ‒ расслабленно начал я, удобнее устраиваясь на кресле. ‒ Я вас внимательно слушаю. Зачем вы хотели меня видеть?
— За-Захар… ‒ нервно сглатывая и продолжая теребить свою сумочку дёргано заговорила Разумовская. ‒ Если честно, то… то я не знаю, как тебе это сказать…
— Говорите, как есть, ‒ снисходительно улыбнулся я.
— Тогда ответь, пожалуйста, честно. Почему… почему ты согласился на эту встречу? Ты мог спокойно меня отвергнуть. По существу, я тебе никто. Зачем ты совершил такую глупость?
Глупость? Бездна, так мы приступаем сразу к делу? Тем лучше. Не люблю ходить вокруг да около…
— Если честно, то слушайте тогда внимательно, Софья Сергеевна, ‒ наигранная улыбка мгновенно померкла, и на лице образовалась моя обычная кривая гримаса полного равнодушия. ‒ Я люблю совать свой нос в чужие дела. Люблю разрушать чужие планы. Люблю насмехаться и истязать своих недоброжелателями и наблюдать за их эмоциями. Но больше всего я люблю убивать с особой жестокостью тех, кто счел себя достойным стать моим заклятым врагом. Такова моя натура. Признаюсь вам не кривя душой. Я весьма хладнокровный… человек, но сегодня впервые моё хладнокровие дало трещину, и вы представить себе не можете в какой я сейчас ярости нахожусь.
Стоило мне договорить, как на лице женщины появились следы нарастающей паники, не сдержавшись она вздрогнула, глаза её покраснели, и та взволновано и чуть не плача зашептала.
— Тогда зачем ты согласился на эту встречу? Почему?.. Я ведь для тебя абсолютно чужой человек. Я специально наплела им разного с три короба, чтобы в итоге все их планы пошли крахом. Тогда выжил бы хоть ты. Ведь и так своими выходками достаточно принесла тебе вреда. Я дрянная и никчемная мать. Как для одного, так и для другого ребенка. Мне прекрасно известно, что для них мы лишь расходный материал.
Расходный материал? Бездна, таким образом меня еще не оскорбляли. К тому же с её слов получается, что обо мне заботились. Сейчас растрогаюсь и расплачусь.
— Софья Сергеевна, видимо, вы меня плохо слушали. Поэтому советую перейти к сути.
Несколько секунд женщина смотрела на меня с невероятной безнадёгой и виноватым взглядом, а после умостив перед собой сумочку и положив сверху на неё руки, та вновь тихо прошептала.
— В таком случае, расскажу всё как есть и не буду ничего скрывать. Ведь мы не более, чем пешки на шахматной доске. Тебе нужно проиграть сегодня бой Селене Валуа и выпить фужер этого вина. В нём парализатор всех магических способностей. Не выпьешь и мне придется активировать взрывной артефакт и тогда здесь всё взлетит на воздух, ‒ замогильным тоном заключила женщина, не в силах встретиться со мной взглядом.
Что? И это всё? Чтоб меня херувимы на свои копья света вознесли! Как бездарно…
— И они не бояться, что Австро-Венгрию обвинят в нападении на столпа другого государства? ‒ спросил больше для проформы, вертя в руках фужер с багровой жидкостью. ‒ А если бы я отказался от встречи?
— Я всё еще являюсь подданой Российской Империи. Хоть и опальной. К тому же еще и твоей… матерью. Это усложнит дело. Поэтому сказать они смогут всё, что угодно, ‒ обреченно и совсем тихо призналась Разумовская. ‒ Если бы ты отказался, то я должна была продолжить свои попытки до самого конца. Тогда бы артефакт был задействован иначе.
Так-так-так. Отлично. Просто отлично. Мне повезло. Люблю короткие пути. Не зря я его выбрал. Но нужно узнать, кто за этим стоит.
— Как понимаю, за нами сейчас некто наблюдает, чтобы всё в случае чего подтвердить? ‒ с кровожадной улыбкой осведомился я.
Камер и посетителей здесь было хоть отбавляй.
— Такие же, как и я. Глупые люди… ‒ кивнула виновато женщина.
— Что ж, да будет так, ‒ ухмыльнулся весело я.
И размеренными глотками прямо на глазах у ошеломленной Софьи выпил сразу весь фужер и долил себе мгновенно еще для продолжения банкета.
— Дрянь редкостная, но что не сделаешь ради сладкой мести и крови на врагов на своих руках, ‒ довольно изрёк я, смачно прищелкнув языком.
Наверное, я должен был почувствовать какую-либо слабость или что-то в этому духе, вот только рунному телу было на это плевать с высокогорных вершин Зеленвальда.
— Ты… ты так просто согласился?
— А отчего нет, Софья Сергеевна? Так интереснее. Я редкостный эксцентрик. А теперь, раз все уговоры выполнены, то расскажите мне, кто за всем этим ст…
Но договорить я не успел и попросту осекся, потому как стоило проанализировать весь разговор с Разумовской в голове еще раз, как мозг ухватился за одну нелепейшую деталь, и от полного осознания ситуации пришлось нахмуриться.
Твою мать! Почему меня так это заботит? Когда я стал таким мягкотелым? Мне ведь должно быть всё равно! Суккубья кровь! Пожрите меня мертвецы вечного поля битвы! Почему всё происходит именно так? Неужели я настолько зациклен на произошедшем?
— Что еще за другой ребенок?.. ‒ вырвалось самопроизвольно у меня.
Стоило мне задать вопрос, как та нервно сглотнула и лишь после поняла, что до этого сболтнула лишнего.
— Дочь… у меня есть дочь… Анжелика. Она сейчас у них.
— Сколько ей лет? ‒ безэмоциональным тоном вопросил я.
— Пять. Пять лет…
Пять лет. Занре… Занре было столько же, когда до моих родных добрались пожиратели плоти. Бездна, и почему всё именно так? Зачем всё так усложнять? Неужели опять? Занра, Лиза и… вот она. Да, я знаю. Я виноват в их смерти и буду нести это бремя до конца. Какая же насмешка судьбы, не иначе…
Глава 19. Демоны прошлого и начало пятого дня…
Ох, Бездна, есть огромная вероятность того, что реанорец попросту не доживет до своей славной кончины на поле боя или тихой смерти в тёплой постели, ведь свихнуться такими темпами я могу гораздо быстрее.
Суккубья кровь! Вот же дрянь! Провались оно всё в необъятную пропасть!
— Ты знаешь, где её держат? ‒ тихо спросил я, пытаясь унять всколыхнувшееся порывы вины и стыда, стоило вспомнить об убитых родных. ‒ Девочка здесь в Вене?
— За-зачем… тебе это знать? ‒ шепотом отозвалась Разумовская, нервно сглатывая и с опаской косясь на меня.
— Софья Сергеевна, я уже вам сказал, что ранее был в ярости, а сейчас я в полном раздрае. Поэтому, если вы хотите, чтобы ваша дочь осталась жива, то отвечайте на мои вопросы. Если повезет, думаю, вы сможете с ней еще увидится. И нет, не надо смотреть на меня с такой надеждой, ‒ осёк я тотчас женщину, ведь в глубине её глаз вспыхнуло нечто светлое. ‒ Делаю я это не для вас, и даже не для неё, а лишь для самого себя.
— Да… Прости меня, Захар. Конечно… ‒ быстро закивала горе-мамаша. ‒ Мне дают с ней немного поговорить и пару раз я слышала венские колокола. Она должна быть здесь.
Что ж. Ладно. Она запутавшаяся баба, но отнюдь не глупая. Уже лучше. Похоже, я знаю, кто поможет мне в этом деле. Точнее просто обязан помочь. Пора требовать свои долги. Зуб даю, людей у него здесь достаточно. Не зря ведь горбачусь ради Потёмкиных и светлого будущего империи. Да и не думаю, что советник просто так затеял всю эта канитель с Острожской и Разумовской. Правда, не знаю точной последовательности их действий. Неужели он сыграл на опережение? Кажется, я начинаю догадываться, кто является тем самым кукловодом. Да и сам светлый князь задницу себе без причины не почешет. Эти два старых мастодонта друг друга стоят.
— Где отец девочки? Почему не помогает? ‒ задал я логический вопрос, продолжая демонстративно цедить непонятную бурду из фужера, параллельно с этим пытаясь отследить всё лишнее внимание.
Странно. Здесь не только Голицыны, но и, похоже, один из статских Потёмкина тоже. Знакомая аура. Значит, советник уже в курсе.