Лезвие на воде (СИ)

– Поздравляю! – еще крепче обнимаю Хиларию, искренне радуясь за нее.
Я, конечно, знала, что так будет, но не ожидала, что так быстро.
– Ты не против? – смотрит на меня светящимися глазами.
– Как я могу быть против?
– И не будете больше ругаться?
– Все зависит от него. – моментально отвечаю.
– Все зависит от нее. – раздаётся голос Оберона за нашими спинами одновременно с моим, а следом раздается звонкий смех Хиларии.
– Надеюсь я не пропустил все веселье? – наконец-то появляется Данте.
– Ты вовремя Данте. Я только что рассказала Эйрин о нашей с Обероном свадьбе.
– Через три месяца, на границе, ты свидетельница вместе с Данте. – чеканит Оберон. – Хотя я предлагал выбрать в качестве свидетельницы кое-кого другого. – сразу после сказанного Оберон получает локтем под дых от Хиларии.
– Замечательно. Я так за Вас рада… Почему именно на границе?
– Хотим, чтобы все видели, что преград для любви нет. Кем бы вы не были стихийниками, полукровками, перевертышами или пожирателями неважно. Любовь может разбить любые барьеры.
Мне совершенно непривычно слышать такие речи от Оберона, но я вижу то, как он смотрит на Хиларию, так нежно и с такой любовью, что я готова принять его с любыми недостатками, только бы он делал ее счастливой и ее светящийся взгляд никогда не потух. В противном случае его взгляд потухнет в тот же момент.
– Надеюсь, что после нашей свадьбы мы сможем погулять еще на одной. – Хилария заговорщицки бросает взгляд на меня и Данте.
– Я тоже надеюсь на это… – отвечает Данте, не отрывая от меня своих черных глаз.
***
Весь праздник мы веселимся и танцуем.
Я и Данте отдаляемся от шумной толпы глубже в лес и вскоре выходим к небольшому водопаду.
– Это не совсем тот водопад у которого мы впервые встретились, но все же. – сбивчиво произносит Данте и становится на одно колено.
– Выходи за меня! – произносит Данте, протягивая мне кольцо.
Сердце в груди замирает и затем падает куда-то в пятки. Я столько раз представляла этот момент в голове и вот это происходит в реальности.
– Я не могу… Сейчас. – сама не веря в то, что говорю, отвечаю Данте.
– Почему?
– Я уже говорила тебе, мне нужно помочь родителям восстановить поместье.
– Я могу помочь!
– Нет! Мы сделаем это сами. У меня будет хорошее приданое. Я знаю, ты сейчас скажешь, что тебе это не нужно, но это нужно мне.
Если раньше у меня не было ничего, то я была готова смирится с этим и не переживала по этому поводу, но я не могу согласиться сейчас. Мои родители должны как положено проводить меня из дома.
– Хорошо, я подожду, но, когда я встану второй раз на одно колено, то не приму отказа, если надо будет поведу силой под венец.
***
На следующее утро, проверив, что все слуги заняты приведением в порядок поместья, я запрягаю Амрита и отправляюсь в город.
Поместье моей семьи находится недалеко от Судрога, сердца Клана Четырех Стихий. Проезжая сквозь села и добравшись до столицы, я заезжаю на рынок и останавливаюсь в тавернах, чтобы послушать, о чем говорят стихийники, боясь, что могут найтись недовольные объединением с людьми и снятием барьера.
И мои страхи подтверждают разговоры торговцев, о том, что конкуренция на рынке теперь возрастет, и недовольство некоторых жителей тем, что стихийники просто простили людям все их издевательства и теперь, скованные клятвой, вынуждены жить в навязанном мире. Кто-то даже вспоминает добрым словом Агирика. Но большинство рады, что их родные вернулись домой и можно больше не бояться выйти за пределы леса.
На обратном пути проверяю как идет работа на полях по подготовке почвы к посадке нового урожая. Работают на земле в основном стихийники земли и воды. Удостоверившись, что все в порядке, возвращаюсь домой.
Поздним вечером застаю мать и отца в библиотеке. Мама разбирает завалы документов и разбирается с амбарными книгами поместья. Отец проверяет отчеты, присланные со всех Академий Стихий. Через пару дней он поедет к ним с проверкой, чтобы указать на пробелы в отчетах или обнаружить нестыковки отчета с реальной системой и условиями обучения.
 
– Эйрин, уже вернулась? Как съездила? – отвлекаясь от громадных тетрадей, интересуется мама. – Абелайо, – мама старается отвлечь отца от бумаг, – дочь твоя вернулась, отвлекись на минуту.
– Оу, милая, прости, весь в бумагах, столько дел накопилось за все эти годы…
– Может я могу помочь?
– Милая, ты уже нам хорошо помогаешь, сегодня объехала владения, все хорошо? Были проблемы?
– Все хорошо, люди работают, поля готовятся к посеву.
– Ну вот и отлично.
– Было бы неплохо, если бы ты приняла завтра стихийников. У многих будут вопросы по объединению с людьми.
– Конечно, я приму их.
***
– На каком основании был подписан этот договор? Люди и раньше притесняли нас, а теперь мы бессильны против них! – возмущается один из мужчин, что пришел сегодня на аудиенцию.
Остальные стихийники молча кивают, поддерживая своего знакомого.
– Повторю еще раз, согласно данному договору, теперь ни один стихийник не сможет навредить человеку.
По комнате снова разносится недовольные голоса и мне приходится пару раз ударить по каменному полу посохом, призывая собравшихся к молчанию.
– Также ни один человек больше не сможет причинить вред стихийнику! Властители Долин и Властитель Стихий всем объявили о заключении договора и были готовы выслушать всех недовольных! Где тогда были вы? Почему не выступили против объединения, а высказываете мне все это сейчас? – я обвожу взглядом собравшихся. – В любом случае, решает большинство голосов. Стихийники, люди и полукровки согласились. Договор заключен. Впредь, всякий кто будет жаловаться безосновательно, без предоставления доказательств причинения материального, физического или морального вреда со стороны человека в адрес стихийника и наоборот – будет оштрафован! Все конфликты, возникающие между людьми и стихийниками будут решаться только путем переговоров или суда. Иные способы разбирательств, такие как рукоприкладство – под запретом. Наказание настигнет виновных в тот же момент. Вы все прекрасно видели демонстрацию действия клятвы. Подумайте тысячу раз прежде, чем совершить глупость!
После высказанного мной на совете предложения по введению штрафов, Тюрин назначил меня ответственной по урегулированию конфликтов на территории стихийников. Введение новой системы штрафов было согласовано с Тюрином, а он в свою очередь согласовал с Властителями Долин.
Только после объявления о введении штрафов число возмущающихся поубавилось, но не сильно. Любители попытать ума продолжают записываться на аудиенцию каждую неделю и мне приходится для всех повторять одно и тоже.
Я провожу несколько заседаний по заявлениям стихийников, которые жалуются на продолжение притеснений со стороны людей на территории долин. В основном поступают жалобы на торговцев, которые отказываются продавать товар стихийникам, в основном это происходит в небольших деревнях и селах, в городах таких проблем практически нет.
Я отправляю письма от имени Тюрина Властителям Долин, на территории которых поступают жалобы, а затем направляю людей с тайной проверкой. Я хочу лично отправиться с проверкой по всем заявлениям и заскочить по пути к Данте, но стоит рассмотреть одно дело, как появляется десять новых.
На следующей неделе мне очень долго приходится объяснять женщине о том, что ее жалоба на то, что в школу боевых искусств людей не принимают ее ребенка-стихийника не обоснована, так как ее сын должен обучаться в специализированной боевой школе для стихийников.
– Но мы подписали мирный договор! Мы снова живем бок обок, но при этом мой ребенок не может учиться с простыми людьми? Какой смысл в объединении?
Смотря на эту недовольную женщину, я удивляюсь на сколько можно быть такой глупой, неужели до нее действительно не доходит или она притворяется и просто хочет пощекотать мне нервы?