Обрести любовь (ЛП)

— Да, мэм.
Я смеюсь и хлопаю его по груди, и Уайлдер снова удивляет меня, беря за руку. Он переплетает наши пальцы и кладёт наши соединённые ладони прямо себе на сердце.
Я продолжаю называть группы мышц, на которых нужно сосредоточиться, двигаясь от коленей к бёдрам, туловищу, плечам, рукам, шее и, наконец, к макушке головы.
— Теперь почувствуй всё своё тело, его вес на матрасе. Вдохни, расслабь тело, выдохни и расслабься, — я повторяю последнюю фразу несколько раз, отмечая ровное дыхание Уайлдера. Он спит, и уже давно ничто не доставляло мне столько радости.
Я придвигаюсь чуть ближе, прижимаясь щекой к его плечу. Он даже не вздрагивает. Я засыпаю с улыбкой, чувствуя себя состоявшейся и полностью удовлетворённой.
Я не знаю, что принесёт завтрашний день, но я рада, что смогла подарить одинокому горцу ночь спокойного сна.
  
5
 
Уайлдер
— Почему ты так на меня смотришь? — спрашивает Ари на следующий день за ужином.
— Например, как? — бормочу я, делая глоток воды. Я прекрасно понимаю, что она имеет в виду, просто не знаю, как ответить.
— Как будто я ведьма или что-то в этом роде.
Эта женщина. Я давлюсь смехом, пытаясь проглотить свой напиток, что приводит к приступу кашля.
— Полагаю, в каком-то смысле так оно и есть, — говорю я ей. — Прошлой ночью ты наложила на меня какое-то заклятие. Я не могу вспомнить, когда в последний раз снова засыпал после того, как мне приснился один из моих кошмаров. Чёрт возьми, я не просто снова заснул, я проспал почти полдня.
Я не думал, что Ари может стать ещё красивее, но, когда она смотрит на меня своими зелёными глазами, сияющими от гордости, мне приходится приложить немало усилий, чтобы не смахнуть всё с кухонного стола и не притянуть её к себе для поцелуя.
Но это было бы совершенно неуместно. Ари нуждалась в помощи, и я был бы полным придурком, недостойным её любви, если бы воспользовался этим.
Притормози.
Любви? Откуда взялась эта мысль?
— Я рада, что это помогло, — говорит Ари, и её лёгкий голос мягко возвращает меня в настоящее.
Когда я проснулся этим утром, Ари сидела на кровати рядом со мной и читала один из моих старых романов в жанре вестерна, который я привёз сюда в коробке прошлой весной. Она была такой умиротворённой и сияющей, и на мгновение всё это показалось мне знакомым. Как будто мы делаем это постоянно.
Самое безумное, что я хочу этого. Я не знаю, как это произошло так быстро, но эта женщина ворвалась в мою жизнь самым неожиданным образом, и теперь я не знаю, смогу ли её отпустить.
— Итак, ты собираешься рассказать мне, почему я нашёл тебя застрявшей на дереве прошлой ночью? — спрашиваю я, внезапно испытывая потребность узнать о ней всё. Она вызывает у меня беспокойство, но в хорошем смысле. Я думаю. Присяжные до сих пор не пришли к единому мнению.
Щёки Ари слегка краснеют, и она осуждающе закатывает глаза.
— Ты будешь смеяться.
— Попробуй, — говорю я ей с серьёзным выражением лица.
— Ходили слухи о паранормальных явлениях в старом шахтерском городке, который ты купил в прошлом году.
— Паранормальная активность? В моём городе? — Не уверен, чего я ожидал, но уж точно не этого.
— Ну, никто не знал, что земля была куплена. Все думали, что она заброшена. За последний год туристы фиксировали странные происшествия, например, свидетельства недавних пожаров, которые, по-видимому, были контролируемыми и, возможно, носили ритуальный характер.
— Они должны были расчистить заросли на строительной площадке и проложить подъездную дорожку к базе, — ворчу я.
— Теперь я это понимаю, — произносит Ари. — Очевидно, что вся моя история провалилась, но, по крайней мере, я сделала несколько потрясающих набросков во время похода сюда. Обычно я продаю свои наброски онлайн или использую их в качестве бесплатных призов для своих подписчиков… но я не уверена, что этого будет достаточно, чтобы это маленькое приключение продолжалось ещё долго.
Её плечи опускаются, когда она замыкается в себе. Она выглядит подавленной, и я ненавижу это.
 
— Возможно, тетя Морин была права. Возможно, мне нужно отказаться от этой глупой фантазии – писать о путешествиях.
Я знаю, что она больше разговаривает сама с собой, чем со мной, но мне всё равно. Мне нужно знать, кто такая эта Морин. Она, очевидно, сказала Ари, что её мечты глупы, и мне это не нравится.
— Пишешь о путешествиях? — спрашиваю я, надеясь узнать больше. Я чувствую себя совершенно потерянным и ничего не знаю о её профессии, но я могу научиться.
— Если быть точным, пишу о паранормальных явлениях, связанных с путешествиями. — Обычно яркая улыбка Ари тускнеет, и она избегает смотреть мне в глаза. Она пожимает плечами, и по тому, как она держится, я могу сказать, что её волнует моё мнение. — Я исследую и посещаю места с привидениями, хорошо задокументированные наблюдения НЛО и кладбища, а также записываю и пишу о своих впечатлениях в интернете. У меня есть блог и интернет-магазин, и я также пишу несколько статей для нескольких независимых издательств. У меня всегда с собой альбом для рисования. Я документирую свой процесс и зарисовываю то, что меня вдохновляет. Я знаю, это странно, и большинство людей этого не понимают, но...
— Это невероятно, — искренне говорю я ей. — Я никогда даже не слышал, чтобы кто-то делал это, но вот ты здесь, и у тебя это получается.
— Ну, я не уверена, что зашла бы так далеко. Ты только что снял меня с дерева, потому что я была совершенно не подготовлена к ночному походу в горы.
— Но ты живешь на своих условиях, — возражаю я.
Ари, наконец, смотрит на меня, и её глаза наполняются слезами. Она не даёт им пролиться, хотя кивает, давая мне понять, что это всё, чего она добивается. Жизнь на её собственных условиях. Я понимаю. Я пытаюсь делать то же самое, но в моей жизни гораздо больше сложностей и багажа.
— В любом случае, это моя цель, — говорит она, незаметно вытирая набежавшую слезу. — Моя тётя Морин считает, что мне нужно бросить это и найти нормальную работу. Она никогда не понимала, что я верю не во все истории о привидениях или паранормальных явлениях. Но я готова признать, что существует нечто большее, чем мы можем себе представить.
Я завидую её оптимизму, хотя и знаю, что её жизнь была нелёгкой. Ари лишь вкратце рассказала о страшной потере своих родителей, когда она была маленькой, и, похоже, её тётя была не очень заботливым опекуном.
— Ты нашла страсть. Цель. Большинство людей всю жизнь обходятся без неё.
Ари мягко улыбается мне, и на несколько долгих мгновений наши взгляды встречаются. Я думал, что знал своё предназначение, когда пошёл в армию, но после инцидента всё пошло прахом. Буквально. Но сейчас, прямо здесь, в этот момент, я думаю, что, возможно, нашёл свою новую цель.
— Эм, что ж, спасибо, — шепчет она, прежде чем отвести взгляд. Ари прочищает горло и оглядывает хижину, явно надеясь отвлечься. — Итак, я думаю, мне, наверное, стоит поискать кого-нибудь, кто подвёз бы меня к подножию горы. Моя машина припаркована на одной из ночных стоянок у начала тропы на южной...
— Останься, — выпаливаю я. Ари пристально смотрит на меня, и я запинаюсь на каждом слове. — Я имею в виду, твоя лодыжка, наверное, всё ещё болит. Лучше дать ей немного отдохнуть перед уходом.
Ари, прищурившись, смотрит на меня, и мне интересно, видит ли она, как от меня волнами исходит отчаяние. Я не хочу, чтобы она уходила. Это волшебное создание вошло в мою жизнь, прошептало нежные слова прощения и наложило на меня усыпляющие чары. Я не могу её отпустить.
— Я не хочу тебе мешать, — начинает она.
— Ты не будешь. Кроме того, я не собираюсь оставлять раненую женщину одну в дикой местности.
— Это асфальтированная парковка, за безопасное хранение на которой я заплатила слишком много. Вряд ли её можно назвать дикой местностью. — Её слова говорят одно, но её тон и милая улыбка говорят совсем другое. Я думаю, моей Ари нужна причина, чтобы остаться.