Меня не обманешь!

— Все хорошо, мой милый, — пробормотала она. — Никто тебя не обидит.
Лукас быстро застегнул ошейник на шее Перси, прикрепил поводок и осторожно взял собаку из рук Джослин.
— Немного погуляем и вернемся. Я обещаю, — обратился он к Перси.
В ответ пес быстро лизнул его в подбородок.
— Мне кажется, что я ему нравлюсь, — удивился Лукас. Было видно, что ему приятно.
— Почему же нет? Ты очень симпатичный, — заметила Джослин.
Лукас потянулся к ней и быстро поцеловал в губы.
— Ну, спасибо! Но я не удивлен, что ты сказала это. Мы ведь женаты.
— Исходя из того, что мне пришлось видеть, брак не гарантирует, что муж и жена нравятся друг другу, — сухо сказала Джослин.
— Значит, мы с тобой исключение, которое доказывает это правило, — возразил Лукас, — потому что ты мне не только нравишься. Я люблю тебя. Я испытываю к тебе страсть, которую пока не могу удовлетворить. — В его голосе прозвучала жалобная нота.
— Через месяц, — с трудом произнесла Джослин, мучаясь от чувства вины.
— Через месяц, — повторил Лукас, подхватив пса и направляясь с ним к двери.
Пока Лукас выгуливал Перси, Джослин поспешно устроила для Макса туалет, который она показала ему, осторожно вынув кота из сумки. Он немедленно устремился в отведенное место, воспользовался им, а затем изучающее посмотрел на Джослин.
— Какой ты умный котик! — похвалила она его. — Ты не хочешь помочь мне найти место для ваших постелей?
Ободрившись тем, что кот не пытается сбежать от нее, Джослин взяла стальную кровать для собаки и матерчатый домик для кота в форме иглу и оглядела комнату.
— Не слишком близко к огню, — тихо сказала она Максу. — И не у внешней стены, потому что там холоднее. Вот здесь тебе нравится? — Она поставила кровати у стены, отделявшей кухню от гостиной. — Можешь попробовать, — обратилась Джослин к коту. — Если хочешь, — добавила она, увидев, что он следит за ней, не отводя взгляда.
Дверь открылась, и появился Лукас, держа Перси на руках.
— Интересно, продается ли обувь для собак? — обратился он к Джослин.
— Если продаются ошейники с искусственными брильянтами, то, возможно, обувь тоже продается. Почему ты хочешь купить ему обувь?
— Потому что у него намокли лапы. Чем бы их вытереть?
Джослин поспешила в ванную за полотенцем и тщательно вытерла лапы Перси.
— Мне кажется, что у него будут постоянные проблемы, когда опять выпадет снег. У него слишком короткие лапы.
— Я расчищу ему место для прогулок, — пообещал Лукас, осторожно сажая пса на спальное место.
Перси немедленно спрыгнул и подбежал к коту. Он обнюхал его, словно желая убедиться, что с его приятелем все в порядке, а затем парочка дружно поспешила к кровати Перси и вскарабкалась на нее.
— Я думаю, что они привыкли быть вместе, — заметил Лукас.
— Вероятно. Но мне кажется, что, как только они освоятся, Макс займет свой домик. Я принесу им что-нибудь поесть, а ты распакуй иллюминацию, хорошо?
У двери в кухню Джослин остановилась.
— У нас есть стремянка?
— Если ее нет, то мы можем использовать кухонный стул. По-моему, он достаточно высокий.
— Кухонный стул! — Джослин с негодованием посмотрела на Лукаса. — Это же настоящие кленовые стулья!
— Ну и что? Клен, из которого они сделаны, рос на открытом воздухе многие годы и, между прочим, в любую погоду.
— Да, но…
— Никаких «но»! Иллюминацию мы повесим сегодня, даже если нам придется воспользоваться кухонным стулом.
— Ладно, — сдалась Джослин, напомнив себе, что это его стул. Если он хочет использовать его как скамеечку для ног, это его дело.
— Я схожу в гараж и посмотрю, есть ли та какое-нибудь оборудование, — объявил Лукас.
— Я присоединюсь к тебе через минуту, сказала Джослин, надеясь проверить телефонные сообщения в своей квартире, пока его не будет в доме.
Лукас забрал сумки с лампочками и вышел. Его лицо светилось радостным ожиданием, и у Джослин от нежности сжалось сердце.
Быстро накормив животных, она достала из сумки сотовый телефон и набрала свой номер.
О чем он говорил? — недоумевала Джослин, нажимая кнопку повтора. Автоответчик покорно повторил сообщение:
 
— Послушай, куколка, ты здорово придумала, как убрать с дороги старину Лукаса! Сегодня я обыщу его квартиру и найду пропавшее завещание. Продержи его там часов до одиннадцати. Нам же не нужно, чтобы он появился, обнаружил меня в своей квартире и понял, почему ты так настойчиво завлекала его в Вермонт, так ведь?
В его словах ясно чувствовалась угроза: помогай мне или…
Джослин выключила телефон, положила его в сумку и, опустившись на кушетку, задумалась.
Сегодня вечером Билл собирается обыскивать квартиру Лукаса. Но чтобы обыскать его квартиру, Билл должен взломать дверь, потому что Лукас никогда бы не дал ему ключ.
Что произойдет, если она позвонит в полицию и сообщит о том, что кто-то в отсутствие Лукаса собирается ограбить его квартиру? Полиция, несомненно, будет вести наблюдение, и Билла схватят на месте преступления.
Однако, подумав о том, что случится после задержания Билла, она опять впала в отчаяние.
Билл будет утверждать, что он сводный брат Лукаса и имеет право находиться в его квартире. Полицейские вызовут Лукаса, чтобы проверить заявление Билла. И что же произойдет? Лукас не сможет вспомнить своего сводного брата. Даже если он спросит ее, что делать, и она настоит, чтобы Лукас подал на Билла в суд, Билл не успокоится. Он не только наговорит Лукасу сплошную ложь об их прошлогоднем так называемом романе, но и Лукас обязательно узнает, что она ему не жена. Невозможно предугадать, как подобное открытие подействует на его состояние. Нет, открытая конфронтация с Биллом не годится.
Что может произойти, если она никак не отреагирует на его сообщение? Джослин погрузилась в размышления. Что, если допустить, чтобы Билл обыскал квартиру Лукаса?
Ничего не произойдет, пришла она к выводу. Так как там нет никакого завещания, т Билл не обнаружит ничего, что может причинить Лукасу неприятности.
Джослин нахмурилась. Ей очень не хочется, чтобы это сошло Биллу с рук, но у нее не выбора.
Одно хорошо: мужчина, которого она мельком видела в городе, не Билл. Ему, возможно, удалось как-то узнать, где они, но сам Бил еще в Филадельфии.
— Эй! — Лукас просунул голову в дверь. — Пойдем, Джослин. Я нашел в гараже двухметровую стремянку. Иди же!
— Иду! — Джослин вскочила, обрадовавшись, что она может больше не думать о Билле.
Она быстро надела куртку, натянула на уши шерстяную шапку и тогда заметила, что животные внимательно следят за каждым ее движением.
— Будьте умниками. — Она потрепала Перси по голове и погладила Макса по спине. — Если мы вам понадобимся, завойте, и мы тут же прибежим.
Макс ответил на ее слова невозмутимым молчанием, но Перси неуверенно вильнул хвостом.
Схватив кожаные перчатки, Джослин поспешила за Лукасом.
Он установил лестницу на углу дома и взял в руки связку лампочек-сосулек.
— Я буду вешать их, а ты держи лестницу, — сказала Джослин.
— Почему же я не могу встать на нижнюю перекладину, чтобы повесить лампочки? — возразил он. — Дом не так уж высок.
— Падение есть падение, откуда бы ни падать, — упрямо сказала она. — Я не смогу удержать тебя, если лестница внезапно заскользит по снегу, а ты сможешь поймать меня, если я буду падать, — Джослин попыталась воззвать к его разуму.
— Гмм, — в глазах Лукаса загорелся озорной огонек. — Может быть, да, а может, и нет, медленно сказал он.
Джослин непонимающе посмотрела на него.
— Как это?
— Не забывай, что я нахожусь в ослабленном состоянии, — напомнил Лукас. — Ты приняла это во внимание?
В том, что касается ее, он совершенно не ослаблен, подумала Джослин, чувствуя, как у нее внезапно пересохло в горле, когда Лукас подошел совсем близко и остановился рядом.
— Нам нужно проверить.
— Ну, конечно, — пробормотала она, не представляя, о чем он говорит.