Три желания

Она приоткрыла рот, и он немедленно воспользовался этим преимуществом. У нее все еще был вкус вина и богатого шоколадного десерта, который она заказала и съела с таким наслаждением, и это для него было впервые, потому что большинство женщин, с которыми он встречался, наотрез бы отказались от такого десерта или не за что бы не признались, что вообще хотели его.
Она обвила его руками за талию, проскользнув под куртку, он был слишком нетерпелив, при этом сдерживая себя, чтобы не раздеть ее по дороге к апартаментам, поэтому удивлялся, как она могла вот так переносить сексуальное напряжение, прикасаясь к нему. Он весь горел, с трудом сдерживаясь, и был уверен, что одно его прикосновение способно опалить ее кожу.
Двери лифта открылись, не теряя времени, он оторвался от ее рта, схватил за руку и потащил за собой по коридору. Она бежала за ним, пытаясь не отставать, и когда он резко остановился у своей двери, врезалась ему в спину.
От этого у нее вырвался смешок, он повернулся, выпустил ее руку, вставляя ключ в замок.
Она улыбнулась своей необыкновенной, обворожительной улыбкой и сказала:
— Мы очень спешим, не так ли?
Он толкнул входную дверь.
— Чертовски верно.
Схватил ее за руку и втащил внутрь.
Бросил свой шлем куда-то в сторону дивана, забрал из ее рук ее шлем, совершенно не обращая внимания, что она с любопытством оглядывалась вокруг, и направил его в том же направлении. Затем он опять схватил ее за руку и направился прямиком в спальню.
— Нейт, — произнесла она у него за спиной.
Он не ответил, продолжая двигаться в выбранном направлении.
— Нейт, — крикнула она, на этот раз громче, пытаясь вырвать руку.
Он слышал, но не собирался отпускать ее, пока не дошел до кровати, только теперь он остановился.
— Нейт.
Его руки проскользнули под ее кардиган, а взгляд не на минуту не оставлял ее.
— Знаешь, Лили, — его голос стал более глубоким, нежели обычно, и шероховатым, он оттянул ее топ, — если ты ляжешь со мной в кровать, это будет всем, что я почувствовал, впервые увидев тебя, всем, когда ты впервые прикоснулась ко мне, не говоря о том поцелуе в парке. Я никогда не позволю тебе уйти. Ты поняла меня?
Его слова были иррациональными, даже безумными.
Но он никогда не мечтал о такой женщине, как Лили.
Никогда в своих самых смелых фантазиях, которых на самом деле было не много, Нейт не относился к мужчинам, обладающими дикими фантазиями по поводу его пылких желаний, даже если бы у него были желание, то единственное желание, которое мог выполнить Джинн из бутылки, он никогда бы не смог мечтать, а тем более ожидать такой женщины, как Лили.
Растя и спя на кровати, которая знала свои лучшие времена машинной стирки, воруя еду, чтобы не умереть с голода, при этом видя, как его мать вставляет иглу в свою вену. Он даже не мог себе представить, а пожелать и подавно, кого-то столь же царственного и великолепного, как Лили.
Лили, женщину, которой нравится просто гулять по парку, держась за руки, женщину, которой нравится, несмотря ни на что ездить на заднем сидении мотоцикла, женщину, которая в состоянии мужественно преследовать вора и броситься на него, женщину, которая смогла покорить Лауру, собственно это было и не сложно, поскольку у Лауры было доброе сердце, и Виктора, определенно не имеющего доброе сердце, просто за считанные часы.
Нейт не ожидал, что такая женщина, как Лили, может даже взглянуть на него. По крайней мере, не таким взглядом, как она смотрела на него сейчас.
Она смотрела на него взглядом, словно он был покорителем народов, создателем мира.
Когда она смотрела на него, ее лицо отображало восхищение.
— Ты понимаешь меня? — его голос перестал быть шероховатым, превращаясь в более низкий, и еще более низкий с хрипотцой.
— Я... думаю... да.
Этого было вполне достаточно для него.
— Хорошо, — он снял с нее кардиган, а затем поднял руки и через голову снял топ.
Она ахнула, поскольку не носила лифчика, поэтому загородила свою грудь руками.
— Нет, — он схватил ее за запястья и отвел руки за спину, его рот опустился на ее губы в диком, жестком, влажном поцелуе.
 
Сначала он чувствовал борьбу, с ее стороны, — она пыталась вырвать свои запястья, но потом расслабилась от поцелуя, он отпустил ее руки, отступив на расстояние, чтобы сорвать с себя куртку и джемпер.
На этот раз она смотрела на его грудь с трепетом.
— Господи, Лили, — воскликнул он, поймав ее взгляд, найдя молнию на ее юбке и смотря почти с благоговением на ее удивительную полную грудь. Он дернул молнию и заскользил руками по ее спине, грубо притягивая к себе, заставляя ее выгнуться под его пристальным не на секунду не оставляющем взглядом. Затем совершенно не в состоянии остановить самого себя и не желая останавливаться, он склонил голову и накрыл ртом ее сосок.
У Лили перехватило дыхание, он услышал, как она втянула воздух, и он еще больше увеличивался неистово в брюках, пока его язык кружил вокруг ее твердеющего соска.
— Что ты со мной делаешь? — выдохнула она с удивлением, заскользив руками ему в волосы.
Он ничего не ответил. Он проделывал то же самое с ее другим соском, пока не почувствовал, как у нее стали подкашиваться ноги, и ему пришлось поддержать ее, потому что все ее тело стало вибрировать.
Затем он поднял голову и отстранившись, присев на кровать, снимая ботинки, а за ними — и джинсы.
Она смотрела на него с опаской широко раскрытыми глазами, словно никогда не видела обнаженного мужчину в своей жизни.
Это никак не отпечаталось у него в мозгу. Он толкнул ее на кровать, она легла спиной поперек и прежде чем успела пошевелиться, он наклонился над ней и стал снимать ее спущенную юбку, стягивая через ноги.
— Нейт, — прошептала она, пытаясь закрыть в защитном жесте свой живот, но он опять не обратил внимания на ее поведение, точно также он снял с нее трусики.
— Нейт!
— Что? — прорычал он, его руки подхватили ее ягодицы, приподнимая вверх, подальше от простыней.
— Мне нужно тебе кое-что сказать, — она все еще тяжело дышала и ее чистые голубые глаза стали темно-синими.
Он раздвинул ее ноги и расположился своим естеством между ними.
— Говори быстро, — сказал он ей в губы, но на самом деле не позволил сказать ни слова — просто стал целовать.
И это было такой же поцелуй, как в парке.
И этот поцелуй был всем — таким великолепным, таким неописуемым.
Рука его опустилась между их телами. Она должна была быть готова для него, если это было не так, то ему станет очень некомфортно.
Она была готова — мокрая и скользкая, он проскользнул пальцем внутрь, невероятно тугая.
Она выдохнула ему в рот, засасывая его язык все глубже, пока его палец входил в нее. Он начал кружить, время от времени выходя и входя вовнутрь.
Она с силой двигалась в такт с его рукой, продолжая целовать его.
Ее руки были везде, отставляя горящие места у него на коже от ее прикосновений, умоляя своими прикосновениями, дать ей освобождение, которое он увеличивал все больше в ней.
— Что ты хотела мне сказать? — прошептал он ей в губы, ее бедра все еще продолжали двигаться настойчиво против его руки. Он был полностью готов к ней и не мог больше ждать.
— Что? — спросила она, отвлекаясь и вздрагивая, как только его палец нажал сильнее и закружил. — О, Боже, — простонала она, ее лицо было таким красивым, раскрасневшимся, шея царственно изогнулась, он знал, что она уже подходит к краю.
Прямо к самому краю.
Он убрал пальцы, схватив ее за бедра, и его член идеально встал напротив ее входа.
— Лили, посмотри на меня.
Ее подбородок опустился, и она попыталась сосредоточить на нем свой взгляд. Ее великолепные волосы разметались по постели, голубые глаза были затуманенными, казались опьяненными, полные губы опухшими, она была на грани оргазма.
Он сделал с ней это, заставив выглядеть так чертовски, невероятно прекрасной.