Наследник Каладана (СИ)

Челнок плавно снижался в ночном небе. Как ур-директор, Малина была обязана провести встречи со своими основными секретарями, начальниками отделов и коммерческими директорами, но не могла раскрыть истинную причину совещания с Джалмой и Франкосом. Давняя причастность Малины к более массовому и умеренному движению Союза Благородных была тщательно хранимым секретом. И если эту связь когда-либо раскроют, будет разрушено не только ее личное положение, но и положение КАНИКТ в Империи. А любая поддержка Якссона губительней еще в тысячу раз.
Челнок приземлился на приемную площадку гигантского центрального здания высотой в двадцать этажей. Малина вышла из корабля, сопровождаемая бдительными собаками. Она окинула взглядом впечатляющий фасад цитадели, напоминающий отвесный утес. Камень выглядел гладким и неприступным, а бронированные стены казались достаточно прочными, чтобы выдержать даже удар упавшего космического корабля. По крайней мере, так ей говорили.
Здание цитадели было нашпиговано сводчатыми конференц-залами, комнатами для встреч и личными кабинетами, а также библиотеками с разнообразными данными на проволочных катушках и тонких листах ридулианских кристаллов. Архивы простирались на многие мили во все стороны, и только полчища библиотекарей-ментатов понимали их организационную структуру и могли найти любую информацию, хранящуюся там.
Когорта советников и управляющих по-военному выстроилась под корпоративными флагами Картеля – с черными, красными и желтыми кругами. Высокопоставленный адъютант – Холтон Тассэ – шагнул к Малине и отвесил энергичный поклон, делая вид, что не замечает пару свирепых ищеек. Считаясь в Картеле функционером средней руки, этот человек тем не менее обладал большим влиянием, чем половина Домов Ландсраада, вместе взятых. В прошлом Малина во многом полагалась на него.
– Госпожа директор, как только мы узнали о вашем визите, то скорректировали свой рабочий график. Мы можем перенести столько встреч, сколько вы пожелаете. У некоторых представителей запланированы переговоры с вами. Мы постараемся сократить их до пяти минут.
– Сведите изменения к минимуму, – произнесла Малина, проходя мимо него в сопровождении ищеек, следующих за ней по пятам. – Я готова на все ради блага компании, однако я не только директор, но и мать. Джалма и Франкос для меня на первом месте. Когда они прибудут, отправьте их ко мне и отмените что-нибудь другое в моем расписании.
Она зашагала через лабиринт офисов, административных отделов и комнат для совещаний. Бесконечные коридоры были достаточно широки, чтобы в них хватало места для медленно движущихся монорельсовых тележек, доставляющих грузы и пассажиров из офиса в офис. Малина повернулась к Тассэ:
– Организуйте мою первую конференцию через полчаса. Давайте сделаем все, что в наших силах.
Малина помнила нетерпеливую улыбку Якссона, которую видела на Носсусе, когда сын хвастался своими опасными планами. Довольный ее кажущейся поддержкой, он устроил целое шоу из знакомства с радикально настроенными личностями из своего ближайшего окружения. Все они ранее были сторонниками общего движения Союза Благородных, но Малина не подозревала, что они настолько нетерпеливы, чтобы примкнуть к воинствующей группе ее сына. Среди прочих участников были главы своих Домов: Лондин, Фенимер, Мамфорд, Майер, Вок, Эллисон и даже недавно вступивший виконт Джандро Тулл. Но больше всего Якссон гордился своим новым союзом с герцогом Лето Атрейдесом с Каладана – человеком, известным как приверженец кодекса чести. То, что герцог поддерживает не только Союз Благородных, но и экстремистское течение Якссона, красноречиво говорило о их общей ненависти к Императору Коррино…
Однако Малина умела владеть своими чувствами. В последующие несколько часов она провела шесть встреч подряд в конференц-зале без окон и с единственной толстой металлической дверью, а ее деловые партнеры ни за что бы не догадались, что она думает о чем-то другом. Госпожа директор, несомненно, уделяла им все свое внимание, и они ушли довольные. В любое другое время эти переговоры показались бы ей важными, но сейчас все померкло перед более приоритетными задачами. Собаки, чувствуя ее беспокойство, были настороже, навострив уши.
 
Малина съела прекрасный ужин, в течение которого продолжала решать деловые вопросы, затем провела еще несколько встреч и, наконец, была вынуждена поспать. Следующее утро началось с серии коротких консультаций в ее главном кабинете, не дольше пяти минут на каждого посетителя, как и обещал Тассэ. Она чувствовала, что становится все более напряженной, обеспокоенной и нетерпеливой.
После того, как подчиненные более низкого уровня удалились исполнять ее распоряжения, Холтон Тассэ приблизился на шаг и произнес:
– В ваше отсутствие мы выяснили кое-что неприятное, госпожа директор. – Он положил документ на стол. – Вот рапорт.
Малина просмотрела краткую сводку, затем подняла на него взгляд. Ее лицу стало жарко.
– Нарушение безопасности в центральном хранилище? Наши «черные» архивы? – Она не смогла скрыть тревоги. Там содержались самые взрывоопасные, обличающие записи, которые КАНИКТ хранил только в качестве последнего средства для контроля над несговорчивыми Домами, и даже над Императором.
– Я приказал провести расследование сразу же, как только мы об этом узнали, хотя нарушение, вероятно, произошло какое-то время назад. – Тассэ возвышался над ней, нервно проводя рукой по своим вьющимся светлым волосам, редеющим на макушке. – Преступление было хорошо спланировано и скрыто, но мы применили новый криминалистический метод, позволяющий работать с данными на более глубоком уровне.
– Кто это сделал? Как это случилось? Ведь это «черные» архивы!
Тассэ оглянулся, дабы убедиться, что все остальные помощники вышли. Лишь в приемной несколько представителей предприятий ожидали своей очереди на аудиенцию.
– Кто-то обошел коды безопасности, госпожа директор. Достаточно умный, чтобы не оставить никаких подсказок о себе. Данные, очевидно, скопированы, а не украдены или уничтожены.
– Предполагалось, что это наши самые защищенные данные в самом надежном хранилище! – Малина кипела от злости, зная, что содержится в «черных» архивах: протекционизм и коррупция в Империи, самые ужасные методы шантажа, компрометирующие тайные сделки – система, благодаря которой некоторые Дома оказывались наверху, а другие – внизу.
Она глубоко вздохнула.
– У меня и без того хватает забот! Если «черные» архивы будут обнародованы, начнется кровопролитная гражданская война. Какую цель преследовали преступники? Мы получали какие-либо угрозы или ультиматумы?
– Нет, ничего такого. И это очень странно.
Малина поднялась со стула и, поскольку новая проблема требовала решения, отменила все дальнейшие встречи на сегодня, к большому неудовольствию тех, кто считал, что их дела безотлагательны. Тассэ было велено продолжать расследование.
К концу дня Франкос и Джалма прибыли на Танегаард. Увидев, что Малина не в духе, они казались встревоженными, но послушными, готовыми выполнить все, о чем попросит их мать – и ур-директор.
Малина объявила, что займет защищенный конференц-зал, и расположилась там вместе с дочерью и старшим сыном. Ищейки заняли свои места у двери.
Хотя Малина довольно давно не виделась с детьми, она даже не потянулась, чтобы обнять их, и не проявила какой-либо материнской теплоты. В семье Ару такие нежности не практиковались. Ее дети были могущественными, богатыми, амбициозными и довольными, но привыкли обходиться без смеха, объятий и поцелуев. Вместо этого мать повернулась к ним лицом, встретила их пытливые взгляды и долгое время хранила молчание.
Франкос был высоким и сухопарым и выглядел моложаво, несмотря на сдержанные манеры и седину в длинных волосах. Джалма, напротив, свои темные волосы стригла коротко и одевалась в консервативном стиле, принятом на Плиссе. Будучи номинальным президентом Картеля, Франкос научился справляться со своими эмоциями и играть в тонкие политические игры, однако Джалма иногда по примеру младшего брата проявляла нетерпение – например, когда организовала убийство своего дряхлого мужа, много лет стоявшего одной ногой в могиле, но не спешившего туда окончательно.