Одержимость (ЛП)

– Отец Сантос, мы не знает французский.
– Французский? – Он осмотрел книгу, пытаясь понять, что с ней не так, и нервно рассмеялся. – А, да, да, конечно. Простите. Я переведу.
– Он вообще нормальный? – буркнул Мэтт.
Бриджет ткнула его в грудь.
– Вообще-то идея поверить ему была твоя.
– Ну, спасибо.
Отец Сантос прочистил горло.
– Колдун может призвать Белефа… это еще один владыка ада, – пояснил он, – посредством ритуала на крови. Ритуал необходимо провести на святой земле, освященной во имя повелителя – Сатаны, – используя символ былого порядка… то есть архангелов.
В голове у Бриджет что-то шевельнулось. Реликвия архангелов, святая земля, в которой нет ничего святого.
– Колдун может получить власть над Белефом, только если на третьем пальце его левой руки надето серебряное кольцо.
Ногти Бриджет впились в мягкую кожу ее ладоней.
– Серебряное кольцо? – Слова ей приходилось чуть ли не выдавливать из себя.
Отец Сантос опустил книгу. Он больше не улыбался.
– Да, серебряное кольцо.
– Как то, что у монсеньора?
– Именно такое.
Священник, вооруженный мечом. Одержимость, с которой монсеньор расспрашивал ее о Амаймоне. Его нежелание отвечать на вопросы Бриджет. Он даже планировал встретиться с ее отцом в день его смерти.
Рука Мэтта оказалась на ее талии, прежде чем она поняла, что пошатнулась.
– Бриджет, ты в порядке?
– Мне жаль, Бриджет, – произнес отец Сантос. Он говорил спокойно и не спеша, словно с ребенком. – Я не хотел тебе рассказывать, пока не буду уверен.
– Но он обучал меня. Учил тому, кто я есть и как что мне делать.
Мэтт усадил ее на стул, а сам присел у ее ног, спросив у отца Сантоса:
– Вы утверждаете, что за все случившееся ответственен монсеньор Рено?
Самый настоящий сын копа. Все должно быть четко в черных и белых тонах.
– Если эмим намеревается призвать Амаймона, то недавний всплеск демонической активности вполне объясним, – заметил отец Сантос. – Помнишь, Бриджет, я говорил тебе, как можно пригласить демона? Я кое-что разузнал. Монсеньор Рено провел последнее причастие для миссис Лонг, когда она лежала в больнице с пневмонией как раз в прошлом месяце. А отец мисс Лаво старый друг монсеньора. Она раз в месяц приглашает его на ужин в квартиру над магазином.
– И он благословил дом Фергюсонов, когда они переехали этим летом, – механически произнесла Бриджет. Во рту у нее пересохло. – Вот почему миссис Фергюсон позвонила ему после того случая.
Отец Сантос кивнул.
– У него было достаточно возможностей, чтобы провести ритуал или наслать проклятие.
У Бриджет закружилась голова.
– Но зачем? Зачем призывать всех этих демонов?
Отец Сантос пожал плечами.
– Практика. Призвать владыку ада не то же самое, что наложить простенький заговор. Полагаю, он так готовился к ритуалу.
– Питер.
– Да. Однако это не сработало. Даже злости Питера оказалось недостаточно. Поэтому я просил тебя быть осторожнее. Не снимать браслет и выучить молитву.
Мэтт вскочил на ноги.
– Бриджет угрожает опасность? 
Отец Сантос склонил голову в бок.
– Разве не очевидно? Ему нужен сосуд, кто-то достаточно сильный, чтобы удержать внутри себя демона. Среди людей нет никого сильнее наблюдателей. Я думал, он попытается использовать тебя.
Монсеньору нужен наблюдатель для ритуала. Бриджет в ужасе задохнулась:
– Сэмми!
  
34
 
БРИДЖЕТ ПРОНЕСЛАСЬ ПО КОРИДОРУ В кабинет монсеньора и толкнула дверь. Заперто. Не раздумывая ни секунды, она развернулась спиной, подняла согнутую в колене ногу и со всей дури долбанула дверь. Не то чтобы она на что-то действительно надеялась, однако дверь в кабинет монсеньора Рене вдруг с треском распахнулась.
– Бриджет, – нагнал ее Мэтт. – Ты что творишь?
Было не до объяснений. Бриджет точно знала, что нужно искать. Она смахнула пресс-папье Пьеты со стола, присела позади него и, пружиня ногами верх-вниз, опрокинула тяжелый стол из красного дерева на бок.
Настольная лампа и разные мелочи попадали на пол, Бриджет же не отрывала взгляда от внутренней части стола, а именно одного ящика, что монсеньор всегда держал запертым, и в котором лежала его личная записная книжка.
 
Резко замахнувшись Пьетой, Бриджет ударила по тонкому деревянному основанию ящика, пробив в нем дыру. Она отбросила пресс-папье и отодрала руками дно ящика, дешевое дерево треснуло, стоило ей вытащить половину панели.
За Мэттом прибежал отец Сантос.
– Ого, – выпалил он.
Бриджет просунула руку в ящик, лихорадочно ища записную книжку. Монсеньор записывал абсолютно все – каждую заметку, каждую мысль, каждый комментарий. Если отец Сантос прав, и монсеньор заодно с эмимами, там будут доказательства.
Пальцы коснулись мягкой кожаной обложки.
– Есть!
– Что? – вопросил Мэтт, в два счета оказавшись рядом с ней. – Что это?
Бриджет изогнула руку и вытащила черную записную книжку.
– Дневник монсеньора, – произнес отец Сантос.
Бриджет пролистала блокнот в поисках последней записи.
– «Если бы я только знал, что у Сантоса есть гримуары», – зачитала Бриджет вслух. – «Не важно. Подготовка почти закончена. С девчонкой будет слишком сложно, тогда может мальчик?»
– Боже, – охнул отец Сантос, забрав записную книжку у Бриджет.
Ее руки дрожали. Мальчик. Должно быть речь о Сэмми.
– НЕТ! – закричала Бриджет, нащупывая в кармане мобильник. Ей необходимо предупредить маму.
Мэтт отошел в сторону.
– Да, я хотел бы заявить о похищении, – произнес он, прижимая мобильник к уху. – Мое имя Мэтт Куинн. Мой отец сержант Стефан Куинн из центрального полицейского участка. Необходимо выслать группу для осмотра 2426 Уллоа стрит.
Казалось, ноги Бриджет приросли к полу, пока она подрагивающими пальцами нажимала кнопку вызова на своем мобильном. Домашний телефон выдал три гудка и переключился на автоответчик. Ее мама всегда отвечала после второго гудка.
– Бриджет. – Лицо отца Сантоса было хмурым, а глаза пристально смотрели на нее. – Бриджет, если твой брат у монсеньора, у нас мало времени.
– Отец? – произнес Мэтт. – Отец, езжай как можно скорее в дом миссис Лю. Послушай, не могу объяснить, но что-то случилось. Нет, я с Бриджет. Мы в школе святого Михаила.
– Бриджет, ты меня слушаешь?
Ее взгляд вернулся к отцу Сантосу. Она заметила, что на его руке, сжимавшей дневник монсеньора, побелели костяшки пальцев.
– Если монсеньор уже начал ритуал, полиция ничего не сможет сделать. Ты единственная, кто в силах спасти своего брата.
Мэтт убрал мобильник в карман.
– Мы никуда не пойдем, пока сюда не приедет мой отец.
– О чем вы? – спросила Бриджет отца Сантоса. Она никогда не видела его настолько спокойным, настолько собранным. Он совсем перестал заикаться и растерял почти всю свою неуклюжесть.
– Я говорю о том, что если ритуал работает, то стоит монсеньору приступить к чтению заклинания, стоит крови Сэмми смешаться с сущностью Амаймона, а демону начать обретать воплощение, полиция будет не в силах это остановить.
– Что случится с Сэмми?
Отец Сантос покачал головой.
– Я не уверен, но, скорее всего, если Амаймона не изгнать, твой брат умрет.
– Вы даже не знаете, где они, – произнес Мэтт. – Они могут проводить ритуал где угодно.
– Реликвия архангелов, – пробормотала Бриджет. – Меч святого Михаила.
– Да, – прошептал отец Сантос.
– И церковь, оскверненная демонами.
– Церковь святого Михаила, – кивнул отец Сантос. – Именно из-за нее орден святого Михаила попросил твоего отца переехать в этот район. Мы всегда подозревали, что церковь возвели с определенной целью.
Бриджет посмотрела на три, висящие на стене, картины с изображениями архангелов. Рафаэля, Габриэля и Михаила. Михаила, командующего Святым Воинством. Михаила, чей меч выставлен на показ в церкви рядом. Михаила, покровителя ордена святого Михаила, что оберегает ее. Михаила, сражающегося со змеем на вершине горы. Vade retro satana.