Книга утраченных сказаний. Том I

 
 
Кортирион, седой венец горы,
 
 В сплетенье улиц и в тени аллей,
 
Где важной поступью до сей поры
 
(15) Павлины бродят в красоте своей,
 
Когда-то среди дремлющей земли
 
Серебряных дождей, что с неба шли,
 
 Где до сих пор старинные древа
 
В полдневный час дают густую тень
 
(20) И в быстром ветре шепчутся едва,
 
Была ты, Леди Вязовой Страны,
 
Высоким градом в годы старины.
 
 
 
 
Еще ты помнишь лето древ своих —
 
Ив у ручья и буков золотых;
 
(25) Дождливый тополь, тис печальный твой,
 
Что во дворах старинных день-деньской
 
 В величье сумрачном скорбит,
 
Пока мерцаньем звезды не сверкнут,
 
Крыла летучей мыши не мелькнут,
 
(30) Пока, поднявшись, белая луна
 
Дерев волшебного не тронет сна,
 
 Чей плащ ночной с тенями слит.
 
Алалминор, вот здесь был твой оплот;
 
Ко дню, как лето выступит в поход,
 
(35) Вставало вязов воинство твоих,
 
И зелены броня и шлемы их,
 
 Высоких лордов среди древ.
 
Но лето тает. Зри, Кортирион!
 
У каждого из вязов парус полн
 
(40) Ветрами, и могучи мачты их,
 
Отплыть готовых кораблей больших
 
 Ко дням иным вне солнечных морей.
 
 
II
Нарквэлион [23]
 
 
О сердце острова, Алалминор,
 
 Отряды Верные всё медлят здесь,
 
(45) И путь их пролегает до сих пор
 
 Твоей тропой; их величава песнь.
 
Перворождённые, Прекрасный род,
 
Бессмертных эльфов песенный народ,
 
 Чья песнь — про скорбь и славу древних дней,
 
(50) Кто позабыт людьми — как ветра шум
 
 В ветрах, в волне травы среди теней,
 
И вновь забыт людьми волос их свет,
 
Их голоса — зов дней, которых нет.
 
 
 
 
По травам ветер! Года поворот.
 
(55) Дрожь тростников у блещущей воды,
 
Деревьев шепот издали придёт,
 
 Как сердце лета, смутные мечты
 
Пронзит холодный тонкий флейты звук
 
В провиденье зимы и мглы вокруг.
 
(60) И поздние цветы в разломах стен
 
Эльфийской флейты звука ждут, клонясь;
 
 Сквозь солнечный чертог, древесный плен,
 
Кружась, приходит трель звенящим льдом
 
И отдается тонким серебром.
 
 
 
 
(65) Исходит год, отливы вод шумят,
 
Древа твои, Кортирион, скорбят.
 
И слышен звон точила по утрам,
 
И падает трава по вечерам Под косу, и наги поля.
 
(70) И запоздалый сумрачен рассвет,
 
И на лугах бледнее солнца свет.
 
Проходят дни. Как мотыльки вокруг свечи,
 
Мелькают крылья белые ночи,
 
 Недвижен воздух, спит земля.
 
(75) Ламмас прошел, на убыль свет луны идет,
 
И Равноденствию осеннему черед;
 
И дрогнет напоследок гордый вяз,
 
Листва трепещет, бледной становясь,
 
 Вдали завидев копья льда
 
(80) Зимы, грядущей с солнцем воевать, —
 
К Дню Всех Святых ей время умирать.
 
И на янтарных вянущих крылах
 
Летят листы в безжалостных ветрах,
 
 Как птиц упавших, примет их вода.
 
 
III
Хривион [24]
 
 
(85) О Леди Вязов, о Кортирион!
 
 Увы, с тобою схоже время то,
 
Чей воздух грустным эхом напоён —
 
 Нет призрачней, чем отзвук песни той,
 
Тумана прядями закрывшей путь.
 
(90) О увяданье, иней поздних утр
 
 И в ранней тени отдаленный лес!
 
Незримы эльфы, свет волос укрыт
 
 Под капюшоном в сумраке небес,
 
И ленты на покровах синих их
 
(95) Блестят узором хладных звезд ночных.
 
 
 
 
И под бездонным небом танец их
 
 Творится ночью — в свете кружевном
 
От Семизвездья средь ветвей нагих,
 
 Где лунный лик сияет серебром.
 
(100) О Старшие, бессмертный светлый род,
 
Что ныне песни древние поет,
 
 Прежде рассвета, в свете первых звезд
 
Рожденные; тенями средь ветров
 
 Кружите вы, как раньше меж лугов,
 
(105) До нас, в краю эльфийском, в давний век,
 
До дня, как с моря вы пришли на смертный брег.
 
 
 
 
Кортирион, теперь древа твои —
 
Как смутные плывущие ладьи,
 
Они вздымают главы сквозь туман,
 
(110) Стремясь вовне, в пустынный океан,
 
 Прочь от портов теней,
 
И гавани с их шумом далеки,
 
Где раньше пировали моряки;
 
Покой забыт, как призраки ветров,
 
(115) Они несомы к пустоте брегов
 
 Немым теченьем много дней.
 
Нага твоя земля, Кортирион,
 
Увяла пышность, ветром унесен
 
Покров дерев. Лишь только в тьме ночей
 
(120) Семь погребальных светятся свечей,
 
 Венчая мертвый год Ковшом небес.
 
Зима пришла. Бесплоден небосвод.
 
Безмолвны эльфы — но не мертв их род:
 
Они конца лишь дней суровых ждут,
 
(125) Безмолвствуя. И я останусь тут,
 
 Кортирион, я встречу зиму здесь.
 
 
IV
Мэттанье [25]
 
 
Я не нашел бы ни дворцов огня,
 
 Где правит Солнце, ни снегов смертей,
 
И горы стран сокрытых не манят
 
(130) Искать к народу тайному путей;
 
И башенный не манит звонкий зов
 
Всех королевств земных колоколов.
 
Здесь — лес и камни под покровом чар,
 
Утрат бесценных, памяти благой
 
(135) Ценней, чем смертного богатства дар.
 
И род бессмертный жив в твоей земле,
 
Алалминорэ древних королевств.