Проводник

Сегодня небо залито каким-то молочным киселем и вроде бы как хмурится. У соседнего дома из-за этого видно только силуэт. Кажется, если я кину что-нибудь из окна, оно непременно застрянет в этом киселе или начнет медленно опускаться вниз, на землю. Я невольно взглянул вниз и очень отчетливо увидел куст смородины. Ну, думаю, грех в такое утро в чай листочек смородиновый не добавить. А заодно есть повод наведаться к приживальцу и расставить все точки над «i».
Выхожу я с чашкой в подъезд. А там все еще свет горит. Вот что я за человек такой? Так ведь и не выключил ночью. Сколько рубликов впустую нагорело? А с другой стороны, в потемках что ли ночью наверх карабкаться? Пьяному? Чувствую, разорюсь на счетах за коммунальные услуги, как пить дать!
В общем, спускаюсь вниз, смотрю, а дверь в подвал слегка приоткрыта. Ну, думаю, выходил, наверное, до ветра. И, кстати, раз дверь открыта, есть еще один повод зайти, убедиться, все ли в порядке. Заглядываю за дверь, а там темно. Хоть глаз коли. А включать свет как-то неудобно. Все-таки спит человек.
В такой ситуации единственное, что мне пришло в голову, так это попытаться его разбудить. Как бы между делом. Я пару раз кашлянул и звонко отпер входную дверь, а, когда вышел на улицу, основательно так ей прихлопнул. Должен услышать!
А на улице, несмотря на то, что хмурь, тепло. Во дворе никого нет. Сказочно тихо. Даже автомобильный гул остался где-то вдалеке — за пеленой этого белого киселя. Роса лежит. И смородина такая четкая, темно-зеленая с крепкими большими листьями. Как будто в какую-то сказку попал. Или нет — в фэнтезийный фильм. Я даже про постояльца забыл. Как сомнамбула добрел до куста, сорвал лист и бросил его в чай. Меня сразу же окружил невероятный сладкий аромат. Я его с детства люблю, когда мы в чужих огородах через забор смородину и крыжовник рвали. Хотя своего полно было, но чужие ягоды, как всем известно, вкуснее и больше.
Это-то и вернуло меня обратно в реальность. Да и чай сразу как-то преобразился. Не люблю я эти пакетики, вкуса нет, а если со всякими добавками, так вообще хоть беги — какая-то приторность химическая. Стою, пью. Зря я заварку не заварил. Думаю, неплохо бы здесь скамеечку смастерить. И столик. Обязательно сделаю. Стоя пить неудобно.
Когда чая в чашке осталось меньше трети, я решил, что пора возвращаться. Гость уже, наверное, оделся. Зашел я обратно и снова на всякий случай дверью хлопнул. От такого шума любой бы проснулся, а в подвале по-прежнему темно.
— Эй, дружище! — крикнул я в темноту. — Спишь?
Тишина.
— Э-эй! — чуть громче повторил я.
Снова тишина.
— Все в порядке? — почему-то спросил я и сразу же перешагнул через порог.
Тут должен быть электрический включатель. Я на всякий случай хлопнул правой рукой по стене и на удивление тут же попал в кнопку. Зажегся свет, которого едва хватало, чтобы разглядеть, куда можно поставить ногу на следующих ступенях.
В подвале я еще никогда не был. Вниз вела некрашеная тусклая деревянная лестница с массивными ступенями, которые жутко скрипели. Спустившись, я с удивлением обнаружил, что в подвале тепло, сухо и темно. Обычно в подвалах прохладно и влажно. Но здесь, по всей видимости, была хорошая вентиляция. К тому же подвал был неглубокий.
Напротив лестницы под самым потолком было устроено крохотное окошко, которое нехотя освещало небольшое пространство у своего подножия. Хотя очертания подвального помещения и его обстановка более-менее проглядывались, но света было явно недостаточно, чтобы комфортно его осмотреть. К тому же постоялец не объявлялся. Жуть какая-то. Пошарив на стене, я нашел еще один выключатель и зажег свет.
В подвале никого не было. Хотя я это и не сразу понял. Подвал оказался довольно большой. Гораздо больше, чем казался в тусклом свете мутного окна. Я некоторое время стоял в растерянности, оглядывая помещение. Оно было размером с мою квартиру, только без лишних перегородок. И выглядело просто шикарно. Красные кирпичные стены и сводчатый потолок. Пол выложен известняковыми плитами. Очень атмосферно! Как будто оказался в каком-то старом замке. В углу, как раз там, где у меня камин, настоящая русская печь! Как у бабки в деревне.
 
Печь, как полагается, отштукатуренная и выбеленная. Она, если честно, не очень вписывалась в интерьер. Здесь бы самое место камину, тогда антураж был бы бесподобен. А печь как будто поставили тут на хранение. В подпечье аккуратно лежали дрова. К печи как бы между делом прислонились ухват, кочерга и деревянная лопата. Такое чувство, что эту печь до сих пор использовали и пекли пирожки.
Ещё в подвале, прямо в центре стоял грубый деревянный стол с дощатой столешницей и две старые деревянные скамьи по бокам. В обоих дальних углах под окном притулились скучные армейские металлические кровати, на которые, само собой, были устелены полосатые ватные матрасы, синие армейские шерстяные одеяла и тяжелые пуховые подушки. Не похоже было, чтобы кто-нибудь здесь спал. Никаких следов пребывания ночного посетителя. Разве что…
Я, если честно, не сразу поверил глазам. Как-то неправдоподобно все это выглядело. На столе довольно буднично лежала пара золотых монет — царский червонец конца XIX века и червонец-сеятель времен РСФСР. Откуда взялись эти монеты? Первое, что я подумал, ночной гость забыл их. Но, с другой стороны, они лежали с самого края стола, как будто их специально оставили. И вообще как-то маловероятно, что кто-то вдруг стал бы здесь, прямо на столе раскладывать свою нумизматическую коллекцию, а потом вдруг заторопился и, собирая ее, в спешке забыл две блестящие и, похоже, жуть какие дорогие монеты. Очевидно, что их здесь оставили намеренно. Только зачем? И кто?
Ночной бродяга? Как оплату за проведенную ночь? Это бред! За такие деньги, наверное, можно снять весь этаж в каком-нибудь отеле по соседству, а не ютиться на пружинной кровати с ватным матрасом в обнимку.
Может быть, кто-то хочет меня проверить? А смысл? И, главное, в чем? Понятно, что я не оставлю здесь эти монеты, а заберу их себе. Конечно, сразу же в ломбард я не побегу. Я же не какой-нибудь там проходимец. Надо подождать, вдруг хозяин объявится…
Все это заставило меня еще раз хорошенько оглядеться по сторонам. Я даже заглянул под стол. Вдруг там прячется вчерашний гость. Нет, он бесследно исчез. Зато нашелся единственный предмет роскоши в подвале — плетеное кресло-качалка, которое стояло под лестницей. Там же, насупившись, вдруг затарахтел невысокий старый советский холодильник, вибрации которого заставили трястись прислоненный к нему платяной шкаф.
У меня в создании стал зарождаться какой-то неясный образ, который, не успев еще сформироваться в мысль, подтолкнул меня к этому шкафу и заставил резко открыть его дверцы. Нет, шкаф оказался пуст. Точнее, в нем никого не было. Зато на полках лежало не новое, но чистое постельное белье и полотенца, свитер и какие-то джинсы. В холодильнике стояла початая бутылка владимирской водки и трехлитровые банки с солеными огурцами. Отличная, между прочим, закуска. Главное, чтобы приготовлены были правильно. Чтобы были немного сладкими, в меру кислыми и, главное, хрустящими.
Обойдя помещение, я обнаружил сбоку от печки дверь в небольшой санузел. Квартиранта там тоже не было. Зато там дружно расположились чистенький унитаз и душевой поддон, окруженный розовой полиэтиленовой занавеской. На стене висел небольшой шкафчик с зеркалом, а под ним — раковина. С той стороны зеркала на меня посмотрел я сам с довольно глупым выражением лица.
Что уж говорить, подвал оказался довольно странным местом. Как будто специально приспособленным, чтобы скоротать в нем ночь-другую. Тут и перекусить можно и помыться, ну и, конечно, поспать. Правда, пространства здесь хватило бы, чтобы устроить хостел минимум человек на десять. И это, кстати, отличная идея! Можно попробовать замутить такой бизнес! А что, Владимир — центр Золотого кольца, столица Владимиро-Суздальского княжества! Туризм — перспективное направление…