Диагноз: Раздевайся, Даша! (СИ)

Сердце пропустило удар при виде его имени, мелькающего на экране. Не хотела брать трубку. Но в конце концов, любопытство взяло надо мной верх.
– Что тебе нужно? – произнесла я холодно.
– Послушай, Даш, мне нужно тебе объяснить то недоразумение, что произошло на тренировке, – торопливо проговорил Артём.
– Недоразумение? Это так ты называешь мое падение по твоей вине, которое перечеркнуло всё? – прошипела ядовито.
– Клянусь тебе, это был несчастный случай. Я запаниковал и подтянул Юлю, просто чтобы не вылететь с соревнований, – стоял он на своем.
– Ты меня совсем за дуру держишь? Думаешь, что я в это поверю? Мы этот элемент закрытыми глазами с тобой делали, Артём, – горько усмехнулась, чувствуя боль от его предательства в душе.
– Я оступился, ясно? И Юля в этом точно не виновата. Мне было выгодно с тобой кататься. Ты крутая фигуристка, но после этой травмы, будем реалистами, ты не сможешь полноценно выйти на лед. И да, я никогда тебя не любил. Я изображал чувства. А с ней всё иначе. Поэтому, если будешь мстить, то ее не трогай, – его бессердечные слова не хуже стекла пронзили моё и без того разбитое сердце.
– Пошел ты, Тёмочка, – выплюнула зло. – И деревянная твоя туда же. Мстить я никому не буду, но ответить тебе за свой поступок придется. А если выяснится, что и она причастна, то оба и поплатитесь.
Сбросила вызов, так как меня буквально душили слезы. А плакать перед ним я не хотела. Не хватало еще показывать свою слабость и уязвимость.
Больше всего сейчас хотела побыть одной. Поэтому написав маме смс, что сегодня не смогу приехать, отправилась к себе. Поначалу одиночество казалось утешающим, но с наступлением вечера острая боль вновь прострелила спину, усиливаясь с каждым мгновением.
Отчаяние заставило перетрясти всю аптечку. Приняла сразу несколько таблеток обезболивающего и попытался отвлечься, но всё было безуспешно.
Не помогала, ни ходьба, ни лежание на полу, ни сериал. Как назло в памяти всплыли умелые руки Назара, который легко снял прошлый приступ.
Дрожащими пальцами я пролистывала телефон в поисках нужной информации. Тренер совершенно точно скидывал мне его номер.
Решение было импульсивным, вызванным стремлением унять боль, но помочь в этой ситуации мне мог только Назар.
Длинные гудки и на другом конце провода ответил знакомый голос, теплый и приятный, словно спасательный круг, брошенный утопающему.
Пусть он оказался сотню раз прав, сейчас, я была не в том положении, чтобы показывать свою гордость.
– Назар, это Дарья, – сдавленно прошептала я.
– Даша? – спросил он настороженно, сразу же уловив мое состояние. – Опять?
Он все понял, не задавал лишних вопросов, не шутил и не насмехался. А меня прорвало.
Так жалко себя стало. Просто разрыдалась ему в трубку. Столько держалась, старалась никому не показывать своей боли, а ему... Показала.
Назар молчал. Не прерывал мою истерику, а терпеливо ждал.
– Извини, пожалуйста... Я не понимаю, что на меня нашло... Просто очень больно...
– Где ты сейчас? Адрес назови, я приеду, – четко и по делу.
– Мне так стыдно. У тебя уже закончился рабочий день...
– Адрес, Даша, – холодно прервал он мои сопли.
И я назвала ему номер дома и квартиры. Ждала его возле двери, прислонившись лбом к холодному дереву, роняя слезы и скрючившись от ломоты в позвоночнике.
  
Глава 4
 
Назар 
Роскошные, словно уголь локоны Ники ниспадали по плечам шелковистым водопадом. Миндалевидные озорные глаза засверкали, когда она игриво улыбнулась мне. Формы у нее шикарные, как и кружевное темно-синего цвета белье.
Вероника была моделью и бездельницей. Контракты с ней заключали только наши местные бренды, поэтому от работы она не переутомлялась.
Но везде кичилась этим, словно за ее внимание бились самые известные кутюрье. Избалованная, ветреная и не особо умная.
Наши отцы крутились в одних бизнес кругах. На одном из светских мероприятий мы с ней и познакомились.
  
Она долго не ломалась и уже в машине на парковке возле ресторана, быстро «подарила» мне себя. Дальше наши встречи скатились до банального секса. Если вечер свободный и лень искать подружку, я набирал ей.
Но сегодня-то я не звонил, поэтому какого хрена она приперлась?!
– Ника, что ты здесь делаешь? – голос мой был как сталь, когда я с раздражением захлопнул дверь.
А если бы я вошел не один или кто-то из коллег решил заглянуть в моей отсутствие? Мне только сплетен не хватало. Которых, к слову, по больнице гуляло навалом.
Вероника обиженно надула полные ботоксные губы.
– Я так соскучилась, зайчик. В последнее время ты не звонил. Совсем забыл обо мне... – с наигранной грустью проканючила она, садясь на моем столе.
– Какой нахрен зайчик? – рассердился я не на шутку, – Мы же не в мире животных, Ника. И у меня есть имя.
– Назарчик не в настроении? Иди ко мне, я тебя расслаблю, – промурлыкала она, протягивая ко мне руки.
Я глубоко вздохнул, стараясь сильно не грубить, но выходило плохо.
– У нас был уговор. Я звоню. Мы встречаемся. Спрашивается, какого черта ты явилась ко мне на работу без предупреждения?
– Ну я скучала по тебе. Хотела сделать сюрприз, – проворковала непробиваемая Вероника, вставая и с чувственной грацией подходя ближе. – Тебе не понравилось?
Я покачал головой.
– Нет. Где твои вещи? У меня много работы... – огляделся в поисках ее тряпок.
Она подошла вплотную, а ее тонкие пальцы скользнули по вороту моего халата.
– Всегда фантазировала сделать это с врачом, прямо в больнице, на его рабочем столе...
Решительно сдвинул ее в сторону, обходя и садясь на свое кресло.
– Вся больница в твоем распоряжении. У нас здесь куча кабинетов и врачей. Выбирай любого. Я реально занят, Ника.
Она вновь оказалась рядом, наклоняясь ко мне. Ее теплое дыхание коснулось моего уха, а руки обвили шею.
– Какой суровый. Ладно. Я не буду мешать. Только один поцелуй, Назарчик. Это все, о чем я прошу.
Внезапно дверь распахнулась.
– Назар Андреевич, у Салиева... – Анна Вильевна, опытная медсестра и от природы очень тактичный человек, так и замерла на полуслове.
Глаза ее расширились от шока при виде сцены, развернувшейся перед ней.
– Простите, пожалуйста, я не постучала... Извините, – скомкано пробормотала она, прежде чем запнувшись, поспешно уйти.
– Анна Васильевна, – рявкнул ей вслед, заставляя вернуться, – Что там у Салиева? Вероника Вячеславовна уже уходит.
Ника, выпрямившись, окатила меня обиженным взглядом. Схватила с кушетки свое платье и натянув его, вышла. Медсестра всё это время, красная как рак, с наигранным интересом разглядывала информационный стенд на стене.
– Извините, еще раз... – как только за Вероникой захлопнулась дверь, покаянно произнесла женщина.
– Вам не за что извиняться, – отмахнулся я, – Что там?
Погрузившись в рабочие вопросы, сам не заметил, как пролетело время. К вечеру устал, как старый пес. И заполняя карточки пациентов, мечтал о мягкой подушке.
Упасть в нее лицом и не вставать часов двенадцать...
Еще Ника написывала сообщения с обвинениями, которые я попросту игнорировал. Цветы, какая-то брендовая цацка, потом ресторан, и она все простит, и даже отблагодарит.
Мне в этом плане проще, не то, что Гуляеву. Мысли о друге, подняли настроение, а я вспомнив, его последнюю шутку надо мной, решил кинуть ответочку.
Прилетит нам, если кто-то проболтается. Но за то,чтобы увидеть морду друга в момент получения сюрприза отдал бы многое.
Вбив в интернете нужный запрос, быстро нашел необходимое. Заказ, оплатил и расплылся в довольной улыбке. Скучно ему там? Ничего, теперь будет очень весело.
От злорадных мыслей отвлек телефонный звонок. Звонила Даша.
Меня захлестнула волна беспокойства за нее. Голос девушки срывался от боли и слез. Еще утром она дерзила, а теперь словно сломалась.