Диагноз: Раздевайся, Даша! (СИ)

– Да, в ДТП попал. По голове прилетело, ребра всмятку. Еще и я добавила, потому что он приставал. Наверное ему плохо. Хотя, я только ушла, он сразу начал к другой приставать.
Еле подавил улыбку, слушая сбивчивую речь медсестрички.
С моим несносным другом явно было всё в порядке, если уже к девушкам приставать начал.
– Вот гад какой, – цокнул языком, не стремясь сдавать себя. – Ну, ничего. Сейчас я ему расскажу, как нужно обращаться с девушками. Мало не покажется.
– Эм, может не надо? – забавно испугалась белокурая девчонка.
– Еще как надо. В какой он палате? – решительно с ней не соглашаясь, нахмурил брови.
– Двести пятой, – растерянно прошептала она.
– Идем.
Торопливо шагал впереди, чтобы она не видела улыбки на моем лице. С наслаждением представлял морду Гуляева, когда он меня увидит.
– Ну, всё Гуляев, ты попал!
Рявкнул, зло смотря на растерявшегося друга. Но он быстро взял себя в руки и подключился к игре.
– Что это вообще за тон? Кто вам дал право так со мной разговаривать? Ты вообще в курсе кто я такой? Одно моё слово, и ты вылетишь отсюда быстрее пули.
Вот же, сучок. Не раз мы так разыгрывали девушек, и каждый раз он бравировал этой фразой. Самое смешное, что Макс не был из тех снобов, которые кичатся своим положением, напротив, он подобных личностей презирал.
– Он…он не хотел, – забавно заступалась за него девушка, схватив меня за рукав. – Это из-за меня!
Гуляев недовольно стрельнул глазами на ее действия. Да кто-то у нас решил совместить приятное с полезным.
– Нет уж, я очень даже хотел, – убрав ее руку, шагнул вперед. – Потому что такое поведение нужно пресекать на корню. А то всякие мажорчики мнят себя хозяевами жизни. Ну ничего, я знаю, как опускать таких с небес на землю. Сейчас, уважаемая…
– Марина.
– Да, уважаемая Мариночка, пойдет и при моем содействии сначала напишет на вас жалобу главному врачу больницы, далее в профсоюз, ну и конечно заявление в полицию о гнусных домогательствах.
По мере того, как я говорил, глаза ее расширялись от ужаса.
Девушка испуганно прикрыла рот ладонью. Того и гляди, в обморок грохнется.
Макс вспыхнул моментально:
– Слышь, докторишка, кажется ты плохо понимаешь, куда вообще ввязываешься. Я натравлю на тебя таких юристов, которые докажут преступления, которые ты даже во сне не совершал. Тем более, я уверен, что ты тоже далек от идеала. Наверняка пользуешься своим положением и спишь с куколками вроде Марины. Да, Мариночка, он приставал к тебе? Сколько раз вы с ним спали?
– Это еще что за вопросы? – девушка покраснела до кончиков волос. – Не спала я с Назаром Андреевичем! Да я вообще еще ни с кем не спала.
Опа... Вот это да...
– Ух, ничего себе, – присвистнул Макс, оживившись. – Да ты у нас совсем ромашечка.
– Я думал таких уже не осталось, – смотрел на нее, как на пришельца.
– Так, Борзов, губу закатай. Эта куколка моя.
Перевел на него удивленный взгляд. Зачем мне это «счастье»?!
– Ну, знаете. Я ничья вообще-то. Только своя собственная! И хватит ко мне как к вещи относиться. Я не “куколка”, а живой человек.
Выпалив это Марина вылетела из палаты не хуже пробки из бутылки шампанского.
– Ну ты собственник, Гуляев, – рассмеялся я. – Сам полуживой, а всё на девок заглядываешься.
– Я здесь от тоски скоро взвою. Но с Маришкой особенно интересно. Такая наивная милашка, аж заводит. Так что, имей в виду, ты в пролёте.
– Да понял я, понял, – подняв руки вверх, уверил в своей незаинтересованности, – Мне бы со своими «ромашками» разгрести, куда еще и твоих-то.
– Как думаешь, не перегнули с тобой? Может ее догнать?
– Тебе каталку подкатить или гордо поползешь по коридору? – не удержался от язвительности в ответ. – У нее все равно смена будет, увидитесь. А ты мне лучше расскажи, как тебя так угораздило?
Гуляев вкратце рассказ мне про обстоятельства нелепой аварии и события произошедшие с ним ночью.
– М-да... дела. Давай, не скучай, я еще зайду.
– Угу, – буркнул Макс, а я покинул его палату.
Времени на еду уже не осталось. Нужно было совершить обход и собрать планерку.
  
Продумывая в голове план работы, поднялся на нужный этаж.
Но войдя в кабинет, сбился с шага. На моем рабочем столе в сексуальном нижнем белье лежала жгучая брюнетка.
  
Глава 3
 
Даша 
Напыщенный индюк! Самоуверенный засранец! Да там самомнения вагон и маленькая тележка. Как же хотелось придушить этого докторишку.
«Это, Даша, лучший в своем деле специалист. Он в рекордно короткие сроки поможет тебе восстановиться...». Тренер явно перехвалил его.
Хотя... Стоило признать, что не смотря на дерзкое поведение этого эскулапа, мне действительно стало значительно лучше.
Впервые за, казалось, целую вечность, я спокойно спала, без дозы обезболивающих. И это было безусловно заслугой Назара.
В кармане завибрировал телефон. Звонила мама.
– Дашенька, как ты там? Что-то совсем не звонишь. Как ты себя чувствуешь? Ты сходила к врачу? – сыпала она вопросами. Ее беспокойство ощущалось даже через трубку.
– Я в порядке, мам. Некогда было. Да, я к нему ходила, – проговорила я оптимистично. – На самом деле, его слишком сильно разрекламировали. Но ты же меня знаешь. Я боец и ни за что не сдамся.
Прежде чем она снова заговорила, последовала короткая пауза.
– Даш... – произнесла нерешительно мама. – Ты только не воспринимай в штыки. Я знаю, как ты любишь фигурное катание, но, возможно, после всего, что произошло, тебе стоит подумать о более спокойной жизни. Твое здоровье — самое главное. Что еще должно произойти, чтобы ты уже оставила этот лед?
Я почувствовала разочарование от ее слов. Меня сразу же охватило негодованием.
– Мама, я понимаю твое беспокойство, но фигурное катание, это всё, что у меня есть и единственное, что я умею. Это не просто хобби, это часть меня. Я не могу представить свою жизнь без него.
Она тяжело вздохнула. Я понимала, что мама любит меня, переживает и хочет, как лучше. Но в этом вопросе для меня давно поставлена жирная точка.
– Я просто не хочу, чтобы тебе снова было больно. Сколько твоих травм и падений я видела? А в этот раз вообще думала, что сердце разорвется от переживаний. Для меня и папы ты и так чемпионка. Может хватит? Иди тренером. Или давай, я поговорю у нас на работе, может в архив тебя оформят или секретарем...
Теперь пришла моя очередь вздыхать. Убрав телефон от уха, прикрыла глаза и попыталась унять бурю в груди. Спорить с ней было бесполезно. Она меня не слышала.
– Я обещаю быть осторожной и больше не падать, – проговорила ровным тоном. – Но отказываться от своей мечты не стану. Буду кататься, несмотря ни на что. И завоюю Олимпийское золото.
На мгновение воцарилась тишина, прежде чем мама снова заговорила, на этот раз ее голос был мягче.
– Как знаешь, Даша. Но мы с отцом против. Имей в виду. Когда к нам заедешь?
– Постараюсь сегодня вечером, – выдавила из себя, борясь с непрошенными слезами.
Когда мы попрощались, я побрела в ближайший сквер. Стоило привести мысли в порядок. Разговор с мамой заставил меня почувствовать себя разбитой и уязвимой.
Травма отразилась на мне, как физически, так и эмоционально, а потеря Артема оставила в моей душе пустоту, которую, казалось, невозможно заполнить.
Я не знала, что делать дальше. Страх перед новым падением навис надо мной, как темная туча. А еще у меня теперь не было партнера.
Будучи девушкой, найти пару было непростой задачей. Парней в этом спорте было меньше, и чаще всего именно они выбирали себе партнершу.
А кто теперь захочет кататься со мной? Да и свободных сейчас никого не было.
В душе поселилось самое настоящее отчаянье. Присела на лавочку, и телефон мой вновь ожил. На этот раз, звонил Артем, единственный человек, с которым я надеялась больше никогда не разговаривать.