Диагноз: Раздевайся, Даша! (СИ)

Не дожидаясь реакции мужчины, я быстро направилась к выходу. Мне не нужны были его благодарности или объяснения. Я сделала то, что должна была, ради единственного человека, которому небезразлична. Теперь дело за ним.
А мне срочно нужно было домой, чтобы встретить любимого и рассказать ему о том, что произошло. Очень боялась за последствия своего поступка.
Весь путь до квартиры мысленно репетировала разговор с Назаром. Как мне ему все объяснить? Как заставить его понять, что я действовала из лучших побуждений? Понимала, что он разозлится, но очень надеялась, что в конечном итоге простит меня.
Я опоздала. Борзов уже был дома. Встретив его взгляд, я сразу же почувствовала, как внутри все сжалось от волнения.
– Ты меня сегодня не встречаешь? – ничего не подозревая, спросил он бодро.
– Назар, нам нужно поговорить, – игнорируя его вопрос, произнесла тихо, опустив глаза.
Он молча кивнул, складывая руки на груди и буравя меня серьезным взором. Глубоко вздохнула и начала свой рассказ, стараясь не упустить ни одной детали.
Любимый слушал внимательно, не перебивая. Лишь изредка его губы поджимались, а в глазах вспыхивал огонь недовольства. Я замолчала и в коридоре воцарилось тяжелое молчание.
– Зашибись, – хмыкнул Назар, нарушая тишину. – А может ты и в подворотне в следующий раз кулаками махать пойдешь? Постоишь за мою честь.
– Ну это же разное... – вяло оправдывалась я.
– Это тоже самое! – бросил он, повысив голос. – Решать мои проблемы за моей спиной не менее унизительно, Даша.
Опустила голову, а на глазах навернулись слезы. Понимала я это. Но не могла сидеть на попе ровно.
– Назар, я… Я думала, что так будет лучше для нас. Я хотела помочь тебе. Ты сам с ней говорить не хотел, да и не надо было. Это сделала я. Не думаю, что ты не поступил бы так же, если бы Артем продолжал лезть ко мне... – прошептала я дрожащим голосом.
Он приблизился вплотную и схватил за плечи, заставляя поднять взгляд.
– Так бы и поступил. Но я мужчина. И в нас природой заложено, защищать своих женщин. А если бы она как-то обидела тебя? Навредила? Как бы я с этим жил?
Я молчала, не в силах выдавить из себя хоть слово. Назар отпустил меня и ушел в гостиную. Там тяжело опустился на диван, массируя висок.
Замерев в дверном проеме, наблюдала за ним, не решаясь подойти ближе.
– Ладно, уже ничего не изменишь, – вздохнул он. – Но в следующий раз, прежде чем что-то предпринимать, посоветуйся со мной. Я ценю, что ты хотела помочь, но нас двое и трудности мы должны преодолевать тоже вместе.
Я кивнула, просияв улыбкой и подходя к нему. Борзов притянул меня к себе и крепко обнял. В его объятиях я почувствовала себя спокойнее, будто камень с души упал.
Все постепенно налаживалось. Ника исчезла из нашей жизни, и в прессе больше не было никаких упоминаний о ее беременности. Отец Назара пошел на поправку, и его бизнес больше не подвергался проверкам. Казалось бы, ни что не омрачало нашего счастья, но я мучилась от безделья, сидя дома целыми днями.
В тот момент, когда я уже начинала впадать в отчаяние, раздался звонок. Позвонили из Федерации фигурного катания и предложили мне должность тренера для юношеской сборной.
Я была на седьмом небе от счастья!
Наконец-то у меня появилась возможность реализовать свои амбиции и заняться любимым делом. Вернуться на лед...
Не медля ни секунды, я с радостью приняла это предложение. Назар, конечно же, поддержал меня, понимая, как давно я мечтала о подобной возможности. Мы вместе обсудили все детали, и я с нетерпением ждала, когда приступлю к новой работе.
Я будто ожила, вновь стала прежней, лишь переступив порог ледового дворца. С нетерпением окунулась в любимую атмосферу. Запах льда, звук лезвий, скользящих по гладкой поверхности – все это мгновенно вернуло меня к воспоминаниям детства, когда я сама была юной фигуристкой, мечтающей о больших победах.
Познакомившись с девочками, которых мне предстояло тренировать, я сразу почувствовала их волнение и страхи.
Они смотрели на меня с недоверием, но я понимала их состояние – ведь сама когда-то была на их месте. Я постаралась создать теплую и дружескую обстановку, чтобы девочки расслабились и поверили в себя.
  
С головой отдавшись работе, я буквально жила на катке, не замечая, как летит время. Тренировка за тренировкой, я вкладывала всю душу, чтобы помочь моим ученицам раскрыть свой потенциал. Видя, как они постепенно прогрессируют, я испытывала настоящую гордость и вдохновение.
Но в один из дней, когда последняя ученица покинула лед, я вдруг заметила, как ко мне приближается знакомая фигура. Мое сердце екнуло – это был отец Назара. Внутри все оборвалось, и я внезапно осознала, из-за кого оказалась здесь, на этой работе. Молодец, Даша, второй раз на те же грабли...
Андрей подошел ближе и остановился передо мной. Скрестила руки на груди, всем своим видом показывая, что не рада его визиту. Выглядел он сейчас значительно лучше, чем в нашу последнюю встречу.
– Здравствуй, Дарья, – проговорил он с улыбкой.
– Здравствуйте, – холодно ответила ему. – Что вам нужно?
– Я хотел бы поговорить с тобой, – отвел он взгляд, ведя себя непривычно тактично и робко.
– О чем же? – вскинув брови, удивилась я. Никак опять будет плести свои интриги? – О том, как вы подставили меня? Или о том, как вы пытались разлучить меня с Назаром?
– Нет, нет, я хотел просто извиниться, – вздохнул Андрей. – Я был неправ. Заигрался, запутался... И лишь оказавшись на краю отчаянья, осознал все. Ты ведь могла не помогать мне, – заметив мою попытку возмутиться, он поспешно добавил: – Да, я помню, что это было ради Назара, но ведь ты и меня вытащила. А я добро не забываю.
Замерла, не зная, что сказать. Все мои защитные механизмы рухнули, и вместо злобы и ненависти остались лишь смешанные эмоции. В глазах мужчины было что-то новое, что-то отличное от прежней высокомерной уверенности. Он казался растерянным и раскаивающимся.
– Вы же понимаете, что я не могу поверить вам так сразу, – прошептала я. – Вы так много сделали в прошлом, что мне сложно представить столь чудесное прозрение.
– Конечно, понимаю, – кивнул он, отрешенно смотря в сторону катка. – Я наделал ошибок, и готов их исправить. Очень хочу помириться с сыном. Я так виноват перед ним... Старый дурак. Меня мучает мысль, что я не поддержал его. Недолюбил. Вел себя как придурок.
Я почувствовала, как внутри меня что-то екнуло. Эта непривычная мягкость и искренность в словах Андрея заставила меня задуматься. Может быть, он действительно хочет измениться, и ему на самом деле жаль.
– Я бы многое отдал, чтобы все было как прежде, – продолжил он, поймав мой взгляд. – Пока лежал в больнице, все жизнь свою переосмысливал. Вспоминал хорошее и плохое. И знаешь, так забавно, – он усмехнулся, а на глазах его навернулись слезы. – Первое, что в голову пришло, это как Назарка на двухколесном велике учился кататься. Ему было-то года три. Ноги до педалей не доставали, а он пыхтел, язык прикусил и старался очень. Я сам папа. Я уже взрослый. Ну я его и отпустил, а он прямиком в дерево покатился. Коленки ободраны, тащит на себе эту железку и не слезинки. Упертый с детства был. Я ведь тогда гордился им. И после. Только не говорил никогда об этом... – голос его дрогнул, и Андрей на мгновение замолчал. – Так вот, я понял, что хочу вернуть те времена, когда мы были нормальной семьей. Это ведь я все испортил. Загубил все своей алчностью, глупостью и упрямством. Если бы только Назар дал мне шанс все исправить... Но он меня видеть не желает...
– И вы решили действовать через меня? Для этого помогли мне с работой? Чтобы подкупить? – настороженно посмотрела на отца Назара. Я уже успела испытать на себе его коварные махинации, поэтому трудно было поверить в искренность намерений этого человека.
– Что ты?! – возмутился Андрей. – Даже если откажешь, место твое. Я просто хотел помочь, исправить хоть немного то, что натворил. Ведь у тебя из-за меня все полетело к чертям, так что это небольшая компенсация. Я же понимаю, что ты не доверяешь мне, – вздохнул он. – Но я пришел не как враг, а как человек, который осознал свои ошибки и сожалеет о многих поступках.