Одержимость (ЛП)

— Несправедливо.
— Делай все, что тебе нужно, но только не в моей спальне и не в моем кабинете. Я сейчас помоюсь, а потом спущусь вниз. Кухню найти нетрудно. Это комната со счетчиками и бытовой техникой.
Я поджала губы.
— Большое спасибо. Я использую свои детективные навыки.
— Я здесь, чтобы помочь, док. Спускайся, когда будешь готова. Мы перекусим и вместе узнаем, что происходит в Индианаполисе. О, и, если ты заблудишься, можешь спросить дорогу у дома. Ее зовут Мисси.
Мисси?
Не то чтобы это было необычное имя, но, услышав его, я всегда испытывала чувство утраты. Это было очень давно, когда я сама была ребенком.
— Почему Мисси?
— Этого я тоже не знаю.
Отогнав эти мысли, я потянулась к его руке.
— Кадер, ты можешь проверить моих родителей, сестру и племянницу?
— Я действительно работаю один. Мне некого послать.
Глаза защипало от слез.
Его кадык дернулся, он сделал вдох.
— Дерьмо. Посмотрим, что я смогу придумать.
— Спасибо.
Дверь закрылась, и я положила чемодан на кровать.
Почти час спустя я приняла душ и впервые за несколько дней высушила волосы и нанесла косметику, которую бросила в сумку, ничего похожего на ту ночь встречи. Наша свобода от подвала была слишком хороша, чтобы не праздновать в некотором роде, не то чтобы немного туши и блеска губ были праздничными. Это было больше связано с ощущением выживания, которое я училась находить в маленьких победах.
В последние дни мы выживали.
Мы сбежали из убежища, и наша награда была найдена в роскошных апартаментах. Гигантский душ в примыкающей ванной был потрясающим. Если бы мне не было любопытно узнать, что происходит в Индианаполисе, я могла бы провести лишний час или два под горячей водой без запаха.
В ванной комнате был не только фен, но и мыло, шампунь, кондиционер и лосьоны. Я даже нашла расческу и гребень, а также совершенно новую зубную щетку и зубную пасту. Хотя никакой косметики не было, казалось, что гостья, для которой Кадер приготовил комнату, была женского пола.
Он спросил, что мне нужно. Глядя вниз на одежду, которую я носила, я знала, что мне нужно больше одежды и стиральная машина, и сушилка, чтобы очистить ту, которая у меня была. Откуда мне было знать, что, бросив несколько вещей в чемодан, они станут моей единственной собственностью?
Пройдя по коридору на лестничную площадку, я прислушалась, используя навыки детектива, о которых упоминала. С нижнего уровня доносились различные звуки, подтверждающие, что Кадер внизу. Прежде чем спуститься по лестнице, я прикусила нижнюю губу, вспомнив, что он говорил о расположении своей спальни.
Повернувшись в сторону коридора, я убедилась, что дверь передо мной — его. Что будет, если я ее открою?
Уставившись на деревянный барьер, я продолжала покусывать губу, мои ноги двигались. Один шаг, затем другой притянул меня ближе к его двери. Если он внизу, что мне помешает взглянуть?
В конце концов, я просто хотела взглянуть.
Я потянулась к ручке.
Глава 7
Кадер
«Черт».
Это чувство промелькнуло у меня в голове, когда на экране над кухонной стойкой появился образ Лорел. У меня говорящий дом. Она должна была знать, или, по крайней мере, предполагать, что все под наблюдением.
Глубоко вздохнув, я замер с ножом в руке, тем самым, которым резал овощи. Клинок теперь висел в воздухе, а я продолжал наблюдать. Лорел Карлсон, похоже, тебе нравится плохо себя вести.
Эта мысль не должна вызывать перенаправление моего кровообращения. Не должна, но это случилось.
На экране дверь в мою спальню открылась, и в поле зрения появилось ее любопытное лицо. Я должен был бы прийти в ярость, но меня поразил ее образ, ее простодушная красота. Ее голубые глаза были широко раскрыты, когда она оглядела пространство вокруг. Ее длинные волосы были гладкими, кудряшки, которые у нее были в подвале, исчезли, локоны свисали по ее спине, как темная вуаль, колышущаяся с каждым шагом.
 
Возможно, ее любопытство озадачило меня не меньше, чем мое собственное. Что она ожидала найти? Почему я не остановил это?
Когда дело дошло до моей комнаты, мне нечего скрывать, пока меня не было. Это не было похоже на секс-темницу.
Я усмехнулся про себя.
Черт, нет.
Нахождение Лорел в моем личном пространстве, жалкая правда ударила меня с силой тонны кирпичей. Доктор Лорел Карлсон была первой женщиной, вошедшей в мою спальню. Профессионалки, которых я нанимал для оказания физической помощи, не заходили в дом. Я бы не допустил этого.
Возможно, утверждение о том, что Лорел была первой женщиной, не было стопроцентным. Прежде чем переехать в этот дом, я наняла декоратора интерьера — женщину. Мы никогда не встречались лично. По электронной почте я предлагал идеи, а затем отступал, в основном позволяя ей взять верх. У меня не было особых пожеланий — цвета, освещение, поверхности — все это не имело значения. В этом доме меня привлекли вид и простор земли.
Просто дом. Почему мой дом теперь ощущался другим, когда я увидел Лорел там, куда велел ей не ходить?
Волоски у меня на затылке встали дыбом, когда я опустил нож на стойку и ухватился за край гранита. Она не торопилась. Нет, она медлила, впитывая все.
Кровать, прикроватные тумбочки и другая обычная мебель для спальни были ее дразнящими открытиями. Она на мгновение замерла возле стеклянных дверей, возможно, чтобы заглянуть за стекла. Было слишком темно, чтобы что-то разглядеть за окном при включенном свете. Ей придется выйти на балкон, чтобы посмотреть. Двери были закрыты, но не заперты. Мне редко приходило в голову запирать их. Кроме того, дом сообщит мне, если их откроют. Маленькая рука Лорел протянулась вперед. Она покачала головой и повернулась, ее мысли, казалось, изменились.
Мой пульс участился, когда Лорел подошла к столу у дальней стены. Если бы я не выключил экран компьютера, она бы увидела себя. Вместо этого она провела рукой по глянцевой поверхности, прежде чем повернуться и шагнуть в смежную ванную.
Камеры были активированы, следя за ее движениями, как будто я был там с ней. Мое сердце колотилось за грудиной, воздух вокруг меня согревался. Мой разум был не в ладах с телом. Меньше, чем через минуту я буду наверху и поймаю ее с поличным. И что делать?
Кричать на нее.
Наказать ее.
Запереть ее в комнате.
Это не было неоправданным. Я четко изложил правила. То, что я раньше считал любопытством при входе в мою спальню, было, скорее, непослушанием. Насколько чертовски трудно ей следовать указаниям?
У меня перехватило дыхание, когда Лорел наклонилась, ее красивая круглая попка повисла в воздухе. Если бы я был человеком, который делал ставки, я бы сказал, что под брюками у нее не было трусиков. Черт, она взяла полотенце, которым я пользовался после душа, и, сложив его, повесила на вешалку.
Хорошо. Я не был безупречным. Ей не приходило в голову, что я узнаю, что его переместили? Ей наплевать?
Эта женщина на экране и в моем доме должна бояться меня, и все же она не только не боялась, но и открыто бросала мне вызов. Я не был уверен, разозлило ли это меня или завело. Стояк, растущий в джинсах, заставил меня поверить в последнее.
Стиснув зубы, я оглядел кухню. На центральном островке рядом с бутылкой вина, которую я по прихоти достала из погреба, стоял салат для двоих. Хотя пламя горелки не было включено, грибы и лук были почти готовы к обжариванию на сковороде, а на блюде лежали два сырых стейка филе миньон, готовых к жарке. Пошло оно все к черту.
Ужин может подождать.
Вытирая руки о лежащее рядом полотенце, я знал, что мне нужно сделать.
Глава 8
Лорел
Масштаб того, что я делала, вопреки предыдущему приказу Кадера, поразил меня, когда я стояла у входа в его шкаф. Это был его личный мир, и я была свидетелем этого, нет, я вторглась. От стоявших передо мной вешалок с одеждой у меня болела грудь, ряды рубашек с длинными рукавами и длинных брюк.