Дорога, ведущая в никуда

Как-то за всем этим разговором все почему-то забыли о том, кто послужил причиной его начала, а потому прозвучавший вопрос Лекса поставил многих в тупик.
– А почему именно ребенок? – и он показал перед собой.
– Э… – удивленно перевел с него на мальчика свой взгляд Булай, – ты о чем?
– Ну, – и парень слегка покрутил рукой, будто так стараясь облечь свои мысли хоть в какие-то слова, но потом, так и не придумав ничего другого, сказал, так, как смог сформулировать, – почему именно мальчик, а не кто-нибудь взрослый? В этом есть какой-то смысл?
– Вот же лесные турлоки, – проворчал Булай, – как я сам не догадался. На самое важное я и не обратил внимания. Ты прав.
И он уже удивленными глазами посмотрел в сторону их молодого спутника.
– Ты о чем? – между тем спросил у него крупный эллат.
– Возраст, – только и ответил ему маг, но поняв, что его объяснение ничего тому, как, в общем-то, и всем остальным, не сказало, он продолжил: – Это не мутация. Это лабораторный эксперимент. Так работают отступники и ковены, создавая своих измененных. Теперь многое становится понятным…
– Что понятно, папа? – подтолкнула его к более подробному объяснению Тара.
– Чтобы получить наиболее гарантированный результат, отступники начинают в своих экспериментах работать даже не с детьми, а еще в тот период, когда ребенок находится в животе матери и только начинает развиваться и формироваться.
– Откуда? – расширившимися глазами посмотрела на Булая дочь.
Тот лишь пожал плечами.
– До встречи с твоей матерью мы с Кружем были не такими уж и простыми наемниками или исследователями, – спокойно ответил ей отец, – мы уничтожали лаборатории таких вот отступников по заданию и наводке Совета магов. Именно в одну из подобных операций мы и встретились с твоей мамой…
Девушка пораженно смотрела на своего отца.
Похоже, эта часть его жизни раскрывалась для нее с новой стороны.
Но тот не стал вдаваться в подробность, а только и сказал:
– Именно поэтому отступникам так нужны именно беременные девушки… Но живя рядом с любым источником дикой магии, очень сложно получить здоровое потомство. Поэтому они выкупают пленниц как у дикарей, так и работорговцев. На них работают банды во всех прибрежных королевствах и городах, выкрадывая заинтересовавших их прямо из дома…
– Понятно, – протянула Тара.
И только тут она начала что-то сопоставлять у себя в голове.
– Так…
– Если тебе это нужно, то мы поговорим об этом потом, – спокойно и сдержанно произнес Булай, глядя прямо в глаза девушке, – но ты для меня всегда была и будешь моей дочерью…
– Да, – негромко прошептала девушка и замолчала.
Маг же еще несколько мгновений смотрел на нее, а потом вернулся к прерванному рассказу.
– Так вот. Наиболее сильные их создания, те, в ком они могли добиться контролируемых мутаций и изменений, получались как раз в этом случае. Часто эксперименты заканчивались даже раньше. Ведь ребенок меняется гораздо быстрее, чем полностью сформировавшийся эллат, и потому желаемого результата они добивались значительно быстрее. А потому, – и он перевел свой взгляд на мальчика, лежащего перед ними, – мы часто встречали детей… Измененных детей…
Тара и Инея смотрели на мага расширившимися глазами. Девушкам не нужно было объяснять, что бы это могло значить.
– Вы… – тихо прошептала целительница.
– Да, – глядя на нее, ответил отец Тары, – так было нужно. Иначе бы они уничтожили нас. Ведь первое, что делают отступники, это подчиняют волю своих созданий и делают полностью подвластными себе. Для них они боги…
– И?.. – как оказалось, Лекс с не меньшим интересом слушал рассказ Булая, но сейчас он единственный, кто воспринял его спокойно и вполне адекватно. – Что дальше? Мы поняли, почему встретили тут этого мальчика… Но почему он такой?
– Хм, – протянул отец Тары, – в этом-то все и дело.
И он обвел рукой вокруг них.
– Мы все пытались понять, как маги додумались до подобного. И как-то однажды мы нашли у них несколько книг, которые даже сдавать в закрытый фонд Совета магов не стали, а сразу уничтожили. Но мельком я их просмотрел.
 
После чего Булай заглянул в глаза каждому из стоящих рядом с ними.
– В этих книгах как раз и было дано подробное описание того, на каком этапе и что необходимо делать. Какие изменения происходят с телом эллата в тот или иной период его жизни, и как на него влияют различные магические воздействия. В общем, это была полная инструкция для отступников, как можно создавать измененных, прививая им те или иные качества.
– Не может быть… – прошептала Инея.
– Да, – подтвердил маг, а потом еще раз взглянув на нее, он продолжил: – Только вот главного вам я еще не сказал.
И, помолчав несколько мгновений, добавил:
– Эти книги были написаны перворожденными.
– Что, – не поверила его словам даже Тара, – перворожденными?
– Да, – серьезно кивнул ее отец, – ими. Как я понял, даже среди них были свои отступники… И похоже…
В это мгновение Булай показал куда-то в глубь подземелий.
– Где-то тут находится одна из их лабораторий. Именно оттуда и мог появиться этот ребенок. Вот почему он пытался найти дорогу наверх…
И уже для всех.
– Где-то здесь находится не просто лаборатория отступников. А отступников, которыми оказались перворожденные эллаты. И с чем еще мы тут можем столкнуться, нам никто не скажет…
В этом месте раздалось странное хмыканье Лекса.
– Что тебя насмешило? – посмотрел на него отец Тары.
Тот лишь пожал плечами.
– Ну, теперь, по крайней мере, нам точно известно, что где-то тут что-то есть и координаты вам выдали подлинные. Только вот ведут они в не очень хорошее место…
После чего парень резко развернулся и посмотрел в сторону лежащего на полу мальчика.
– Он пришел в себя, – уверенно произнес Лекс.
* * *
Мир Хелвет. Местность – дикие земли.
Развалины древнего города на территории болот.
Нижние уровни подземелий. Некоторое время спустя
Так, парень очнулся.
Я это уже заметил.
Нужно с ним переговорить, прежде чем к разговору с ним приступят остальные.
Быстро перехожу в ускоренный режим восприятия.
Хелвет вполне может поддерживать осмысленную беседу на таком уровне ускорения. Это уже проверено.
«Эй, ты как? Слышишь меня?» – постарался я передать тому свою мысль.
«Да, – пришел вполне осмысленный ответ, – я уже пришел в себя».
И дальше Хелвет достаточно сжато описал свое состояние и то, что успел раскопать.
«Ощущения очень похожи на те, что оставались после очередного этапа испытаний или лабораторных экспериментов, что устраивал создатель. Но я к ним уже привык. Так что все вполне терпимо. И сейчас я стараюсь понять, что со мной сделал тот ритуал, что мы провели».
«Ладно, это пока не важно, более подробно обо всем я тебе расскажу чуть позже, сейчас слушай о том, что произошло и как мои спутники сами для себя объяснили твое появление тут».
И я быстро пересказал Хелвету весь разговор, что состоялся, пока он был без сознания.
«Так у нас все получилось? – сделал свои выводы тот, кто выглядел как обычный мальчик. – Я теперь безопасен для окружающих».
«Так и есть, – ответил ему я, – по крайней мере, твой дар мы смогли запечатать. И нам повезло, что у тебя он ограничен. Поэтому мы не стали его как-то еще больше урезать. Ты слишком рассудителен и логичен, и поэтому я уверен, что не наделаешь лишних глупостей. Так что, если что, то ты самостоятельно в случае необходимости сможешь как активировать его, так и отключить обратно. Ну и это же могу делать я, через нашу с тобою связь».
Что еще я не сказал?
«Ах да, – вспомнил я об одной из тех вещей, которую хотел обсудить с парнем, – мои спутники приняли тебя за одного из перворожденных эллатов, да еще и того, над кем проводились опыты такими же, как и они сами, эллатами. Но это не так страшно. Наоборот, это сыграло нам на руку и объяснило твое появление здесь».