Под парусом «Фортуны» (СИ)

Наши корабли шли друг за другом, ориентируясь на фонари на корме, которые уж точно не были видны с берега. Мы спрятались в небольшой бухточке, недалеко от того места, где в 21 веке стоял город Лас Делисьяс, а с рассветом шлюпка с разведчиками (в числе которых был я) подобралась ближе к берегу. Ну, что сказать… укрепления меня не слишком впечатлили. Особенно показалась странной какая-то надстройка на крепостной стене, похожая на заварочный стакан с крышкой.
Мы понаблюдали за жизнью испанцев в Кумане, и выяснили, что они… как бы это помягче сказать… расслабились. Полагаю, что если на горизонте покажутся наши корабли, они соберутся. И даже дадут отпор. Но зачем напрягать людей, отвлекая их от наслаждения жизнью? Так что мы выловили одного из часовых и попытались выяснить, нет ли какого-нибудь потайного хода, который мог бы нам облегчить проникновение в крепость.
Оказывается, ход был, но его завалило во время одного из землетрясений. Да и кому он нужен, когда в крепостной стене есть приличного размера дыра? Из казны периодически поступали деньги на ремонт этого сооружения, но все они исчезли в неизвестном направлении. Ну, да. Оказавшиеся в колониях на более менее значимы постах, испанцы воровали так, что деловары «лихих 90-х» могли только позавидовать. Ну, что ж. Нам же лучше.
Я всегда любил рассветное время, поскольку 100 % жаворонок. Однако в 17 веке лицам высокого происхождения не принято было вставать в несусветную рань. И я думал о том, какая это прекрасная традиция, все то время, пока мы добирались всякими кустами до провала в стене Куманы. Дежурил бы какой-нибудь начальник, и нас вполне могли бы заметить. Ну а без контроля испанские солдаты расслабились, занимались своими делами, и не следили за окрестностями.
Надо сказать, пойманный нами охранник не соврал. Дырка в стене была таких размеров, что могла бы пройти целая армия. Ну… мы с ребятами тоже стесняться не стали. Захватить сонных испанцев врасплох труда не составило. Связать и запереть их по подвалам — тем более. Я был категорически против резни, ибо тогда испанцы начнут сражаться как бешеные, поняв, что им нечего терять. А так… мирная сдача в плен превосходящим силам противника.
Без трупов с обоих сторон, понятно, дело не обошлось. Но на подобную благодать я даже и не рассчитывал. Зато после того, как в наших руках оказались пушки и несколько высокопоставленных донов, разговор о выкупе пошел продуктивнее. За то, что мы не будем никого резать, грабить, жечь и насиловать, город должен собрать всего каких-то 50 000 пиастров. В конце концов, я понимал, что Кумана — это не Маракайбо. И не зарывался, требуя лишнего. Я обозначил вполне подъемную сумму, которую горожане могут собрать, не задерживая нас слишком долго. Еще не хватало, чтобы им помощь успела прийти.
Горожане начали было тянуть время, но я велел развернуть одну из пушек, стоявших на стенах, в сторону города и сделать предупредительный выстрел. Что характерно, мои орлы попали в местную колокольню, снеся ее верхушку. После этого выкуп был собран настолько стремительно, что я начал подозревать, что серьезно продешевил. Ладно, учтем это, когда будем грабить следующий город. В конце концов, что может быть ценнее, чем собственная жизнь?
Следующим городом, который мы планировали ограбить, стал Каракас. После первой удачи команда воодушевилась и готова была на дальнейшие подвиги. Вроде бы, денег мы взяли не слишком много, но и воевать практически не пришлось. Да нам абордаж некоторых кораблей дороже давался! Тем более, я объяснил команде, что мелкие города — это нечто типа тренировки. Научимся правильно действовать, тогда замахнемся на большее.
Каракас, кстати, уже представлял не такую легкую мишень. Осаждать его было бесполезно (французы почти 20 лет тому вперед попытаются), и брать штурмом недальновидно. Город был одной из резиденций губернатора, а потому охранялся на совесть. В этот раз на разведку пришлось потратить три дня прежде, чем мы нашли уязвимое место. Вооруженный отряд в Каракас незаметно проникнуть не мог, а несколько людей поодиночке — запросто. И покинуть город можно было без особых проблем.
 
Я нарисовал план города и отметил на нем пять домов. Губернатора и самых знатных людей города. По плану, мы должны были проникнуть внутрь и взять эти семьи в заложники. Ну а потом торговаться за их жизни. Тут уж я не обойдусь скромной суммой, запрошу в три раза больше, чем с Куманы. В конце концов, если не найдется достаточно золота, можно будет взять товарами. Хотя… продукты в любом случае придется потребовать. А то наш запас оставляет желать лучшего.
Способ проникновения в город 25-ти человек я позаимствовал из сказки про Али-Бабу. Две подводы с бочками (по 11 штук в каждой) и три торговца. Сидевшие в бочках пираты держали над головой глубокие тарелки с зерном на случай, если охрана у ворот захочет проверить груз. Однако испанцы даже не посмотрели в сторону бедных крестьян и их заморенных лошадок. Оставалось только свернуть в безлюдный переулок (город мы уже изучили), покинуть бочки и до вечера никому не показываться на глаза.
Разумеется, дома богатых и знатных донов охранялись. Но, во-первых, не слишком тщательно, а во-вторых, проникнуть туда с черного хода проблем не составило. От слова совсем. Собак, правда, пришлось из арбалета перестрелять. Вот это жалко было. Но зато никого не насторожили и проникли внутрь бесшумно. Губернатора, его жену и двух дочерей, связав, оставили сидеть в холле, а связанные слуги (в том числе и охрана) отправились в погреб. Теперь нужно было ждать остальных.
По договоренности, всех пленников нужно было свезти в дом губернатора. А на грабеж выделялось всего три часа. Причем требовалось не поднимать шума и никого не пытать. Даже если мы не все найдем в богатых домах, доберем выкупом. Я и народ на это дело подбирал адекватный — тех, кому не должно крышу снести от открывшихся перспектив. Даже Бульона с собой не взял, ибо слишком уж он увлекающийся тип.
Без выстрелов не обошлось — одна из групп напоролась на патруль. Но к тому моменту, как испанцы проснулись, начали что-то соображать и организовываться, было уже поздно. Пять самых знатных и богатых семей города сидели связанными в доме губернатора, а во дворе стояли подводы с награбленным добром. Там были и канделябры, и картины, и ковры, и вазы, и бог знает, что еще. И это я времени на грабеж мало дал. Дома тех, кого похищали, были ограблены очень поверхностно!
Ну, в качестве компенсации послужит особняк губернатора. Его мы обыщем не торопясь, и вынесем все, что представляет какую-либо ценность. Собственно, сколько горожане будут собирать выкуп, столько мы и порезвимся. А грабить в доме губернатора есть что. Одни картины чего только стоят! Там и Вермеер был, и Веласкес, и Рембрант, и Халс, и Дейстер, и много кто еще. Не зря мне матушка вдалбливала в голову знания по искусству. Сейчас, конечно, эти картины стоили намного меньше, чем в 21 веке, но тоже недешево.
Пришлось освободить несколько слуг, которые под нашим присмотром складывали в ящики фарфор, серебряные столовые приборы, вазы и тарелки с росписью. Я поживился прекрасной подзорной трубой, подробной картой побережья, письменным набором из золота и слоновой кости, а так же украшениями. Все это, как и положено пиратскими правилами, пойдет в общий котел, но я, как капитан, буду иметь первоочередное право выкупа. Я бы и качественную одежду к рукам прибрал, благо некоторые костюмы выглядели совершенно новыми (нравится мне строгая, элегантная испанская мода). Но губернатор был толще меня, как минимум, раза в два. Удивительно, как его пузо не перевешивало.
 
Однако больше всего меня поразила коллекция оружия. Какие здесь были шпаги! Это просто песня! Да и пистолеты выше всяких похвал. Мало того, что выглядят, как произведения искусства, так еще и стреляют отлично. Пики решено было не брать, как и мечи, а вот сабли и арбалеты мы конфисковали. А я еще мизерикорд прихватил. Красота необыкновенная! Да и для самозащиты пригодится, как оружие последнего шанса.